Каждый любит как умеет - Малышева Анна Витальевна - Страница 62

Андрей вяло поинтересовался, кто именно звонит. Ему очень хотелось спать и еще больше – есть. После больничных супов на морковке и овсяной каши он совсем ослаб.

– Да вот Наташа хотя бы звонит, – отец сделал паузу, ожидая ответа, но Андрей ничего не сказал.

Он, конечно, помнил, кто такая Наташа. К этому моменту он помнил вообще все. В том числе и парня, который приходил к нему в палату. Его внешность, ничем не примечательная, тем не менее запомнилась очень четко. Андрей был уверен – узнает его даже издалека. «Он явно выманивал меня, чтобы усадить в машину, – Андрей шел медленно и не слушал отца. – В машине была девица. Та самая, что в том шикарном кафе? Или другая? Та ведь была блондинка». И вдруг он остановился. Передним возникло лицо девушки – смуглые щеки, огромные темные очки, улыбка на сухих ярких губах… И черные, довольно заметные «усики» над верхней губой. А девушка была просто ослепительной блондинкой. «Да, мне еще что-то показалось странным, – Андрей крепко взял отца под руку. – Значит, на ней был парик? Весело. Мне ее не узнать, если так. А в больницу приезжала она, собственной персоной. Это же она приставала ко мне, чтобы я отдал архив и пейджер. И этот недоумок работает с ней на пару. Может, он меня и избил. Но, черт возьми, что они теперь-то ко мне вяжутся?! Получили все, что хотели, и к тому же даром… Дали мне по башке, ограбили… Чего им теперь от меня надо?»

– Сынка, ты не слушаешь? – забеспокоился отец. – Может, машину взять, я говорю?

Андрею было все равно. Они поймали машину и быстро добрались до дома. Парня поразила чистота – он давно не видел ничего подобного. Отец горделиво заявил, что это он сам убирался, а обед приготовила соседка. Оказывается, весь подъезд ужасался тому, что случилось с Андреем – его тут помнили с раннего детства и уважали за то, что парень честно зарабатывает себе на хлеб. Андрей не стал говорить отцу, что теперь придется искать другой источник заработка. Он поел и улегся в своей комнате. Глаза слипались, голова неприятно гудела, но боли не было. Отец передвигался по квартире на цыпочках. Потом виновато просунулся в комнату и сказал, что ненадолго уйдет. Андрей дождался, когда за ним закроется дверь, и с трудом встал. Ему не терпелось проверить тайник, но сделать это при отце было невозможно.

На батарее висела тряпка, которой Андрей обычно вытирал пыль. Надо признать, что это случалось довольно редко. И теперь тряпка была совершенно суха – видно, отец воспользовался чем-то другим, когда делал уборку. Андрей снял тряпку, засунул руку за радиатор и с трудом нашарил плоский пакетик. У него заколотилось сердце. Он вынул сверточек и развернул его. Деньги были целы. Три тысячи двести долларов. Для кого-то – мелочь. Для него – состояние. Он аккуратно упаковал три тысячи обратно и вернул пакетик на место. Двести долларов сунул в ящик стола. Теперь ящик опустел, а раньше в нем лежал архив.

«Ну хоть в чем-то повезло, – Андрей улегся в постель. – Конечно, тот хмырь торопился и за батарею не полез. Я-то валялся на площадке и мог прийти в себя, позвать на помощь. И почему он меня сразу не прикончил?» На сердце у него стало куда спокойнее. Теперь можно было, по крайней мере, не думать о спешных поисках работы. Работу он найдет – на этот счет парень не переживал. Он молодой, сильный, здоровый, разбирается в технике, водит машину… В крайнем случае, устроится таксистом. И он уснул.

Отец сказал правду, когда сообщил, что телефон теперь звонит часто. Андрей несколько раз просыпался от настойчивых звонков, но встать не было сил. Наконец, проснувшись в очередной раз, он увидел, что в комнате темно. Наступил вечер. И в квартире гулко разносились телефонные звонки.

– Пап! – крикнул он. – Телефон! Ты где?

Ответом было молчание. Парень чертыхнулся и сполз с постели. В темном коридоре надрывался телефон. Тот, кто звонил, обладал большим упорством – звонки продолжались минуты две подряд. Андрей снял трубку, найдя ее на ощупь:

– Слушаю.

– Это Евгения Ивановна, – взволнованно сказала женщина. – Нельзя ли Андрея?

– Слушаю, – повторил он. Голова все еще не прояснилась. Он осторожно уселся на пол, прижав трубку плечом.

Женщина была очень возбуждена. Она сообщила, что знает о том, что парень попал в больницу. И как хорошо, что он опять здоров! Андрей что-то промычал, полностью с ней соглашаясь.

– Ваш «Форд» на стоянке, нужно забрать… – начал он, но его перебили.

Женщина торопливо говорила, что за машину она теперь не переживает, господь с ней, с машиной! Все равно пока не продашь – нужно оформить столько бумаг! А вот с Леной все очень плохо – хуже некуда! Андрей услышал, что Евгения Ивановна пообщалась с адвокатом Лены. Саму дочь она так и не видела – ей не дают свидания, ни под каким видом. И вот со слов адвоката выяснилось, что Лена дала показания о том, что действительно купила пистолет у одного подпольного торговца оружием. Ни имени торговца, ни его координат Лена дать не может, отказывается это делать, отговаривается, что забыла.

– Худшее еще не это, – голос у Евгении Ивановны задрожал. – Баллистическая экспертиза показала, что Толя… Толя был убит из этого пистолета. И никаких сомнений, ни малейших… Андрей, вы же говорили, что можете помочь. Надо что-то делать! Ее посадят, бог знает на сколько! Адвокат говорит, что Лена плохо себя чувствует, стала какая-то зеленая, худая… Сына я уже потеряла, а теперь еще и дочь!

Андрею наконец удалось зажечь свет. Он нашел листок бумаги и ручку:

– Пожалуйста, дайте телефон адвоката. И ваш тоже – у меня украли записную книжку…

Он записал два номера и на прощанье пообещал дать любые показания, которые помогут Лене выпутаться. Но что он мог сказать? Правду? Устроит ли Лену эта правда? Она тщательно скрывает свое знакомство с сыщиком – это было ясно из показаний. Но о сыщике знали все – и мать Лены, и ее отчим. Лена сама призналась, что закатила безобразную сцену мужу, в их присутствии, и в том числе говорила про сыщика. «Она делает глупость, почему бы не признаться, что обратилась к Олегу? – Андрей снова снял телефонную трубку. – Боится, что ей пришьют еще одно убийство? Разве что так».

Телефон, по которому он звонил адвокату, не отвечал. Как видно, это был рабочий номер, а часы показывали половину двенадцатого. Конечно, в такое время никто уже не работает. Андрей бросил трубку. «Черт, ну, конечно! Никто никуда не торопится! Как представлю Лену в Бутырке… Говорят, не самая худшая тюрьма, да разве тюрьма бывает хорошей?!»

Отец этой ночью дома не ночевал. Видно, перевезя сына, он немного успокоился и занялся личной жизнью. Что за это была за жизнь – Андрей знал хорошо. «Все сначала, снова-здорово! Теперь опять уйдет в запой. А был момент, когда показалось, что все будет в порядке!» Но сейчас он не слишком об этом задумывался. Были проблемы и похуже, чем бесконечное пьянство родителя.

До адвоката удалось дозвониться только на следующий день, к обеду. Его соединили после долгих уговоров. Тот был занят, принимал клиента. Потом секретарь сообщил, что тот как раз собрался куда-то уезжать, а может, уже уехал. Наконец Андрей добился своего. Он представился и сообщил, что может дать показания по делу Елены Алексеевой.

– Какие показания? – грубовато перебил его адвокат.

– Могу показать, что в ту ночь, когда убили ее мужа, я был у нее дома, – четко ответил Андрей.

– По-моему, мужа убили утром, – недовольно заметил адвокат. И осведомился: Андрей родственник Алексеевой или нет? Нет? Знакомый? Так чего же ему нужно?

– Нужно, чтобы мои показания приобщили к делу! – Андрей начал злиться. – Утром я тоже был там! Звонок из милиции был сделан как раз при мне. После она меня выставила.

– Ну, так давайте адрес, вам пришлют повестку, дадите показания, – проворчал адвокат. Он записал адрес Андрея и отказался дальше обсуждать эту тему. Он очень спешил.

Что можно было сделать еще? Потребовать телефон следователя, опять бесконечно звонить, добиваться свидания, рассказать, что пистолет подкинули? «Подкинуть-то его подкинули, – сказал себе Андрей. – Да только это тот самый пистолет, и из него убили ее мужа, как ни крути. Да, это неона стреляла. Да ей-то от этого не легче!» Ему следовало заняться своими проблемами. Паспорта у него не было, а значит – придется идти в паспортный стол, в милицию, делать фотографии… И все это с больной головой. «Фотографии! – Андрей снова выдвинул все ящики стола, один за другим. – Светка с Николаем… Где же они? Не в архиве, они лежали отдельно. Только где? У меня в карманах? Тогда пропало – карманы мне вычистили до нитки». Но фотографии он все-таки нашел. Они лежали на столе, почти на виду – под телефонным справочником «Золотые страницы». Ни один снимок не пропал. Грабитель просто их не заметил. И это было все, что осталось от архива. Несколько фотографий уличной проститутки – маленькой, подавленной, грустной. Светка так и не пришла к нему в больницу. Да он ее и не ждал.