Магистр - Малинин Евгений Николаевич - Страница 11

– Я предлагаю выпить за мудрых людей. За людей, которые не сидят на месте, а идут, не сворачивая, по избранному ими пути. Пусть им сопутствует удача!

И после этого эмоционального спича я залпом опорожнил свою кружку. Попробовав зажатый в руке кусочек «дыни», я сразу понял, что он тоже пропитан тем же самым сиропом. В этот момент има Ухтар тяжело опустил свою кружку на стол и вяло пробормотал:

– Я что-то совсем устал… Глаза закрываются… День был тяжелый… – Его голова начала клониться и наконец легла на подложенную руку. Раздалось тихое спокойное посапывание.

– Э-э-э, да наш старик совсем утомился, – легко усмехнулся бель Хакум. И я сразу же уловил его быстрый изучающий взгляд, брошенный на меня. Хлебнув еще глоток из своей кружки, я тоже опустил ее на столешницу и бросил на засахаренный фрукт в своей руке недоуменный взгляд.

– Что-то мне тоже… спать пора… – пробормотал я заплетающимся языком. Потом еще раз обведя зал помутненным взглядом, я улыбнулся белю, вяло погрозил ему пальцем и, закрыв глаза, откинул голову на высокую спинку стула. Секунду спустя я уже сопел носом, изображая безвременно уснувшего.

– Кажись готов?… – пробормотал у меня над ухом глуховатый голос начальника стражи.

– Ты, по-моему, с ним в одной комнате остановился? – поинтересовался хозяин каравана. Бастаг, по-видимому, утвердительно кивнул, и бель приказал: – Отнесешь его в комнату и уложишь в постель. Ночью, попозже, я приду и мы его повыспрашиваем, какой такой учитель его обучал… Скажи кому-нибудь, чтобы старика тоже отнесли в комнату…

– А может, старичок давний знакомец этого типа?… – пробурчал Бастаг.

– Нет. Он действительно спас ему сына… Так что старик ни при чем… Давай действуй…

Я почувствовал, как меня поднимают со стула и несут прочь из зала. Причем у начальника охраны явно был помощник. Решив, что потом и так узнаю этого помощника, я не стал открывать глаз, давая моим новым «друзьям» спокойно доделать свою работу.

Меня перенесли в комнату и аккуратно уложили в постель. Затем не менее аккуратно раздели и прикрыли одеялом. Ну точно заботливые дядюшки, беспокоящиеся о здоровье забулдыги племянника.

– Ишь ты, – неожиданно раздался хрипловатый шепот, – улыбается… Знать, что-то хорошее снится…

– Каково-то пробуждение будет… – так же шепотом ответил Бастаг. Оба, крадучись, направились к двери, и через мгновение я услышал, как щелкнул замок.

Я открыл глаза и огляделся. Принесли меня действительно в мою комнату, и именно здесь меня, по всей видимости, будут «поспрашивать». Ну что ж, пусть поспрашивают. Хотя для настоящей игры неплохо бы знать, как должно действовать на меня подмешанное снадобье. Я снова откинулся на подушку и прислушался к себе. Все было в норме. Тогда я стал понемногу подпускать в кровь растворенные в вине ингредиенты. И через мгновение почувствовал странную сонливую легкость, пустоту в голове и неудержимое желание поговорить. «Так, – подумалось мне, – значит, из меня должен получиться болтун – находка для шпиона. Ну что ж, получите вы своего болтуна».

Я выбросил эту дрянь из крови, а остаток вывел со слюной и смачно плюнул в дальний угол комнаты. Слюна была ядовито-желтого цвета. Стало понятно, почему снадобье растворили в темном вине. Откинувшись на подушку, я принялся ждать посетителей, рассуждая про себя, кем может быть бель Хакум на самом деле. Рассуждения мои были, по правде говоря, совершенно бессмысленными, потому что у меня не хватало данных, но чем-то надо было заняться.

Так прошло часа три. И тут я услышал, что по коридору к моей комнате кто-то неспешно приближается. Я прикрыл глаза, и почти сразу возле двери завозились, щелкнул замок и поворачивающиеся петли слегка скрипнули. В комнату вошли двое. Впереди шел бель Хакум, а за ним, тенью, его верный начальник охраны. Хозяин каравана приблизился к постели и, взглянув на меня, проворчал:

– Ишь как сладко спит… Даже будить жалко.

Бастаг высунулся из-за плеча беля и ухмыльнулся. Затем он протянул руку и потормошил меня за плечо.

Я открыл глаза и тут же сел на постели. Посмотрев на своих гостей заспанным взглядом, я зевнул, и тут меня прорвало.

– О бель Хакум, как я рад тебя видеть! Я что-то совсем раскис, это надо же, уснуть во время ужина! Я надеюсь, ты не слишком на меня рассердился! – И тут я «разглядел» Бастага.

– Как! И достойный начальник нашей охраны пришел меня проведать! Какая честь! Садитесь, садитесь, пожалуйста! Я сейчас спущусь в обеденный зал и принесу вина! Мы втроем обязательно должны выпить!

Бель Хакум бросил выразительный взгляд на своего помощника, а потом дружелюбно меня перебил:

– Не надо никуда торопиться, дорогой Илия. Я просто зашел узнать, как ты себя чувствуешь, не надо ли чего-либо.

– Ну! – тут же воскликнул я. – Я чувствую себя прекрасно!

– Тогда, может быть, мы просто побеседуем? – вкрадчиво предложил бель.

– Конечно! – пылко поддержал я. – Дружеская беседа – что может быть приятнее для души!

Бастаг быстро подтащил к постели кресло, и бель уселся в него. Его клеврет расположился за спинкой кресла, почему-то внимательно наблюдая за моими руками.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – самым дружеским тоном поинтересовался Хакум, и я почувствовал в его голосе непривычные обертоны. Похоже, он задействовал голосовое принуждение. «Ну что ж, – подумал я, – пора начинать свою игру…»

Я слегка пошевелил пальцами правой руки и послал лучик из вправленного в мой перстень изумруда мазком по глазам Бастага. Он мгновенно оцепенел, выпучив глаза и вцепившись руками в спинку кресла. А я в это время прошептал заклинание, выпуская в кровь почтенного беля выпитое им снадобье. До сих пор оно было связано весьма простеньким наговором, который под напором моего заклинания мгновенно рухнул. Волшебный отвар, словно сорвавшись с цепи, бросился на беднягу Хакума. Его глаза закатились, и он начал стремительно засыпать. Но я дунул ему в лицо, прогоняя сон. Бель встрепенулся и бодренько поинтересовался:

– О чем бишь я хотел сказать?…

– Да я, почтенный Хакум, сказал тебе, что собираюсь вступить в Лигу, а ты начал рассказывать о беле Оземе, о порядках, царящих в Лиге…

– Да-да! – поспешно перебил меня Хакум, сейчас ему уже не хотелось слушать. Ему хотелось говорить самому.

– Так вот. Я очень хорошо знаю порядки Лиги, поскольку сам являюсь членом Большого Круга, – гордо заявил бель. – Ты, конечно, можешь направить просьбу о принятии в Лигу магов. Но на совете Лиги ты должен будешь назвать своего учителя. Кроме того, если твой учитель не из служителей Первого Круга, тебе устроят экзамен. А экзаменатором будет, конечно, сам бель Озем…

Тут бель противно захихикал.

– Наш Главный хранитель трона очень любит экзаменовать начинающих магов. Впрочем, может, твой учитель как раз из Первого Круга? – Хакум словно вспомнил, что хотел кое-что выведать у меня. Но тут же забыл об этом, уносимый неистовым желанием болтать. – Если экзамен принимает сам бель Озем, а это будет именно так, то он проходит либо в его апартаментах в Лиге, либо во дворце Великого ханифа. И там, и там имеется Город… – Хакум снова захихикал.

– И что это за Город? – перебил я его смех.

– Сам узнаешь… – недовольно ответил он и тут же добавил: – Только из этого Города еще никто самостоятельно не выбирался!

– Так это что-то наподобие шестого Глаза Вечности? – поинтересовался я.

– Ну что ты! – возмутился бель. – Город может тебе настолько понравиться, что ты сам не захочешь из него уйти. А шестой Глаз Вечности – это… – Тут он зябко передернул плечами, а его лицо перекосилось. Я понял, что шестой Глаз Вечности – весьма неприятное место.

– Так посещение этого Города и есть экзамен на право вступить в Лигу? – спросил я внезапно присмиревшего беля.

– Нет! – тут же ответил он, обрадовавшись, что я не продолжаю разговор о шестом Глазе Вечности. – Совсем необязательно… И вообще, каким будет экзамен, если он будет, совершенно нельзя сказать заранее…