Ланселот, мой рыцарь - Елисеева Оксана - Страница 31

Артур слегка склонил голову, приветствуя ее, и Хелен запоздало присела в реверансе, отчего у короля поднялись брови. Хелен вспомнила, что реверансы еще не вошли в моду. Пока даже знатные дамы приветствовали правителей поклоном. Но королю понравилось ее новшество, он крякнул от удовольствия и сказал:

— Сразу видно, благовоспитанная дама.

Ланселот невольно издал короткий смешок.

— Чем тебе не угодила леди Хелен, Ланселот? — посмеиваясь, обернулся к нему Артур, но рыцарь уже не слушал его.

Он смотрел в сторону все еще открытых двустворчатых дверей, из-за которых минутой ранее вышел король. И Хелен, и все остальные разом повернули головы в ту сторону. В дверях стояла ослепительно красивая женщина и вызывающе-надменно смотрела на собравшихся.

Хелен сразу догадалась, что эта высокая блондинка с волнистыми волосами почти до пят, в прекрасном шелковом платье бирюзового цвета, украшенном драгоценными камнями, с золотыми браслетами на руках и с диадемой на голове — Гвинивера. Правда, Хелен всю дорогу надеялась, что королева окажется и вполовину не так хороша, как описывали ее легенды, но увы. Теперь она понимала Ланселота.

Но тут Ланселот что-то резко буркнул, едва кивнул в сторону красавицы королевы и стремительно вышел из зала, забыв о Хелен, Гавейне и своих воинах. Гвинивера тотчас же скрылась за золочеными дверями. Хелен даже показалось, что она гневно фыркнула.

Артур задумчиво посмотрел вслед своему первому рыцарю и снова повернулся к Хелен.

— Путешествие не утомило вас? Не желаете пройти в ваши покои? Я прикажу предоставить вам голубые, в которых останавливается ваша дорогая тетушка. Она обещала прибыть ко двору, но не уверен, что мы дождемся ее сегодня. Она немного… э-э-э, необычная.

Хелен пропустила слова насчет тетушки мимо ушей и обрадованно уставилась на короля. Она будет жить в замке? Но чего еще она ожидала? Ведь здесь нет отелей.

— Да, ваше величество, — сказала она и снова присела в реверансе.

Артур еще раз довольно хмыкнул.

— А после того как отдохнете, я попрошу вас научить наших дам этому искусству, — сказал он, и Хелен, зардевшись, выпрямилась. Безусловно, с такого ракурса мужчинам приятнее всего разглядывать женщину.

Но с королем спорить она не решилась и только беспомощно оглянулась на Гавейна.

— Леди Хелен прямо из Рима, — поддержал он. — Уверен, она будет рада обучить наших дам.

— До встречи за ужином, леди Хелен, — сказал король, целуя ей руку. — Хаммерсфилд отведет вас в ваши покои.

Тут слуга, которого она сначала не заметила, указал ей рукой направление. Хелен испуганно оглянулась. Неужели она должна идти туда одна? Ведь здесь она никого не знает. Гавейн снова улыбнулся и негромко сказал:

— Смелей, леди Хелен. Неужели вы хотите, чтобы Ланселот узнал, что здесь вы тише воды, ниже травы?

Хелен гордо вскинула подбородок и повернулась к слуге:

— Ведите меня, Хаммерсфилд. Милорд, сэр Гавейн, до встречи. — Она слегка склонила голову и величественно удалилась, слыша за собой смешок Гавейна.

Артур удивленно посмотрел на рыцаря.

— Неужели это то, о чем я подумал? — поинтересовался он.

Гавейн лишь молча кивнул головой. Артур погладил свою бороду.

— Что ж, я одобряю его выбор.

Гавейн покачал головой.

— Он пока отрицает, но и слепому видно, что эти двое неравнодушны друг к другу.

Артур задумчиво посмотрел в сторону закрывшихся двустворчатых дверей.

— Думаю, это было бы всем на пользу, — медленно проговорил он. Затем, спохватившись, подошел к рыцарям.

— Приветствую вас, храбрые воины. Тристан, Персиваль, рад видеть вас в добром здравии.

Затем повернулся к Гавейну.

— Пройдем в мои покои. Мне нужно обсудить с тобой кое-что. Надеюсь, и Ланселот к нам присоединится.

Хелен сидела в своей комнате, уже принявшая ванну, переодевшаяся в красивое красное платье, что она надевала в замке Ланселота, причесанная, как следует, и ждала приглашения к ужину. Селина, которую она взяла с собой, хлопотала вокруг нее, убирая несуществующие пылинки и что-то восторженно щебеча. Она была в Камелоте в первый раз, и все вокруг ее восхищало. Но Хелен интересовало только одно — что происходит между Ланселотом и королевой? Все знают легенду, но кто знает правду?

Но кроме желания узнать правду Хелен вдруг ощутила некое внутреннее беспокойство, похожее на злость. С чего ей на него злиться? Ни вчера, ни сегодня он не подавал ей ни одного повода для ссоры. И все же его поспешный уход после появления прекрасной королевы заинтриговал ее. Тут была какая-то тайна. Решив во всем разобраться, Хелен не стала ждать приглашения и потащила Селину вниз. Служанка, делая круглые глаза и уговаривая Хелен подождать, неохотно шла следом. Навстречу им попался Хаммерсфилд и сообщил, что его величество приглашает леди Хелен присоединиться к их скромному ужину.

«Скромный ужин» оказался настоящим пиром. Ее поместили за одним из нижних столов, расположенных у помоста, где сидели сам король и приближенные к нему люди. Почему ей досталось столь почетное место, Хелен не поняла. Она устроилась между Тристаном и Персивалем.

— Мне поблагодарить сэра Ланселота за это место? — шепнула она Тристану, но молодой рыцарь лишь улыбнулся ей.

— Ваша тетя, леди Кассандра, весьма уважаема здесь, в Камелоте. Говорят, она дружит с Мерлином.

Хелен сделала вид, что поняла. Ее таинственная тетя дружит с Мерлином? Так он действительно существовал?

— Мерлина не существует. Это сказки для младенцев, вроде тебя и Галахада, — поддел молодого рыцаря Персиваль.

Но Тристан, очевидно, привыкший к подобным поддразниваниям, лишь миролюбиво улыбнулся.

Хелен поняла, что за верхним столом, кроме короля и королевы, сидят союзники. На данный момент это были Ланселот с Гавейном, находившиеся по правую руку от Артура, остальные же места пустовали. Тристан объяснил, что другие вожди должны прибыть сегодня-завтра. Артур собирает большой совет.

По левую руку от короля сидела его жена, красавица Гвинивера, и лучезарно всем улыбалась. Она улыбалась и Ланселоту, и даже отсюда Хелен видела, как тот отводил взгляд и хмурился. Он едва притрагивался к еде, зато вино в него помещалось в огромном количестве. В Солсбери она ни разу не видела, чтобы он так много пил, даже когда она нашла его лучшее вино в погребах Хогана. Наверху засмеялись, и король многозначительно взглянул на Хелен. Она увидела, как Гавейн что-то рассказывает ему. Без сомнения, речь шла о ней. Король поднял кубок и попросил тишины.

— За прекрасных дам! — провозгласил он.

Рыцари начали вставать и поддерживать этот тост.

— За дам! За прекрасных дам!

Хелен улыбалась в ответ на многочисленные взгляды и улыбки, обращенные к ней, как рыцарей Ланселота, так и незнакомых. Краем глаза она увидела, что Ланселот отодвинул свой стул и начал спускаться. Он должен был пройти мимо нее, и она отодвинула свой стул, намереваясь перехватить его по дороге, но он так свирепо взглянул на нее, что она осталась стоять на месте. Усаживаясь обратно, она подняла глаза на верхние столы и увидела, как безупречный рот Гвиниверы кривится в ядовитой ухмылке и ненавидящие глаза упираются в нее. Королева будто о чем-то предупреждала.

— Не беспокойтесь о нем, леди Хелен, — сказал Тристан, желая успокоить ее.

— Да, наш Ланселот крепок на желудок, — выдал Персиваль, из чего Хелен стало ясно, что рыцарь и впрямь много выпил.

Остаток ужина прошел для нее как в тумане. Загадка отношений Ланселота и Гвиниверы сверлила мозг Хелен. Неужели легенда права и они были любовниками? И теперь королева приревновала своего верного рыцаря к ней, явившейся из ниоткуда? Но почему она должна ревновать? Между Хелен и Ланселотом ничего нет и быть не может.

Тристан с Персивалем ухаживали за ней весь ужин, а после Тристан пригласил ее танцевать. Придворные дамы бросали на нее завистливые взгляды, а кавалеры — вожделенные, так что Хелен вдруг почувствовала себя неуютно. Она все время оборачивалась, словно пытаясь кого-то рассмотреть в толпе, и лишь к концу вечера поняла, что невольно искала Ланселота.