Каждый любит как умеет - Малышева Анна Витальевна - Страница 54

– Прости. Что это со мной творится, не понимаю. Не иначе, погода влияет.

Он дернул плечом, не слишком резко. Таня прижалась щекой к его спине:

– У меня скверный характер, я знаю. Все так считают. И ты тоже?

– Я начинаю жалеть, что послушал тебя, – Виктор развернулся. Щека приобрела нормальный цвет, если только желтизна может быть нормальной. Но царапина выделялась еще ярче. – Ты располосовала мне морду. Где я покажусь в таком виде? В зоопарке?!

– Боишься жены? Она ревнивая? – Таня слегка коснулась царапины пальцем, потом встала на цыпочки и провела по его щеке кончиком языка.

– Отстань, – бросил он, но не оттолкнул девушку. Его руки снова оказались у нее на спине. Таня беспрепятственно позволила увести себя в комнату и усадить на диван. Он расстегивал на ней куртку, нашаривал пуговицы на блузке. Она была, как деревянная. Девушка ничем ему не мешала, но и не помогала – ни словом, ни движением. Виктор опрокинул ее на спину, и она обреченно сбросила туфли, забираясь на диван с ногами.

Диван оказался неимоверно скрипучим. Сколько таких диванов скрипело на ее памяти! Сколько было съемных квартир, неуютных, необжитых, которые снимались с единственной целью – заманить клиента и свести его с Гришей… Эти квартиры снились ей ночами. Эти диваны скрипели в ее кошмарах. Диваны, обрызганные кровью, скомканное постельное белье, Гриша, собирающий с пола гильзы, переодевание в присутствии трупа, который все еще смотрит в ее сторону бессмысленными глазами…

– Что с тобой?

Она так сильно вздрогнула, что Виктор остановился. Диван замолчал.

– Ничего, – шепнула она, не открывая глаз. – У тебя такие холодные руки!

За окном шумел дождь. Все сильнее и сильнее. Он превращался в настоящий ливень, в белую шипящую стену, которая падала на город, срывая листья с деревьев, переполняя канализационные люки. Виктор отпустил ее и сел на краю постели. Виду него был обескураженный и усталый.

– Сегодня такой дурацкий день… – Она погладила его по руке. – Но я не жалею, я ни о чем не жалею.

– Что-то по тебе не скажешь. Ладно, я же тебя не насилую.

Он одевался, повернувшись к ней спиной. Таня развлекалась, разглядывая его фигуру и соображая – как он мог поверить, что в состоянии кого-то обольстить? Да еще в таком виде? «Это как же надо упиться, чтобы добровольно лечь с ним в постель… – она вздохнула и принялась отыскивать свои колготки. – Мог бы подумать об этом». Как выяснилось, Виктор подумал. Он с кислым видом поднял с пола принесенный с собой пакет:

– Тут коньяк и фрукты. Хотел отметить новоселье.

– Что ж, давай отметим, – согласилась она. – Надеюсь, завтра погода будет получше.

– При чем тут погода? – Он не смотрел в ее сторону. – Ты каждый раз будешь капризничать из-за погоды? И почему завтра?

– Потому что я буду ждать тебя завтра! – она подбежала и обняла его. – Не обижайся. Я тоже человек, ч у меня бывает плохое настроение. Где твой коньяк?

Таня сама откупорила бутылку и нашла чистые стаканы. Разложила на тарелке персики, порезала лимон. Виктор соизволил выпить только после долгих раздумий. Настроение у него отнюдь не улучшилось. Дождь все так же шумел за окном, и на подоконнике мало-помалу образовалась лужица протекшей воды.

– У меня почему-то такое чувство, что мы будем встречаться очень редко, – буркнул он, протягивая ей связку ключей. – Но все же возьми.

Таня улыбнулась и попросила его не поддаваться этому чувству. Она не верила, что этот тип может обладать тонкой интуицией. Опасности он, конечно, не чувствует. Но сейчас ему грустно, он оскорблен ее равнодушием, и ему, конечно, кажется, что он сделал колоссальную глупость, сняв квартиру.

– Встретимся завтра, в девять вечера, – девушка спрятала ключи в сумку. – Я приготовлю ужин, а ты возьмешь на себя шампанское и цветы. Свечи у меня есть, так что будет очень романтично!

Свечи у нее действительно остались с прошлого раза. И они даже не очень обгорели – Гриша явился достаточно быстро, и интимная обстановка была нарушена. Виктор сделал вид, что ему наплевать на ее обещания. Но было видно, что он немного успокоился. Отвезя девушку в центр, он даже сделал попытку проконтролировать ее:

– Куда это ты собралась в такой дождь? Срочное свидание?

– Просто хочу зайти к своему парикмахеру, – мило улыбнулась она.

– Я давно хотел спросить, – Виктор задумчиво разглядывал ее пепельно-русую челку. – Это твои волосы или?..

– Это парик, ты угадал! – рассмеялась она. – Надо же, как это ты заметил? Обычно мужчины не такие проницательные. Даю слово – завтра ты увидишь мои настоящие волосы! Вот только приведу их в лучший вид!

– Мне кажется, ты брюнетка, – он явно развеселился. – У тебя такие черные брови!

– Ну, хватит, хватит! Ты меня смущаешь! – Таня распахнула дверцу и выскочила под дождь. Над ее головой раскрылся огромный зонтик в черно-белую полоску. – Я жду тебя завтра в девять. Не опаздывай!

Она была уверена, что он не опоздает. И скорее всего, даже приедет на съемную квартиру пораньше. Все эти пожилые мужчины страшно спешили, будто хотели догнать свою молодость. Таня давно уже заметила – чем старше человек, тем больше он торопится. «Им кажется, что у них осталось мало времени для любви, – девушка глядела вслед машине Виктора, пока ее не скрыл дождь. – Если бы они знали, что времени у них и в самом деле немного… Может быть, они бы так не торопились!»

Миношкина ждала ее в кафе. На этот раз Таня, назначая встречу, как следует описала себя, включая приметный зонтик. О внешности Миношкиной девушка ничего не знала, но сразу поняла, что женщина за дальним столиком – именно та, которая ей нужна. Полная дама, безжалостно затянутая в черный, металлически-блестящий костюм, вздрогнула, увидев вошедшую Таню.

– Здравствуйте, – девушка поставила мокрый зонтик к стене и присела за столик. – Кажется, я опоздала. Хорошо, что вы дождались.

Миношкина оглядела ее весьма подозрительно. Особенно пристально она смотрела на парик, и Таня поняла, что та сразу сообразила – волосы фальшивые.

– Почему Олег поручил это вам? – Дама стиснула пухлые, тщательно ухоженные руки. – Разве я вам это поручала?

– Действительно, не мне, – вежливо ответила Таня. – Да я ничего и не делала. Мне только поручено ,встретиться с вами и передать снимки. Прошу.

Она подтолкнула к Миношкиной конверт с фотографиями. Из десяти снимков девушка отобрала четыре – наиболее интимные, сделанные в момент поцелуя. Миношкина с опаской взяла конверт, заглянула в него… Выхватила оттуда снимки и жадно их просмотрела.

– Узнаете вашего сына? – поинтересовалась Таня. Она немного нервничала и всячески старалась это скрыть. Был большой риск, что Миношкина вдруг соотнесет шатенку на снимке с той блондинкой, которая сидела рядом с ней. Но этого не случилось. Лицо девушки на снимках было снято в определенном ракурсе – ее почти заслонял Саша. Парик, макияж, одежда, маникюр – все было другим. На встречу с Сашей Таня постаралась одеться нетипично. Кожаные брюки, спущенные на бедра, просторная рубашка, скрывающая фигуру, грубые ботинки.

– Это не парень? – с опаской спросила Миношкина, тыкая пальцем в изображение Тани.

– А вы не видите, что это девушка? – изумилась та. – Знаете, я сама видела, как они встретились на бульваре. И ручаюсь вам – это была именно девица.

– Бог ты мой… – Миношкина явно не верила своим глазам. Она спрятала снимки в сумку и прикрыла глаза. Жирно накрашенные ресницы так и дрожали.

«Дама в истерике, – поняла Таня. – Платила бы поскорее, а то еще разревется». Миношкина сделала глубокий вдох и очнулась.

– Сколько я вам должна? – она полезла в сумку. – Вы не считаете, что тысяча – многовато за несколько снимков?

– Конечно, снимки обошлись куда дешевле, – вежливо подтвердила Таня. – Но узнать, что ваш сын встречается с этой девицей, уточнить время и место встречи, выследить их – это стоит побольше, как вы считаете?

– Ну, может быть, может быть, – Миношкина неохотно вытащила из сумки кокетливый конвертик и опустила руку под стол. Таня поняла ее намерение – дама не хотела передавать деньги при всех. Их руки встретились под столом. Деньги перекочевали в сумку к Тане.