Всегда война. Авторский сборник - Сергеев Станислав Сергеевич - Страница 249

— Это не подделка?

— Нет. Человек, который был там, подтвердил, что все, что заснято, было реально.

Сталин опять замолчал. Через долгие минуты он наконец сказал:

— Знаешь, Лаврентий, не надо менять Зимина. Ты видел, с какой яростью наши потомки шли в атаку? Если до этого у нас и были какие-то сомнения, то теперь ничего такого не осталось. Такое не подделаешь, тут была не просто атака, тут был крик души. Они сражались за Родину.

Он опять замолчал, вспоминая свою молодость и гражданскую войну, где с такой же яростью миллионы русских уничтожали друг друга, воюя за правое дело, как они это понимали.

— Что они еще привезли, Лаврентий?

— Образцы своего оружия, несколько компьютеров, печатающие устройства, бытовую технику. Как доложили, им удалось наладить стабильную высокозащищенную связь со своей базой, теперь в случае какого-то вопроса можно будет быстро получить развернутый ответ, вплоть до чертежей. Сейчас ведется поиск новой точки выхода.

— О переезде основной базы в Сибирь с ними говорили?

— Они, оказывается, этот вопрос у себя обсуждали и уже заранее дали согласие. Еще одна новость, им удалось найти несколько преподавателей из крымских высших учебных заведений своего времени с обширными университетскими библиотеками, и после обработки и проверки готовы тех с семьями переправить в наше время, для оказания помощи.

— Это действительно неплохая новость. Нам как раз специалистов не хватает.

— Представитель потомков готов с вами встретиться.

— Не надо пока, Лаврентий, работайте, организуйте пребывание и переправку в защищенное место. Да, кажется, у Зимина воевали несколько наших товарищей?

— Сводная группа ОСНАЗа НКВД и армейской разведки. Из них двое погибли, двое ранены.

— Представьте всех к правительственным наградам. Зимина тоже, товарищ давно заслужил.

— Хорошо, товарищ Сталин, представление будет сегодня же подано в секретариат.

Глава 25

Известие о бое под Киевом с применением необычных тяжелых танков и системы подавления связи застала адмирала Канариса в Смоленске, где он инспектировал одну из школ абвера. Здесь в экстренном порядке готовили диверсантов из перешедших на сторону противника русских военнопленных и симпатизирующих Германии граждан СССР. Конечно, качество контингента оставляло желать лучшего, но в условиях массовой войны и жесткого дефицита времени, когда уже началось наступление на Москву, возрастала потребность в большом количестве диверсантов. Система безопасности, построенная русскими, особенно в прифронтовой полосе, работала весьма эффективно, и большая часть заброшенных в тыл выпускников школ абвера становилась добычей истребительных отрядов НКВД, так и не выполнив поставленной перед ними задачи, но были и удачи. Пользуясь неразберихой в отступающих частях, диверсантам удавалось уничтожать штабы полков и дивизий, наводить на них авиацию, подрывать мосты, но с наступлением холодов, активность упала, да и местное население с некоторых пор активно помогало местным органам правопорядка, что говорило о качественно проведенной идеологической кампании против Германии.

Сообщение о разгроме дивизии, направленной для уничтожения окруженной группировки русских под Киевом, вызвало вал телеграмм, шифрограмм и звонков. Они расходились по разным инстанциям, фиксировались, добавлялись в сводки, систематизировались, учитывались, суммировались. Разгром дивизии не такое уж и редкое явление, но применению новой боевой техники противником уделялось большое внимание, а удачной еще больше. На этом строилась вся система немецкой военной машины, которая гибко и быстро реагировала на возникновение новых, неизвестных угроз со стороны противника. Но такой необычный случай, когда русские смогли настолько качественно и профессионально нанести удар и безнаказанно уйти, захватив при этом командира немецкой пехотной дивизии, мимо Берлина пройти не мог. Канарису пришло всего лишь короткое сообщение: «Зверь прыгнул», что говорило о новом появлении пришельцев из будущего. До этого проходила информация, что по косвенным данным в окрестностях Борисполя, где окружили крупную группировку русских, появлялись люди, по описанию похожие на окружение майора Зимина. Несколько агентов, искусно внедренных в окруженную группировку, неоднократно фиксировали непонятные перемещения людей и техники, но ничего конкретного сообщить не смогли, кроме того, что в районе работает специальная группа сотрудников НКВД, наделенная особыми полномочиями. Еще есть несколько мест на контролируемой русскими территории, куда доступ строго ограничен и любые попытки проникнуть в закрытую зону заканчиваются чуть ли не расстрелом.

Перелет к Киеву задержался из-за испортившейся погоды, но благодаря мастерству пилотов он был под Борисполем через пять часов после получения сообщения, откуда его в сопровождении охраны и представителей военной контрразведки 6-й полевой армии доставили к месту боя, где уже работала специальная войсковая комиссия.

Поле, хаотично заставленное уничтоженной немецкой техникой, производило гнетущее впечатление. Двадцать два легких и средних танка, четыре бронеавтомобиля, больше батальона пехоты — вот результат деятельности пришельцев из будущего. То, что это они тут побывали, не вызывало сомнений: пропажа радиосвязи, мощные, скоростные, неуязвимые танки и штурмовая пехота, облаченная в доспехи.

Адмирал смотрел на ходящих возле подбитых танков членов комиссии, расследующей обстоятельства разгрома дивизии, а сам про себя думал, как пришельцы всегда вовремя появляются и наносят точечные, но настолько эффективные удары.

«Нетрудно быть такими эффективными, если знаешь будущее…» — грустно подумал он про себя. То, что пришельцы в открытую выступают на стороне русских, оказывая прямую помощь, говорило о наличии определенных договоренностей и соглашений с советским руководством. Да и сам факт того, что Зимин официально является офицером русского НКВД, заставляет задуматься. После неутешительного доклада полковника фон Альбрехта, выводы которого он и так знал, Канарис с нетерпением ждал появления майора Дитриха Мартелла, который уже несколько недель работал в окрестностях Киева в поисках следов пришельцев. Известий от майора абвера Густава фон Витерсхайма, отправленного на контакт с майором Зиминым, уже давно не было, но шеф абвера не сомневался, что русские еще попытаются разыграть эту карту.

Оказалось, что майор Мартелл уже давно находится рядом, но терпеливо ждет, пока полковник фон Альбрехт докладывает предварительные и неутешительные результаты работы комиссии.

Дождавшись когда, фон Альбрехт отойдет на приличное расстояние, к нему почтительно подошел майор Мартелл.

— Ну, Дитрих, что вы мне скажете?

— Их здесь нет.

— Уверены?

— Абсолютно. Группа сотрудников НКВД, которая занималась оперативным обеспечением работы Зимина, была вывезена последним самолетом. Двум нашим людям не удалось выйти на контакт с солдатами Зимина, хотя по имеющейся информации около пятнадцати человек из частей были отобраны и вывезены в неизвестном направлении. Все они имели до этого контакт либо с Зиминым, либо с кем-то из его офицеров. Возможности попасть в эту группу либо кого-то завербовать у нас не было.

— Хорошо, Дитрих, кстати, что тут за группу русские разгромили в лесу?

— Разведка шестой полевой армии, пытались провести масштабную диверсию во время того боя…

— Опять Зимин?

— Нет, его заместитель. Некто майор Дегтярев. Судя по показаниям агента и пленных, очень неплохой специалист по контрдиверсионным операциям.

— Вы думаете, нам здесь больше делать нечего?

— Уверен. Зимин здесь больше не появится.

Канарис глубоко вздохнул. Рукой, одетой в черную кожаную перчатку, он коснулся закопченного борта колесного бронеавтомобиля с легкой автоматической пушкой. Под слоем копоти явно просматривался крест, но не это сейчас занимало мысли шефа абвера. Он еще несколько минут задумчиво стоял возле изуродованной бронированной машины, принимая тяжелое для себя решение.