Отсчет теней - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 67

– Ничего особенного я им не рассказывал. Только об армии раддов и драке с архами. А уж о путешествии через Гранитный город и о Колдовском дворе даже не упомянул. Этот жирный брат Гримсон всегда что-то путает!

– Ладно, – похлопал Леганд священника по плечу, – думаю, что даже если бы ты сказал, что один уложил четверых архов, Саш бы не стал тебя опровергать. Так, Арбан?

Саш не ответил. Он стоял, задрав голову, и рассматривал пирамиду. Алателя все еще не было видно, но первые лучи уже царапнули верхушку храма и начали свой бег к основанию сооружения.

– Поторопимся! – засуетился Ангес. – Я проведу вас по служебной галерее. До светильника будет не больше двух дюжин локтей. Рассмотрите его в подробностях. Жалко, времени у нас мало. Как только Алатель выбирается из-за горизонта, служка накрывает светильник тканью, и паломников выпроваживают из зала. Им и так не дают подойти ближе, чем на полварма локтей!

– Кому принадлежит это здание? – спросил Тиир, удивленно крутя головой, пока Ангес, озираясь, вел их по храмовой площади ко входу в одну из галерей.

– Катрану, – ответил за священника Леганд. – Я хотел встретиться с ним. Однажды простоял у ворот храмового города целый месяц. Строительство было в самом разгаре. По всей Эл-Лиа распространился слух, что на месте древнего города Ас найден один из светильников Эла. Катран заручился поддержкой тогдашнего императора и начал строить храм для поклонения святыне. Меня удивило, что здание очень напоминало храм Эла в Асе. Очевидцев-то почти не осталось. Мне не удалось увидеться с Катраном. Ни тогда, ни после. Думаю, что было бы легче встретиться с императором. Кто-то скажет, что дело случая, а мне кажется, что он просто не захотел меня увидеть. Странные вещи рассказывали про него. О том, что годы его не берут. Что он появляется и исчезает внезапно, когда захочет. Что порой покидает храм и годами скитается по Эл-Лиа как простой путник. Кто его знает, может быть, на одном из пройденных мною перекрестков я даже делил с ним тепло костра? Удивительно. Вроде бы не маг, но создал такую громаду, властвует здесь безраздельно, да и завидным долголетием отличается для человека.

– Недолго ему осталось властвовать, – обернувшись, прошептал Ангес. – Ходят слухи, что император хочет подчинить храм себе, сместить Катрана и назначить сюда своего ставленника! Если увидите священников, у которых на мантиях красная полоса по нижней кромке, это уже не служители прежнего храма. Император готовит своих священников! То ли его раздражает, что образ Эла и его собственное отражение в зеркале не совпадают, то ли богатства храма не дают ему покоя!

– Строительство такого здания должно стоить огромных денег, – согласился Тиир, восторженно хлопая глазами. – Откуда Катран взял их?

– Лиги и лиги элбанов трудились здесь долгие годы, – кивнул Леганд. – Банги внесли немалую толику в строительство храма. Говорили, что Катран расплачивался с ними черным серебром!

– Вот и еще одна загадка, – пробормотал Саш.

– Сможем ли мы ее разгадать? – вздохнул Леганд. – Я много раз приходил сюда, стоял вместе с паломниками и разглядывал полосу света, что проникала через щель в занавеси, которой отгораживают от толпы служители светильник. Будто его свет может иссякнуть! Я не узнал света. Вряд ли это огонь Эла.

– Сколько можно сомневаться? – раздраженно прошипел Ангес, оборачиваясь у входа в галерею. – Сейчас все увидите своими глазами. Поспешим!

Священник вел друзей узкими, пыльными коридорами, все выше и выше забираясь по бесчисленным ступеням к центру пирамиды. Где-то проходы освещались рассеянным светом, падающим через открытые проемы над головой или в стенах, где-то чадили масляные лампы, поэтому, когда друзья вошли в последнюю галерею, Сашу пришлось зажмурить глаза. Не менее варма бойниц, ни в одну из которых даже ребенок не просунул бы голову, тянулись друг за другом вдоль плавно закругляющегося коридора, и из каждой бил ослепительный луч света.

– Тихо! – пронзительно прошипел Ангес и на трясущихся ногах устремился к одному из отверстий. Саш бросился за ним и тут же зажмурился. Свет резал глаза, мерцал, казался живым. Потерев веки, Саш наконец присмотрелся и затаил дыхание. Просторный зал, украшенный причудливыми статуями и резными колоннами, уходящими резкими тенями в вышину, тонул в темноте по левую руку, а прямо перед глазами, на небольшом пьедестале, покрытом куском черной шкуры, сиял светильник Эла. Грани, образ, форма светильника таяли в пламени. Это было светящееся пятно, звезда, частица Алателя, слетевшая с полуденного неба. Шесть священников храма с обнаженными мечами, испускающими слепящие блики, стояли позади святыни. Впереди темнели грубые занавеси.

– Там я стоял много раз, – прошептал Леганд, трогая Саша за плечо. – Видишь занавеси? За ними отгорожена площадка, на которую запускают паломников. Просторный коридор плавно спускается к центральному выходу из пирамиды. Паломники идут по тростниковым циновкам, поднимаются вверх, минуют удивительные каменные барельефы, подходят к барьеру и видят в щель между занавесями полосу ослепительного света. Ну? Ты загадал желание?

– Нет, – вздохнул Саш. – Да это и невозможно. Разве можно загадать желание? Оно должно жить в душе! Так, Тиир?

– Не знаю, – повернул к друзьям расстроенное лицо принц. – Вот я и увидел священный огонь Эла, но отчего-то не чувствую того, о чем говорил мой наставник. Тепла в груди, радости. Только боль.

– И я, – подтвердила Линга.

– Ничего не могу сказать, – нахмурилась Йокка. – Наставник мой избегал обсуждать эту тему, говорил, что предвидение опасности не дает ему взглянуть на священный огонь. Что касается тепла или боли… К боли я привычна, тепла не помню. Да и что с меня спрашивать? Я не жила в священном Асе и не согревалась в лучах Эл-Лоона. Не ты ли, Леганд, должен сказать нам, что это?

– Не знаю, – нехотя произнес старик. – Столько лет прошло. Может быть, я уже забыл свои ощущения? Да нет. Вряд ли. Если только эти годы не повлияли на огонь Эла так же, как повлияли на меня. Тепло, боль – каждый чувствует это по-разному. Но одно мне кажется несомненным.

– И что же? – нетерпеливо прервала затянувшуюся паузу Йокка.

– Я видел светильники Эла, – пробормотал Леганд. – По форме они ничем не отличались от этого. Но их свет был другим. И уж точно он не был столь ярок!

– Так, может, это колдовство? – спросил Саш.

– Колдовство? – возмущенно прошипел Ангес. – Опомнитесь! Перед вами чудо, а вы рассуждаете и сомневаетесь! Йокка, вот ты скажи, есть ли хоть один маг в Эл-Лиа, которому по силам зажечь такой светильник и поддерживать его горение вармы лет? Такое горение, чтобы всякий элбан, если у него хватит смелости и на то будет воля Катрана, мог взять его в руки, не обжегшись при этом!

– Такого мага в Эл-Лиа нет, – согласилась Йокка.

– Такое неподвластно и демону, – прошептал Леганд.

– Смотрите же и наслаждайтесь! – замахал руками священник. – И молите Эла, чтобы он выполнил ваши желания.

– Чем больше я полагаюсь на волю Эла, тем больше думаю, что нужно рассчитывать только на себя! – пробормотал Тиир.

– И своих друзей, – добавил Леганд. – Каждый сверяющий свой путь с Элом должен рассчитывать на собственные силы и силы своих друзей.

– Вы перестанете наконец разговаривать и греметь? – рассвирепел Ангес.

– Это не мы! – оторвалась от бойницы Линга.

Саш вновь наклонился к отверстию и тут понял, что шум, который казался ему гулом толпы, начинает усиливаться и распадаться на вопли и удары. Тяжелые, звонкие и частые удары, напоминающие стук копыт и звон оружия. Вздрогнули охранники светильника. Шум усилился. Теперь это уже, несомненно, был стук копыт. Просвистела стрела и глубоко вошла в грудь одному из стражников. Следующая пронзила лицо второму. Остальные стражники метнулись вперед, но почти мгновенно нашли такую же смерть. Занавесь упала, и в круге света показались силуэты всадников. Один из них направил коня вперед, спешился, подошел к светильнику, взял его в руки и с торжествующим хохотом поднял над головой. Юное, но властное лицо широкоплечего воина скривилось в злобной усмешке. Затем он сдернул с плеч плащ, оставшись в мерцающих бликами черных доспехах, и завернул в него светильник. Мрак сгустился в центральном зале храма. Стук копыт затих.