Памяти не предав. Авторский сборник - Сергеев Станислав Сергеевич - Страница 168

— Да. Кузнецов просил подобрать ему побольше профессиональных моряков.

Она согласно кивнула, сразу поняла, что я подразумеваю.

— Что с Антарктидой?

Катя была в курсе многих наших проблем и проектов, тем более я ее знал давно, и за многие весьма серьезные вопросы отвечала лично передо мной. Она реально входила в МОЮ команду.

— Сейчас закончу мобильный маяк с системой экстренного вызова. В это же время внешняя разведка СССР готовит нам зеленый коридор через обе Америки до Аргентины. Там запускаем маяк и перебрасываем группу.

— А кто полетит? Не Санька ли случаем?

Вопрос был задан спокойно, но я почувствовал неудовольствие в словах красавицы. Я хохотнул.

— Нет. Не злись. Полетят Дегтярев со своими людьми. Санька мне здесь нужен.

— Это связано с тем заданием, которое он для вас выполняет?

— Проболтался?

— Нет, шифруется, но я-то его как облупленного знаю. Да и вы, Командир, не из тех, кто не готовит отходные позиции.

— Со стороны так все плохо выглядит?

— Нет, но тревожно. Самолеты с техникой, аэромобильная рота. Слишком много народа привлекается, и люди по привычке считают, что теплых мест для всех не хватит.

— Ну и зря. Война там будет длиться и длиться, потери, может, и будут поменьше, но активного мужского населения будет выбито очень много. Надо будет спасать генофонд нации.

Катерина не выдержала и фыркнула.

— Все у вас, у мужиков, в одну сторону направлено.

— Да это так, к слову. Все равно работы для всех хватит…

— Командир, так что там насчет новых возможностей?

— Будем работать. Нам нужны каналы в другие миры. Сталин активно хочет завладеть ядерным оружием, на случай глобальной войны из-за нас со всеми капиталистическими странами, а россияне в принципе готовы ему предоставить несколько тактических зарядов.

— Н-да. Из одной ядерной войны в другую?

— Вот и я про это. Семенов однозначно потребовал предоставить им канал в другой мир, где, ну скажем так, поспокойнее, и готовы за это предоставить любые ресурсы. Я потребовал у них в счет оплаты ядерный заряд, так почти согласились, гады. Точнее, не отказались.

— Ого. Они уже требуют?

— Ты правильно подметила. Требуют. Оценили наши силы и возможности, и начали мягко давить. В общем, времени у нас осталось маловато. Одна надежда на их конкурентов. Пока они будут ходить вокруг друг друга, играя мускулами и наращивая свое военное присутствие, мы будем отщипывать свои кусочки и под этой завесой отработаем резервный вариант.

— Есть такая возможность?

— Конечно. Я нащупал несколько новых каналов, только там с точной настройкой пару недель возиться нужно.

— Какое время?

— Пока не знаю. Тут придется ходить на ту сторону и вживую определять, а уже исходя из этого разрабатывать хоть какую-то теорию.

— Что я могу сделать, чем помочь?

Я с интересом смотрел на нее.

— А ты приняла решение?

— Командир, а у меня есть варианты? Точнее, у нас?

— Варианты всегда есть.

Катя вздохнула и откинулась на спинку стула и потянулась, как кошка. Под новеньким чистеньким камуфляжем явственно выделилась высокая грудь. Несмотря на недавние роды, она осталась все такой же свежей и ослепительно привлекательной. Девочка знает себе цену, но при этом и знает цену дружбе, предательству, и, главное, она побывала за кромкой, увидев смерть вблизи.

— Командир, вы сомневаетесь?

— Ни в тебе, ни в Саньке. Мы сколько лет рядом?

— Достаточно.

— Но я не могу заставлять. У вас ребенок и снова идти в поиск, в неизвестность с непрогнозируемыми перспективами, оставив за спиной чистый мир…

— Зато не будет скучно.

— А серьезно?

— Командир, в чем дело? Я дала повод усомниться?

— Нет, Катя. Если ты предашь, я застрелюсь, иначе просто не будет смысла верить людям после такого. Но ты теперь мать, и здоровье и будущее ребенка тебя должно беспокоить в первую очередь, нежели все наши телодвижения.

— Да, заботит. Только есть один маленький нюанс.

— Какой?

— Знаете, Командир, теперь нас можно назвать кризисными менеджерами. Мы воины, организаторы, диверсанты, разведчики, именно те люди, которые востребованы в переходные периоды. Сейчас мы на коне, потому что дали людям надежду, нажив при этом кучу врагов, которые пока помалкивают. Как пример все эти научные кадры, которые верховодили в бункере яйцеголовых, а вы их всех мордой об стол и в строительный батальон. Видели бы вы, как на вас Мандалай посматривает.

Я несказанно удивился:

— Это кто?

— Аспирант один у Старостенко, фамилия Боков. Говорит, даже знает вас по университету.

— Не помню, давно это было.

— Не суть важно. Хорошо, что не помните, таких моральных уродов помнить — себя не уважать. Мальчик пытался пролезть в руководство, прогибался, улыбался, в общем обычный карьерист и приспособленец. Прогнали на полиграфе да собрали оперативную информацию. В итоге допускаем максимум в желтую зону. Алкоголизм, наркотики, контакты с бандитами, торговля наркотиками, в бункере у яйцеголовых примазывался к руководству, как специалист никакой.

— Так в чем проблема? Там много таких.

— Видели бы вы, с какой ненавистью он смотрел на вас, когда считал, что никто за ним не наблюдает. Лицо сразу покраснело, дикий взгляд исподлобья, я подумала, что он бросится.

Меня это заинтересовало.

— Что я ему такого сделал? Ну проблемы с психикой у человека…

— Они все тут приспособились паразитировать на других людях. А мы всю эту систему изменили и лишили уважаемых дядек теплых местечек. Думаете, нам это забудут?

— И чего они нам смогут сделать? Руки коротки.

— Нет, Командир. После того как переселимся, повоюем, отстроим закрытые городки и необходимость в военных, как мы, отпадет, с нами расправятся. Сначала для управления придумают какой-нибудь совет, потом переподчинят силовые структуры, назначат своих людей и чуть позже отстранят от управления, а дальше…

Я уже выпил кофе и напряженно смотрел на Катю. Куда она клонит, и так было ясно, и в моих планах на будущее и ей, и Саньке тоже отводилось определенное место. Они уже вполне освоились с ролью, но сейчас я хотел выяснить: либо это ее личная инициатива, либо новоявленные друзья так оперативно начали через мое окружение влиять на ситуацию с открытием порталов в другие времена, или это мнение моего окружения и они делегировали Катьку в качестве посла доброй воли. Вариантов много, но в обстановке дефицита времени надо просветить вопрос максимально быстро. Я скептически осмотрел Снежную Королеву: свежий макияж, дорогие сережки и легкий запах чего-то волнующего и интригующего, явно до войны стоящего не одну сотню баксов. Если б ее не знал, то подумал, что меня сейчас будут соблазнять.

— Катюша, колись, это твои мысли или кто-то уже тебя делегировал для этого разговора?

Она чуть замялась.

— Практически все наши так думают. Из тех, с кем начинали. Но это пока моя позиция, и если будет команда, то, Командир, я могу переговорить с нашими.

— Заговор в заговоре?

— Конечно. У нас слишком много новых людей появилось, и в ближайшее время их количество достигнет критической массы, и они начнут перехватывать рычаги управления.

Я впервые испытал раздражение. И как раньше, когда строил молодую девчонку-снайпера из моего отряда, чуть ли не прикрикнул:

— Так, Катерина. Кто послал?

— Васильев, Ковальчук, Левченко. Это только основные.

— И все хотят в другое время?

— Не против.

— А предки в сорок первом?

— Поможем, конечно, насколько это возможно.