Караван к Наташке. Дилогия (СИ) - Бриз Илья - Страница 9

– И в этот раз не пройдет! – уверенно заявил юный герцог. Лоусвилл уже не в первый раз зарился на единственный на континенте рудник серебра. Железо, это конечно хорошо, но серебро – основная валюта всех известных государств. Золото? Но его ведь в известной ойкумене совсем мало. Моют песок на южных прибрежных пляжах – десятка три-четыре килограммов в год получается. Даже в так называемых золотых монетах драгоценного металла всего только два грамма из десяти. Остальное – опять сангарское серебро.

– Наши воины его, конечно, не пропустят, – не менее уверенно согласился отец, – но все нормальные дороги на год, если не больше, окажутся из-за войны перекрыты. Ты хотел в Джурской академии учиться?

– Ну я же тебе говорил, – немедленно подтвердил Кирилл. В семье отец никогда не требовал соблюдения этикета. Вот при других дворянах или свободных, даже при дворовых – обязательно и на "вы", и с полным именованием дворянского титула.

– В Азорскую точно не желаешь? – еще раз уточнил Владислав.

– Нет, – немногословно отказался парень. В Конолтауне, столице Азорской империи, в основном учились дворяне, решившие идти по военной стезе. А Джурская академия считалась центром современной науки.

– Тогда собирайся. Надо успеть, пока перевалы открыты. Нападет Лоусвилл – год как минимум из герцогства не выберешься. И… – герцог прервался, испытующе посмотрел на сына и только потом продолжил, – не забывай сын, какого ты рода.

Кирилл удивился последним словам отца – к чему это он? – но все-таки сумел сохранить внешнюю невозмутимость.

****

Не открывая глаз, Павел поочередно напряг мышцы рук и ног. Все работает, боли нигде не чувствуется. Тело налито бодростью и силой. Привычно нащупал и выжал тугую клавишу отключения реанимационной камеры. Крышка над ним приподнялась и отъехала в сторону. По глазам даже через закрытые веки ударил голубоватый свет. Загудели насосы, откачивая лечебный гель. Вытащив изо рта загубник с дыхательными шлангами, глубоко вдохнул пропитанный специфическими госпитальными запахами воздух и, ухватившись левой рукой за скобу, подтянулся и сел. Открыл уже привыкшие к свету глаза и увидел спешащую к нему от входного люка улыбающуюся Сюзанну. Забрал у нее из рук бумажное полотенце и стал вытирать сначала лицо от остатков липкой жирной массы, затем ладони. Выбрался из камеры и, оставляя на одноразовом ковре расплывающиеся мокрые следы, дошел до кабинки душа. Включил воду и стал крутиться, подставляя тело под тугие шипящие струи, наслаждаясь чувством наступающей чистоты.

Только после того как вытерся и натянул свежий комплект обмундирования, подошел к молча наблюдавшей за ним девушке, обнял и крепко поцеловал.

– Сколько я провалялся в этот раз?

– Всего двое суток, милый. Кости не пострадали, а вот с внутренними органами пришлось немного провозиться. Тебе в следующий раз придется новую селезенку выращивать – эту я уже трижды штопала.

– Самое главное не пострадало? – с улыбкой спросил Затонов, осторожно поглаживая грудь девушки через комбинезон.

– Отстань, Пашка, – возразила Сюзанна, даже не подумав поддаться на ласку, – тебе сейчас о другом думать надо. Вчера на базу командующий прилетел.

– Сам Довлатов? – удивился пилот.

– Именно он, – подтвердила девушка, отодвигая руку майора от своей груди.

– И что этому старому интригану потребовалось во фронтире?

Слухи о командующем Космофлота ходили самые разные. Вроде бы, досрочно прошедший весьма дорогостоящую процедуру омолаживания пятизвездочный генерал, бывший до того начальником отдела спецопераций, в молодости отлично летал, занимая на ежегодных переаттестациях первые места. Но одновременно кто-то говорил, что Довлатов очень большой спец по различным многоуровневым операциям не только и не столько в великой пустоте, как в форсировании карьерной лестницы – мол, за годы руководства в своем хитром отделе наработал весьма плотные связи с корпорациями. Потому и забрался в результате в кресло командующего объединенных военно-космических сил Солнечной.

– Вчера прилетел и сразу начал приказы отдавать, – с улыбкой сказала девушка. – Моргенштерна от командования полком отстранил и нового командира назначил.

– Ну, Робина давно гнать надо было, – согласился с решением генерала Павел. – Пилот он неплохой, но вот с качественной организацией боевой работы явно не тянет. А кого на наш полк поставили?

– Догадайся с трех раз! – расцвела Сюзанна. Увидела удивленно-задумчивое выражение на лице пилота и расхохоталась: – Разрешите вас поздравить, господин майор?!

– Майор? – хмыкнул Павел. – Должность-то полковничья! Значит, на днях по второй большой звезде на погоны получу!

– И тут же забудешь маленького капитана из медико-санитарной части.

Новый командир истребительного полка немедленно обнял девушку:

– Сюзи, ну как ты могла такое подумать?!

В этот раз поцелуй был и дольше, и горячее.

****

– Кирюха, ты встал? – в щель между занавесями на входе в келью опять сунулась вихрастая Сашкина голова. – Барон сэр Стоджер сюда топает.

Кирилл встряхнул головой, избавляясь от остатков сна со странными воспоминаниями, и буквально взвился на лежанке, отбрасывая теплое одеяло из беличьих шкурок. Сэр Стоджер – это серьезно. Вот зачем отец отправил его дядькой с ним в академию? Неужели нельзя было послать кого-нибудь нормального, а не этого солдафона? Герцог с размаху, так что во все стороны брызги полетели, сунул голову в бадью с водой – обстоятельно умываться было уже некогда – кое-как вытер голову и плечи полотенцем, натянул штаны и мягкие кожаные сапоги. Еле успел, подпоясаться ремнем с герцогским кинжалом.

– Изволили подняться, твое высочество? – флегматично поинтересовался сэр Алексий Стоджер, даже не подумав поздороваться. – Вперед, – рука лучшего меча герцогства указала на выход.

Во дворе академии Кирилл наскоро выполнил разогревочный комплекс упражнений, привычно взвалил на плечи барашка со связанными ногами, отметив, что скотина опять ощутимо потяжелела, и побежал вокруг замка. Наст из свежего вчерашнего снега за ночь схватился и громко хрустел под сапогами.

Скорее бы новый год. Он обязательно прикажет зарезать на праздник именно этого барашка. Раскормили – под девяносто килограммов, наверное, если не больше. Три круга вокруг старого рассыпающегося древнего замка – это ровно пять километров. Вот если разок около нашего пробежаться, так там весь десяток наберется. Сангарский замок… Кирилл глубоко вздохнул на бегу – надо признать, соскучился. В первую очередь по маме. Третья герцогиня Сангарская была высокой, сильной, очень красивой женщиной и… ласковой. Рядом с ней Кирилла окутывало ощущение безопасности и любви. Хотя первая и вторая жены отца тоже были хорошие. Леди Ланаста, если забежишь в ее покои, неизменно чем-нибудь вкусненьким попотчует. У мам-Ланы всегда наготове запас сладостей. Она почему-то всегда утверждала, что Кирилл из герцогских детей самый тощий. В пример свою старшую дочь ставила – Сару. Сестра не сказать, что была толстой, но пухленькая – это точно. Впрочем, веселую задиристую хохотушку – обычно именно Сарка первая начинала подушечные баталии в детской – теперь в Сангарском замке не увидишь – еще в прошлом году выскочила замуж за наследного принца Срединной империи Станислава Ламбодского, младшего двоюродного брата мамы-Валеры. Теперь в большой веселой компании младших герцогов верховодит Сахио – старший сын второй папиной жены.

От леди Настасии у Кирилла было еще два брата – близнецы Серега и Феликс. Они были моложе на пару лет. Но больше всех детей в семье родила все-таки родная мам-Валера, хотя и была только третьей женой сэра Владислава. Шесть парней и пять девчонок. Сам Кирюха только четвертый младший герцог Сангарский сейчас. И в последнем письме леди Валерия писала, что еще ребенка ждет. Летом на каникулы Кирилл домой поедет, посмотрит, кто там у них появится, братик или сестричка. Да и по отцу соскучился. Самый лучший из благородных на свете! Два раза лично возглавлял оборону Нижнего перевала. Король Баритии все время на наши серебряные рудники зарится. Все усиливает и усиливает свою армию. Хрен ему – сангарские воины лучшие в ойкумене. А дед Иннокентий обещал, если Кирилл будет хорошо учиться, в монастырь на Святое место свозить, показать, где Создатели на Наташку приземлялись. Уф, вот и конец третьего круга. Не особо и запыхался.