Пленительный обман - Маллинз Дебра - Страница 12

– Когда вы прекратите следить за мной? – Литер устало провел рукой по лицу. – Я взрослый мужчина. Моя жизнь касается только меня.

– Неужели? – Ром поднялся и схватил Литера за руку, на одном из пальцев сверкнуло кольцо со знакомой эмблемой – роза и шпага крест – накрест. – А может быть, она принадлежит им?

– Вы ничего не знаете! – Литер вырвал руку. – И я не хочу, чтобы знали. Это мое дело!

Молодой человек отвернулся, чуть не плача.

– Питер, – тихо окликнул Ром. – Они угрожали вам?

Питер на мгновение замер, затем кивнул. Он уселся поглубже на стул, свесил голову и задрожал.

– Я хочу выйти из общества, – прошептал он.

– Выйти? – Ром подошел, положил руку на плечо юноши. – Выйти откуда?

– Из общества «Черная роза». – Литер с трудом выговаривал слова. – Я думал, это увлекательное приключение, и хотел разбогатеть.

– Расскажите мне.

Литер поднял на собеседника глаза, полные страха и тоски.

– Я боюсь, Ром.

Ром сжал его плечо.

– Не бойтесь, я слежу за вами. А теперь расскажите мне, что происходит.

Питер вздохнул, казалось, все силы оставили его.

– Хорошо. Меня привел к ним мой приятель, который уже был членом общества «Черная роза». Он подбил меня вступить в его ряды. Мне казалось, это так заманчиво...

– Я представляю, что и ему тоже.

Питер пожал плечами.

– Все его члены участвуют в тайных дуэлях. Тот, кто побеждает в поединке, переходит на следующий уровень, а кто проигрывает, должен начать снова, причем с самого начала.

– Я понял. И при вступлении каждый должен внести свой пай?

Питер кивнул.

– И если вы начинаете снова, то вносите еще раз.

Скулы Рома заходили ходуном.

– Жадные ублюдки, не так ли? И как же они угрожали вам?

– Организация предполагает полную секретность. – Питер поднял руку. – Мы все носим такие кольца, которые отличают членов общества.

Ром взял руку юноши, изучая символ с большим интересом.

– Каждый носит такое кольцо?

– Да. Но кольцо члена Триады украшает рубин на месте розы.

– Что такое Триада? – Ром отпустил руку Питера.

– Три главных дуэлянта. Если вы победили на своем уровне, у вас есть шанс встретиться в поединке с одним из членов Триады. Победив, вы занимаете его место.

– И эти трое руководят всем обществом?

– Да, они судят всех остальных.

– Так ... кажется, я начинаю понимать ... Продолжайте.

– В ту ночь в Воксхолл пожаловал член Триады, который прервал вечеринку. – Питер уставился в пол. – Он разозлился, потому что мы собрались вместе в публичном месте. Мы нарушили устав общества.

– И поэтому он угрожал вам?

Питер кивнул:

– Человек со шпагой увидел меня в Воксхолле и сказал, что, появившись там, я нарушил одно из правил общества и это может стоить мне жизни. – Юноша поднял на Рома смущенный взгляд. – Когда вы спросили, куда я отправился из Воксхолла, я солгал, что ушел со своими друзьями. Я прятался в таверне, как провинившийся школьник.

– Мне кажется, вы проявили здравый смысл. – Ром поудобнее устроился на своем стуле. – И теперь, когда вы рассказали мне обо всем, вы больше не должны бояться. Я не допущу, чтобы с вами что-нибудь случилось, Питер. Теперь расскажите мне, что еще вам известно об обществе «Черная роза».

Питер откинулся на спинку стула и, облегченно вздохнув, начал свой рассказ.

Анна постучала в дверь скромного, но ухоженного дома, ее сопровождала служанка. Дверь отворил пожилой дворецкий и удивленно окинул женщин полусонным взглядом.

– Меня приглашала миссис Эмберли, – объяснила Анна, протягивая визитную карточку. – Она дома?

– Мадам действительно принимает сегодня утром, – сказал дворецкий, беря визитку. – Входите, я должен доложить о вас.

Анна вошла в просторный холл, сняла капор и накидку и отдала дворецкому. Он принял ее вещи и затем провел в залитую солнцем гостиную.

– Мисс Роузвуд, – объявил он.

Вернувшись к Лиззи, дворецкий проводил девушку в комнату прислуги.

Переступив порог гостиной, Анна остановилась, изучая интерьер. «Как мило», – подумала она. Ничего особенно дорогого или вызывающего, но хорошая солидная мебель, сияющая от усердного ухода. Хозяйка в одиночестве сидела на софе, около нее на изящном кофейном столике стояли чашка чая и тарелка с бисквитами.

Миссис Эмберли поднялась навстречу гостье.

– Мисс Роузвуд, какой приятный сюрприз!

– Доброе утро, миссис Эмберли. – Анна смущенно заморгала, когда хозяйка протянула ей обе руки для приветствия.

– О, зовите меня просто Лавиния. Или Вин. Мы все-таки одна семья, не так ли? – Лавиния усадила гостью на софу. – Вы позволите предложить вам чашечку чая? Я придерживаюсь строгого расписания, с тех пор как узнала, что жду прибавления.

– О ... мои поздравления. – Не очень понимая, как реагировать на подобное заявление – ее мать пришла бы в ужас от подобной темы для разговора, – Анна опустилась на софу. – Да, чай. Это было бы славно.

Лавиния взяла в руки колокольчик. Тот же самый пожилой дворецкий явился на ее звонок.

– Чай и побольше бисквитного печенья, – сказала Лавиния, подмигнув Анне. – Обожаю бисквит.

– Я тоже, – улыбнулась Анна в ответ.

– Уже что-то общее! – Лавиния залилась смехом и потянулась к чашке чая. – Извините, мисс Роузвуд. Я, должно быть, чересчур фамильярна с вами, но у меня такое чувство, словно я знала вас всю свою жизнь, вместе с вашими отношениями с Хаверфордом и так далее.

– Если вы позволили мне называть вас по имени, то, пожалуйста, зовите меня просто Анна. А что касается помолвки, то это пока только на словах.

Лавиния небрежно махнула рукой:

– Не беспокойтесь, дорогая. Хаверфорд как никто другой отличается благородством. Он обязательно выполнит обещание отца.

– Я надеюсь.

– И тогда мы породнимся.

– Ну ... да.

Разговор был прерван приходом слуги, несколько минут ушло на разливание чая, и это дало Анне время подумать о том, как лучше подойти к интересующему ее вопросу, который и привел ее в этот дом.

Когда слуга покинул комнату, Анна, слегка пригубив чай, спросила:

– Ваша матушка довольна прошлым вечером?

– Да, конечно, – подтвердила Лавиния. – Мама редко куда-то выходит.

– Печально слышать это. – Анна сделала еще глоток. – А ваш брат? Как его дела?

– Ром есть Ром, – вздохнула Лавиния. – Он узнал о моем состоянии как раз перед тем, как мы отправились на обед к Хаверфорду и я клянусь, он не спускал с меня глаз весь вечер! Вдруг я споткнусь или еще что-нибудь ...

– Может быть, он просто беспокоится о вашем здоровье?

– Может быть. Тем не менее, я не могу не поблагодарить вас за то, что вы уступили мне свое место за карточным столом. Уверена, это был единственный момент за весь вечер, когда, подняв глаза, я увидела, что мой брат не смотрит на меня.

– Я плохой игрок, – призналась Анна. – И была очень благодарна вам за то, что вы избавили меня от обязанности играть.

– Вместо этого вы стали жертвой плохого настроения моего брата, – заметила Лавиния с улыбкой, которая не содержала и намека на сожаление. – Я надеюсь, вы простили меня?

– Конечно. – Анна взяла бисквит. – Надеюсь, его своеобразный юмор не испортил вам настроение?

– О, я вообще не обращала на него внимания, – сказала Лавиния, пожимая плечами. – Я знаю, он хотел как лучше, но я же не маленькая девочка, а замужняя дама!

Губы Анны дрогнули при горестном воспоминании о ее собственном брате.

– Я понимаю, поверьте.

– О Господи, простите меня! – На лице Лавинии появилось искреннее сожаление. – Вы не так давно потеряли брата. Как я могла забыть?!

– Пожалуйста, не казните себя. Я с удовольствием слушаю, как вы говорите о своем брате. Это навевает приятные воспоминания.

– Но все же ... – Лавиния взяла бисквит с тарелки и передала его Анне. – Вот, теперь вы понимаете, насколько я чувствую свою вину.