Славянские сказки/Сказки для царевны Несмеяны/ - Олдржих Сироватка - Страница 17

Тут расплакался богатый купец и рассказал сыну, что поклялся своей кровью отдать его старику с белой бородой и железным носом.

«Милый мой батюшка, не плачь, не горюй, отправлюсь-ка я, не мешкая, искать старика с белой бородой, с железным носом. Разыщу я его, а там видно будет».

Родители его благословили в дорогу, Иванушка сел на коня и отправился искать старика. Ехал он ехал, куда и сам не ведал, долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли, пока наконец не встретил старую бабушку, сморщенную, точно сушеная груша.

«Куда путь держишь, добрый молодец?» — спросила она Иванушку.

«Чего зря спрашиваешь, все равно мне не поможешь!» — отрезал Иванушка и дальше поехал. Только стыдно ему стало, что он так бабушку обидел, вот и поворотил он коня и вернулся к ней.

«Не сердись, бабушка, что я тебе нагрубил. Горе у меня и печаль большая. Отец мой кровью своей поклялся отдать меня старику с белой бородой, с железным носом. Вот я к нему и иду, только где его найти, сам не знаю. Ты мне в этом деле не поможешь, не присоветуешь».

«Кто знает, может и помогу, может и присоветую. Старик с белой бородой, с железным носом — это Морской царь, а царствует он над всеми водами и над всем, что в тех водах живого есть. Живет он за тридевять земель, в тридесятом царстве, за семнадцатью лесами, черными да дремучими, за семнадцатью горами, высокими да могучими, за шестнадцатью реками, быстрыми да широкими, на берегу семнадцатой реки, там, где впадает она в синее море. Стоит на этом берегу его дворец. Надо тебе придти на берег этот не познее одиннадцати часов дня. В одиннадцать часов прилетят туда одиннадцать белых лебедей, сбросят перья, оборотятся красными девицами и купаться будут. А как выкупаются — наденут на себя перья, превратятся в белых лебедей и улетят. А потом прилетит лебедь двенадцатая, сбросит перья и оборотится красавицей-раскрасавицей. Станет она купаться, а ты перья-то ее собери. Что дальше будет, сам увидишь».

Иванушка хотел бабушку отблагодарить, только бабушка пропала, точно ветерок ее развеял.

Поехал дальше сын охотника. Ехал он долго-предолго, пока не приехал за тридевять земель, в тридесятое царство за семнадцатью лесами, черными да дремучими, за семнадцатью горами, высокими да могучими, за шестнадцатью реками, быстрыми да широкими, на берег реки семнадцатой, что впадала в синее море. И приехал он туда ровно в одиннадцать часов дня. Тут он с коня спешился, за вербу спрятался. Только спрятался, прилетели одиннадцать лебедей, сбросили перья, оборотились красными девицами и стали купаться. А как выкупались, одели перья, оборотились лебедями и улетели. Едва они улетели, услышал Иванушка странную и прекрасную музыку, точно ветерок серебряными колокольчиками играл. Это прилетела двенадцатая лебедь. Села она на берег, сбросила перья и оборотилась такой красавицей, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Вошла она в воду, а Иванушка подскочил, собрал перья и спрятался за вербу. Вышла красавица на берег, ищет перья, найти не может и говорит:

«Скажись, отзовись, кто взял мои перышки, кто бы ни был ты, верни мне их!»

Только Иванушка слово не промолвил, из-за вербы не вышел. Красавица второй раз кликнула:

«Скажись, отзовись, кто взял мои перышки. Если старый человек — будь мне дедушкой, если средних лет — будь мне батюшкой, если молодой — будь мне братцем родимым. Только верни мне мои перышки!»

Иванушка и тут молчит, из-за вербы не выходит. Красавица третий раз кликнула:

«Ах, Иванушка, верни мне мои перышки! Клянусь, что буду тебе верной женой до самой смерти!»

После этих слов вышел Иванушка из-за вербы и отдал девице лебединые перья. А она ему и говорит:

«Я Настасья Прекрасная, дочь Морского царя. Мой отец живет на берегу реки в золотом дворце. Влево от него — дворец серебряный — там я живу, вправо — медный, там живут мои сестры. Мой батюшка, Морской царь, давно тебя поджидает, из окна посматривает, головой от злости крутит, добра от него не жди. Только ты не унывай! Обещала я тебе, что буду верной женой и во всем помогу. Приходи в пять часов на крыльцо серебряного дворца, а там видно будет».

Сказала она, поцеловала Иванушку в губы, перья лебединые одела, оборотилась лебедью и улетела.

Иванушка в себя придти не мог от изумления. Не знал он, то ли все это и вправду было, то ли ему причудилось. Все же к пяти часам отправился он ко дворцу Морского царя. За лесочком, на берегу реки, стояли три дворца, золотой, серебряный и медный. И от золота, серебра и меди такое сияние шло, что глазам больно. А на крыльце серебряного дворца уже поджидала его Настасья Прекрасная. Поманила она Иванушку, тот вошел в сени и спрашивает:

«Настасья Прекрасная, что же мы теперь делать-то будем?»

Настасья ничего не ответила, стукнула по столу и сейчас же на столе объявилось полно редких вин да дорогих блюд. Ивацушка ничего подобного не только что не ел, но и видеть не видел. Стали они есть да пить, жареное вином запивали, вино сладким заедали. Так и вечер наступил и время было спать ложиться.

Утром разбудила Настасья Прекрасная Иванушку и говорит ему:

«Пора тебе отправляться к Морскому царю, моему батюшке. Только помни: не смеешь ты его ослушаться! Коли есть прикажет — ешь, коли спать прикажет — спи, коли работу какую задаст — выполни, а если сил не хватит, приходи ко мне за помощью».

Пришел Иванушка к Морскому царю. Тот его встретил неприветливо. Белая борода у него клочьями висела, железный нос ржавчиной покрылся, а как стал он злиться из ноздрей искры посыпались:

«Ну, пришел наконец! Давно я тебя здесь поджидаю!»

Иванушка ему в ответ на это и говорит:

«Ах, Морской ты наш царь! Как же мог я раньше придти, если дорога сюда ведет дальняя, а какая она — никто не знает».

«Ну, ладно, — проворчал Морской царь. — Хорошо хоть пришел. А сейчас садись и ешь, проголодался небось с дороги».

Иванушка только что позавтракал, но от еды не отказался, вспомнил; что советовала ему Настасья Прекрасная. Послушался он Морского царя и когда тот его спать послал и гулять позвал:

«А теперь, Иванушка, покажу я тебе сад возле моего Золотого дворца».

Сад Иванушке не понравился. Деревья были сухие и на каждом скелет висел. Ветер подул, кости загремели, у Иванушки от страха волосы встали на голове дыбом. А вокруг сада был забор, на каждом колу — человечий череп, только на одном черепа нехватало.

Вышли они из сада и подошли к лесу. Вот и говорит Морской царь Иванушке:

«Погляди на этот лес хорошенько. Длина его — верста, ширина — верста. Велю я тебе до утра этот лес вырубить, дерево на доски распилить, корни выкорчевать и сжечь, землю вспахать, пшеницу на ней засеять, урожай собрать, обмолотить, зерно в муку смолоть, а из этой’муки мне на завтрак пирог испечь. А не сделаешь — разорву я тебя пополам, а голову твою на пустой кол насажу. Понял?»

«Горе мне бедному, разнесчастному! Мало я пожил, мало по земле походил, мало под солнышком обогрелся», — загоревал Иванушка.

А потом вспомнил Настасью Прекрасную, побежал в серебряный дворец и рассказал ей, какое страшное дело для него Морской царь выдумал. Но Настасья Прекрасная только улыбнулась:

«Ах, Иванушка, ну разве это дело? Дело будет впереди. Ложись-ка ты спать спокойно, утро вечера мудренее».

Взяла она его под руки и ввела на крыльцо. А сама вынула свистульку, свистнула, и сейчас же прилетело Бесчисленное число и спрашивает:

«Что угодно, Настасья Прекрасная?»

Настасья Прекрасная и говорит Бесчисленному числу:

«Иди-ка ты лес вырубить за садом моего батюшки, Морского царя, деревья на доски распили, корни выкорчуй и сожги, землю вспаши, пшеницу засей, урожай собери, зерно смоли, а из муки этой испеки моему батюшке, Морскому царю, пирог на завтрак!»

Бесчисленное число принялось за дело, а само ворчит:

«По пустякам меня Настасья Прекрасная беспокоит, такое дело и гроша ломаного не стоит».