Бросок в безумие - Малинин Евгений Николаевич - Страница 66

«Кто-то подошел... Это не врач, врач никогда не останавливается и не прислушивается, он сразу открывает дверь... Это кто-то чужой! Что нужно чужому около моей каюты?»

«Ты кто?..» – мысленно произнес Игорь, стараясь вести себя как можно спокойнее и доброжелательнее.

Чужая мысль немедленно исчезла. За дверью наступила тишина, однако Игорь терпеливо ждал, не желая своим напором испугать того, кто находился за дверью.

Минуты две царила тишина, а затем чужой разум повторил за Вихровым:

«Ты кто?..»

«Я капитан Вихров... – немедленно отозвался Игорь, – я располагаюсь в соседней каюте, но теперь могу из нее выходить...»

И чуть подождав, он снова повторил свой вопрос:

«А ты кто?..»

«Я... не помню... – с какой-то щемящей тоской донеслось из-за двери, – ...я ничего не помню!..»

«Ты не будешь против, если я войду?..» – как можно мягче спросил Игорь.

«Ко мне никто не приходит... – пришла мысль из-за двери, – ...врач... иногда... редко... Наверное, ко мне просто нельзя войти... Может быть, меня просто нет?.. Но тогда кто за меня думает... Или это не мои мысли... лучше бы уже снова пришла боль, тогда я точно знаю, что я есть... И еще я точно знаю, что я есть, когда приходит врач... Только врача уже очень давно не было... наверное, потому, что меня тоже нет...»

«Теперь ты будешь точно знать, что ты есть, когда буду приходить я!» – перебил чужую мысль Игорь и положил подушечки пальцев на сканирующую пластину.

Шероховатости... нет, крошечные, чуть покалывающие кожу крючочки были ясно различимы. Игорь осторожно провел кончиками пальцев по пластине, приглаживая эти крючочки в одну сторону, пока не раздался знакомый короткий щелчок электромагнита. Капитан осторожно толкнул дверь.

Каюта, в которую он вошел, была точной копией его собственной. Тусклый «ночной» свет едва освещал помещение, но и в этом тусклом свете было хорошо видно, что на кровати никого нет. И в то же время Игорь отчетливо ощущал присутствие чужого разума. Он шагнул к туалетной нише и отдернул пластиковую штору. В нише загорелся свет, словно бы демонстрируя, что и там никого нет.

«Что за странные... прятки?..» – удивленно подумал Игорь.

«Прятки... – эхом возникла чужая мысль, – ...прятки... дети... маленькие люди... люди... большие люди... я был большим... человеком... теперь я никто, меня нет... остались только мои мысли... Только почему-то эти мысли всегда разные...»

«Если мысли появляются и исчезают, значит, их кто-то генерирует. А в каюте, кроме тебя, никого нет! – возразил невидимке Игорь. – Значит, ты есть, значит, ты существуешь!»

Ответа не последовало, и Игорь снова принялся осматривать крошечную каюту. Наконец в выдвижном ящике прикроватного столика он обнаружил капсулу с голограммой. Быстро развернув ее, он увидел голографическое изображение Володьки Ежова, четвертого ассистента командира «Одиссея». Рядом с младшим лейтенантом стояла женщина лет сорока, не сводившая с улыбающегося парня сияющих глаз.

«Вот, значит, кто находился в этой каюте! – подумал Вихров. – И как я только мог забыть, кто был со мной на Гвендлане?»

«Кто был с тобой на Гвендлане?..» – немедленно пришла к нему чужая мысль. Теперь в ней появился едва заметный интерес, и Вихров сразу же узнал знакомую интонацию – с ним общался Ежов, теперь он был в этом совершенно уверен.

«Ты был со мной на Гвендлане! – твердо подумал Игорь. – А зовут тебя Владимир Ежов, ты – младший лейтенант Космофлота Земли и четвертый ассистент командира линкора „Одиссей“!»

«...линкора „Одиссей“...» – слабым эхом отдалось в его голове.

«Нет, это уже черт знает что! – неожиданно вспылил Игорь. – Что произошло в этой каюте, куда мог подеваться человек и каким образом здесь появляются его мысли? Не мог же он на самом деле превратиться... – тут капитан запнулся, словно сам не мог поверить в промелькнувшую догадку, – ...или мог?»

Игорь аккуратно поставил свою коробку на столик, прикрыл глаза, чтобы ему не мешал ночник, и принялся изучать комнату с помощью своих вновь приобретенных способностей.

И почти сразу же он обнаружил в углу каюты, над входом в туалетную нишу не слишком сильное и странное по форме электромагнитное поле! Ни один из установленных в каюте или рядом с нею приборов и устройств не мог генерировать это поле! Что же получалось!..

На секунду Вихров растерялся – получалось, что человек, полностью потерявший свое материальное тело, тем не менее не утратил способности размышлять!!!

«Но если он... если это поле существует, значит, оно... он... получает откуда-то подпитку?»

И тут же в его голове родилась подсказка: «Да от того же энерговода, от которого ты сам подпитывался!»

Игорь поднял глаза и уставился в тот самый угол, в котором расположилось поле. Потом, не глядя, протянул руку и вытащил из коробки одну из пирамидок. Он, конечно же, не видел поля, но точно знал, что оно есть!

«Володь, ты можешь как-то ощущать вещи... предметы... людей?..»

«Володь... это я?»

Чужая мысль была гораздо четче, и вопрос, заключенный в ней, был точно направлен.

«Владимир Ежов – это ты! – подтвердил Игорь. И повторил свой вопрос: – Так ты можешь ощущать... материю?»

«Материю?.. Могу... И не только материю... Я, например, чувствую, что ты на меня смотришь... Я первый раз чувствую, что кто-то смотрит именно на меня!.. Врач никогда на меня не смотрел, хотя иногда говорил... – Вдруг чужая мысль оборвалась и спустя мгновение возобновилась с прежней неуверенностью: – Говорил?.. Обменивался мыслями... Говорил... уже давно не могу говорить... Я могу только мыслить...»

«Владимир! – резко перебил Ежова Игорь. – Сосредоточься! Я прошу тебя обратить внимание на то, что лежит у меня на ладони. Ты можешь как-то... обращаться с этой вещью?»

«С этой вещью?..» – эхом повторилось у Вихрова в голове, и вдруг он почувствовал, как по его руке, от плеча к запястью пробежала быстрая волна жестких мурашек, а вслед за этим лежавшая на ладони пирамидка приподнялась и поплыла к потолку.

«Этой вещью?» – снова переспросила мысль, делая ударение на слове «этой».

«Да – этой!» – радостно подтвердил Игорь и тут же достал другую пирамидку, не сводя глаз с первой, парящей под потолком.

«Владимир, попробуй проделать со своей... вещью то, что я сейчас тебе покажу... то есть то, что сейчас произойдет с такой же вещью в моей руке...»

Игорь понимал, что здорово запутался в своих объяснениях, и потому вытянул руку вперед и принялся манипулировать пирамидкой, превращая ее в синий тор и возвращая ей первоначальный вид.

Он провел шесть-семь превращений, когда в его голове вдруг появилась мысль Ежова:

«Это просто... Смотри!»

Висевшая в воздухе пирамидка вдруг завибрировала, причем с такой частотой и амплитудой, что ее очертания расплылись, а затем очень медленно ее форма и цвет стали изменяться. Прошло почти две минуты, пока пирамидка в «руках» Ежова не приобрела форму тора и не окрасилась в интенсивный синий цвет.

«Отлично!!! – с восторгом воскликнул Вихров, а затем стал каменно серьезным. – А теперь, Володя, подумай: может быть, тебе стоит вернуться в материальную форму, принять свой прежний, человеческий облик?»

Ответа не последовало, разве что синий бублик вдруг сорвался со своей невидимой опоры и с глухим стуком упал на пол каюты. Лишь после долгого молчания Вихров уловил мятущуюся мысль:

«Вернуть человеческий облик?.. Но ведь я утратил тело!.. У меня остались только мысли!.. Как можно мыслью вернуть себе тело?»

«Ничего ты не утратил! – жестко подумал Игорь. – Просто в ходе мутаций, возможно, из-за невыносимых болей ты, скорее всего даже не соображая, что делаешь, перевел свое тело в форму электромагнитного поля! Ты ушел от боли, избавившись от тела! Но ты сам только что показал, что вполне способен формировать материальные объекты, вот и думай, как с помощью этого знания вернуть себе материальную форму!!!»

«Но тогда и... боль вернется!.. Игорь, это была такая боль! Такая!!!»