Иногда полезно иметь плохую память - Малышева Анна Витальевна - Страница 53

— Стеснялся, я думаю, — мягко заметил ей Сергей Павлович. — И его можно понять. Хотя извинить, конечно нельзя.

— Ну, с извинениями я сама разберусь, — довольно резко бросила Юлька. — Он, значит, приезжал, чтобы оставить мне деньги?

— Верно, — Кивнул Сергей Павлович. — И, по свидетельству очевидцев, деньги он действительно привез и оставил их для вас.

— Ну и где же они? — спросила Юлька.

— В том-то и дело, что уже сегодня вы могли бы узнать это, — пояснил ей Сергей Павлович. — Деньги, по замыслу вашего отца, должны были попасть к вам после вашей свадьбы, точнее — при выходе из ЗАГСа. Он поручил какому-то человеку передать их вам. Его никто не знал. Человек должен был явиться пред ваши очи, как в сказке, и вручить вам эти деньги.

А он не появился.

— Действительно сказка, — пожала плечами Юлька. — Знаете, вы только не обижайтесь, но я с трудом верю во все это… Какие-то деньги, какой-то человек… Зачем все это? Неужто нельзя было передать деньги моей маме?

— Представьте себя на его месте, и вы поймете, что ему было трудно видеть вашу мать, — пояснил Сергей Павлович. — В принципе, он мог бы положить деньги в банк на ваше имя…

Странно, что он предпочел другой способ…

«Вовсе не странно, — подумал он. — Стась мог узнать, чем я занимаюсь, и не решиться засветить деньги в каком-нибудь банке…» А вслух он сказал:

— Одним словом, человек, который должен был выполнить волю Стася, не пришел. И это единственный факт, который не подлежит сомнению. Он пропал, и деньги пропали вместе с ним. Что вы скажете на это?

Юлька пожала плечами:

— Знаете ли, я этих денег никогда не видела, да и слышу о них впервые. Так что пропали они или нет — все это не волнует меня. А вот что действительно меня волнует… Мне хочется узнать, почему вы не появились раньше и не объяснили, зачем адвокат сватал мне своего сына?

— Я слишком поздно нашел вас. Поэтому успел, так сказать, к шапочному разбору…

Юлька отвернулась и задумалась, глядя в окно. "Он не успел, а тот человек успел. — Она снова вспомнила об убитом в Соляном переулке. — Он хотел мне что-то рассказать о Жене…

Он, видимо, знал. Значит, у отца был еще один друг, который хотел меня предупредить. И он хотел нам с Женей устроить очную ставку. Кто же его убил? Зачем? — И вдруг ее пронзила внезапная догадка. — А не прав ли был Макс, когда говорил, что Женя все мне наврал про визит к тому мужику? Ведь если речь шла о том, чтобы обмануть меня и получить деньги, Женя мог пойти на убийство, чтобы я ничего не узнала… Боже, какой кошмар…"

— Послушайте. — Она резко повернулась к Сергею Павловичу. — Вы случайно не знаете человека, который жил в Соляном переулке, дом двенадцать, квартира пять? Я думаю, это был друг моего отца… И сдается мне… — Она запнулась и замолчала.

В голове у Сергея Павловича внезапно родился блистательный план. Он облизал пересохшие от волнения губы.

— Вот как? — трагическим тоном спросил он. — Так вы знаете?

— Да, — кивнула она. — Но хотела бы знать больше. Знаю только, что он убит. И что в тот день Женя был у него в квартире.

— Этого не знает никто, кроме нас с вами.

Мне адвокат проговорился об этом случайно.

Вы, как я понял, молчали об этом и не заявили в милицию? — Сергею Павловичу нужно было знать об этом наверняка.

Юлька отрицательно помотала головой.

— Как вы думаете? — Сергей Павлович сделал значительные глаза. — Это он?

Юлька похолодела, хотя ожидала этого вопроса, ожидала и боялась его услышать.

— Я думаю, — медленно проговорила она, стараясь справиться с волнением, — я думаю, что он как-то мог участвовать в этом. Раньше так не думала, мне казалось, он не способен убить человека. Но сейчас, когда у него был такой мотив… Верно, Макс?

Она обернулась к Максу, все это время молча сидевшему сзади, и поразилась выражению его лица — казалось, он вот-вот заплачет.

— Что с тобой? — испугалась Юлька. — Ты в порядке? Ты же сам говорил мне, что Женя все наврал.

— Я и сейчас так думаю. Просто слишком много новостей для одного дня, пусть даже этот день твоей свадьбы. Прости… Мне что-то нехорошо…

Он достал сигареты и закурил, глядя прямо перед собой. Юлька поняла, что помощи от него сейчас не добьешься, и повернулась к Сергею Павловичу:

— А что вы думаете? Как по-вашему? Вы ведь лучше его знаете, чем я?

— Я знаю, что он способен на все, — со значением сказал тот. — Он не вызывал у меня больших симпатий, но убийцей тоже его не считал до тех пор, пока не узнал о том, что ему нужны ваши деньги. Тогда мне многое стало ясно.

— Кошмар! — прошептала Юлька. — Почему же он на свободе? Почему его до сих пор не арестовали? Его подозревают?

— Нет, не подозревают, — с тайным удовольствием сказал Сергей Павлович. — Парень остался в тени. У меня нет никаких доказательств его виновности… А у вас?

Юлька недоуменно покачала головой.

— У меня? — пробормотала она. Сзади беспокойно заерзал Макс. — Постойте-ка… — замялась она. — Кажется, есть. Его зажигалка…

— Зажигалка? — Глаза у Сергея Павловича так и загорелись. — Вы ее там нашли?

— Да, — кивнула она. — В подъезде. Наверное, на ней были отпечатки его пальцев, но это уже не важно, потому что он сказал, что это его зажигалка. Хватило наглости. Я ему просто поражаюсь! — Она обернулась, чтобы получить поддержку у Макса, и тот энергично закивал, из чего можно было сделать вывод, что Макс тоже возмущен и поражается. "Что с ним делается? — удивлялась Юлька, глядя на приятеля. — Сам не свой и совсем нас не слушает…

Свадьба, что ли, так на него подействовала?"

Она снова повернулась к Сергею Павловичу:

— Вы собираетесь что-то предпринять против Жени?

Сергей Павлович дипломатично улыбнулся, подумав про себя: "Хорош был бы я, если бы потащил в милицию эту зажигалку! Колька все про меня знает, все им покажет… Пистолет! — чуть не застонал он — Верка, дура, утащила пушку… Давно надо было спрятать, все руки не доходили.. Ничего, я ее еще отыщу… Одно плохо, денег нет… Проклятье! Это он, больше некому. — Он злобно припомнил виляния адвоката. — И молчал, ублюдок, до последнего момента. Все представил так, словно сам был обманут. Девку подставил, вон она какая несчастная сидит. А деньги-то, может, и не какой-то человек должен был передать, а он сам!

И лежали они преспокойненько у него в сейфе…

Нет, Колечка, твое вранье тебе дорого обойдется. Я тебе перья-то повыдергаю".

И он, на мгновение отняв руку от руля, слегка потрепал Юльку по плечу.

— Все может оказаться бесполезным, — мягко сказал он. — Зажигалка.., этого слишком мало для того, чтобы уличить его. И всего того, что мы с вами знаем, тоже недостаточно… Я хотел спросить вас о другом… Не кажется ли вам, это несправедливо, если деньги вашего отца достанутся этим негодяям?

— Что? — не поняла Юлька. — Достанутся…

Но ведь они пока никому не достались!

— Ошибаетесь, — возразил Сергей Павлович. — Адвокат и его милый сынок наверняка присвоили денежки, а сегодняшнее представление было ими заранее продумано… Я считаю, что доверенное лицо, друг Стася, простите, вашего отца, не могло так обмануть его дочь. Я все-таки верю в человеческую порядочность.

«В человеческую хитрость я верю, — подумал он между тем. — Всю эту историю с начала до конца адвокат придумал: хотел удержать меня на длинном поводке… А теперь денежки припрятаны, и хана! Но постой, Колечка, эта девчонка тебя хорошенько покусает. А натравлю ее я».

— Уверен, — он понизил голос до конфиденциального шепота, оглядываясь на Макса, — уверен, что деньги уже у них.

— А как же человек, который должен был их передать? — заикнулась было Юлька.

— Он мог быть ограблен, введен в заблуждение, что угодно, милая барышня, — снисходительно заметил Сергей Павлович. — В любом случае адвокат не зря разыграл всю ату комедию. Ну, сами посудите, разве он убежал бы из ЗАГСа, если бы на самом деле дожидался кого-то? Это был фарс, разыгранный…