Драконья алчность, или Дело Алмазного Фонда - Малинин Евгений Николаевич - Страница 109

Дракон был яркого желтого цвета, словно здоровый желток свежего яйца или еще не поседевший одуванчик. Его огромный, почти прозрачные, как у стрекозы, крылья отливали сусальным золотом, а яркая пластинчатая броня отбрасывала чудесные солнечные блики, хаотично мечущиеся в окружающем дракона пространстве и порой попадающие мне в глаза.

Я зевнул… вернее зевок сам собой раздвинул мои закостеневшие челюсти и выплыл наружу, потому что я сам не хотел ни зевать, ни спать, ни бодрствовать. Но этот медленный, безразличный зевок, словно прочистил мои древние уши, и я вдруг начал понимать, что кричал, летавший вокруг моей скалы дракон. Его голос становился все более слышен, все более внятен, все более… громогласен!

– … Даже такая древность, как ты, должна понять, что такое – стать драконом!!! Я полон сил, я неуязвим, я непобедим!!! Мне подвластно все на свете, мне доступны любые высоты и глубины, все мои желания исполнимы, все самое невозможное возможно!!! Стань драконом – ты сможешь, и тогда твоя старость, твоя дряхлость, твое отчаяние растворяться, уйдут навсегда!!! Стань драконом – и твои враги исчезнуть былинками в волшебном пламени, а твои друзья будут счастливы!!! Стань драконом – и не будет для тебя недостижимого!!!

СТАНЬ ДРАКОНОМ!!!

Этот последний возглас трубным гласом прогремел в моих ушах и я… проснулся.

За маленьким окошком, пробитым в двухметровой толще скалы все также переливался перламутром дневной свет пустыни. Мне показалось, что проспал я всего несколько минут, тех самых, во время которых мне привиделся мой странный сон, однако, когда я попробовал подняться со своего жесткого ложа, оказалось, что мое тело затекло и отказывается мне повиноваться.

С трудом утвердив ноги на каменном полу и распрямившись, я побрел в умывальную комнату, чтобы хоть немного привести собственное тело в порядок. После умывания и небольшой зарядки мне значительно полегчало, и я направился в зал, чтобы посмотреть, чем заняты мои товарищи.

Наш большой обеденный стол был почти пуст, на нем сиротливо притулилось несколько блюд с какой-то снедью, большой кувшин и один единственный набор столовых приборов, окружавших чистую тарелку. Едва я подошел к столу, как с другой его стороны, из-за свисавшей почти до полу скатерти, вынырнул черный Гварда и коротко тявкнул:

– Ну что, проснулся?..

– А где все остальные! – в свою очередь спросил я, не отвечая на вопрос синсина, показавшийся мне риторическим.

– Старого учителя пригласил к себе Желтый Владыка, и он ушел сразу после завтрака, а господин Сю отправился в сокровищницу Владыки…

– То есть как в сокровищницу?! – встревожено перебил я Гварду, – И откуда он узнал, где эта самая сокровищница находится?!

Синсин ощерил свои здоровенные клыки в некоем подобии улыбки:

– Он попросил пришедшего за учителем Мэнь-Шэня показать ему сокровищницу Владыки, и тот дал господину Сю провожатого… Какого-то старичка-хранителя.

– Так этот… Поганец в этой сокровищнице обязательно что-нибудь сопрет, а у нас будут неприятности! – всполошился я, – Ты знаешь, как Желтый Владыка трясется над своими камнями?!

Синсин ничего на мои беспокойные вопросы не ответил. Помотав своей черной башкой, он проговорил:

– Нечего об этом думать, ты лучше садись, позавтракай.

Только тут я вспомнил, что Гварда уже упоминал про завтрак. На мой недоуменный взгляд синсин с тихим рыком ответил:

– Ты проспал почти сутки. Скоро уже время обеда…

– Так, может быть мне лучше дождаться обеда?.. – задумчиво проговорил я, – Да и есть я что-то не очень хочу…

Тем не менее, чисто машинально, я взял какой-то пирожок и принялся его жевать.

В этот момент в зал быстрым шагом вошел Фун Ку-цзы и прямо с порога заговорил с несвойственным ему возбуждением:

– Вот это беседа!!! Ради одного часа беседы с Желтым Владыкой вполне можно было просидеть на раскаленной скале еще трое суток!!! Я из одного этого разговора узнал столько нового, столько неожиданного и поразительного, что чувствую себя просто кладезью мудрости!! Теперь мне просто необходимо вернуться в Пакит, там я открою… – на мгновение он замолчал, что-то обмозговывая, а затем с неким возвышенным пафосом закончил, – Я открою Школу Высшей мудрости!!!

– ШВМу… – с набитым ртом промычал я, чем враз сбил своего учителя с мысли.

Он остановился напротив меня, несколько секунд рассматривал меня недоуменным взглядом, а затем беспокойно переспросил:

– Что ты сказал?.. Я не совсем понял твоего… э-э-э… мычания!..

Я быстро проглотил не совсем разжеванный кусок и внятно повторил:

– ШВМу… Школа Высшей Мудрости! – и добавил, – Я сам закончил ВУЗ…

– Кого ты прирезал? – донесся от входа в зал писклявый голосок Поганца Сю. Мы обернулись на этот голос, и малыш, видя, что завладел нашим вниманием, напористо заверещал, – И главное – когда успел?! Два часа назад, учитель, я оставил тебя спящим сном честного человека, а сейчас слышу твое собственное признание в том, что ты кого-то «закончил»! Как это понимать?!

Я невольно улыбнулся:

– Я закончил не «кого-то», а ВУЗ. Высшее учебное заведение. А учитель Фун Ку-цзы собирается открыть в Паките ШВМу – Школу Высшей Мудрости.

Поганец перевел взгляд на Фун Ку-цзы, затем снова посмотрел на меня, затем опять взглянул на старика. При этом у него был такой вид, будто он сильно подозревал нас обоих в некоем недостойном розыгрыше. Наконец, решив, видимо, что я его не разыгрываю, он покачал головой и глубокомысленно проговорил:

– Ну… Не знаю!.. Мне кажется, в ВШМе не каждый захочет учиться!.. Я бы, например, точно не захотел!

– Это почему же?! – запальчиво поинтересовался Фун Ку-цзы, не замечая, что Поганец случайно или нарочно переврал мою аббревиатуру.

– Так если я в этом… в вашем… буду… ну… учиться, меня будут называть… – он на мгновение замолчал и торжествующе закончил, – Вшмист! Вам это ничего не напоминает?!

– Напоминает, – неожиданно подал голос Гварда, – Маленькое злое насекомое!

– Никаких вшмистов не будет!!! – буквально взревел Фун Ку-цзы, перепугав всех нас, – Будет Школа Высшей Мудрости и будут приобщенные к постижению Высшей Мудрости!!!

– Ага… Значит, приповымы… – буркнул себе под нос догадливый Поганец, но старик не заметил этого бурчания. Он повернулся всем телом ко мне, грозно свел свои мохнатые кустистые брови и веско закончил:

– А твои странные, неблагозвучные слова, ученик, я прошу тебя оставить при себе, иначе однажды, когда ты произнесешь нечто подобное публично, простые люди побьют тебя камнями!!!

– Ага! Как же!! – немедленно взвизгнул Поганец, – Да первый же, брошенный в его сторону камень учитель разобьет о голову бросившего!.. Причем не прикасаясь к этому камню руками!

Фун Ку-цзы перевел свой суровый взгляд на моего ученика, но ничего не сказал, а усевшись за стол, погрузился в размышления. Очень скоро его чело разгладилось, а в глазах появился прежний мечтательный блеск.

Я закончил свой поздний завтрак и повернулся к присевшему рядом со мной Поганцу:

– Ну а ты?.. Что ты… э-э-э… увидел в сокровищнице Желтого Владыки?..

Поганец как-то сразу поскучнел, бросил на меня быстрый тревожный взгляд, опустил свою мордочку к полу и еле слышно ответил:

– Я, конечно, понимаю твою оговорку… «увидел»… Ну что сокровищница!.. Сокровищница, как сокровищница… Беспорядка много… все навалено кучами…

Тут он вдруг взглянул мне прямо в глаза и трагическим шепотом пробормотал:

– Там столько всего, что даже воровать не хочется!..

В этот момент что-то слегка задело мой локоть, лежавший на столешнице, и я резко обернулся. Стол был совершенно пустой и абсолютно чистый. Вся стоявшая на нем посуда вместе со скатертью куда-то исчезла, а сама столешница влажно отблескивала, словно ее только что протерли влажной тряпкой. Я не успел высказать свое удивление, как из-под стола раздался спокойный голос Гварды:

– К обеду начинают накрывать…

И действительно, на столе, в мгновение ока покрывшемся свежей скатертью, прямо из воздуха начали появляться тарелки, миски, столовые приборы, горшки, супницы. Все это богатое посудное разнообразие было настолько привлекательным, что я даже… почувствовал голод! Тем более, что из-под крышек супниц и широких мисок потянуло самыми изысканными ароматами.