Караван к Наташке. Дилогия (СИ) - Бриз Илья - Страница 34

Переступил через привычного к таким развлечениям хозяина Зверюгу, приоткрыл дверь и, высунув голову в коридор, крикнул:

– Эй, есть кто-нибудь?

На втором этаже здания, где жили самые высокопоставленные и богатые ученики, у самой лестницы стоял стол, за которым, устроившись на длинной лавке, всегда дежурило несколько из многочисленных служанок.

– Чего изволите, ваше высочество? – немедленно подскочила к самой двери одна из них, держа в руке толстую ярко горящую свечу.

– Найди-ка моего слугу Александра и скажи, чтобы принес чего-нибудь горячего на двоих.

– Зачем же слугу искать? – понятливо ответила девушка, увидев в нешироко открытой двери раздетого парня. – Я и сама могу все необходимое с кухни доставить.

Герцог окинул взглядом фигурку девчонки и, не задумываясь, кивнул:

– Давай, милая. Одна нога здесь, другая там. Но пусть тогда кто-нибудь передаст Сашке, что сегодня он мне уже не нужен.

– Обязательно, ваше высочество, – присела в поклоне девушка.

Возвратившись на одеяло, Кирилл, опять любуясь стройным телом принцессы под переливами огня из камина, погладил Асторию по бархатной коже плеча и сообщил:

– Сейчас что-нибудь притащат.

– Я слышала, – кивнула она в ответ и вдруг заявила: – Я бы пожила у тебя немного, если не возражаешь.

– Неужели настолько впечатлил? – самокритично удивился герцог. Раньше он что-то не замечал за собой особенных успехов у женщин. То ли слишком молод еще, то ли вообще не дано в совершенстве постичь сию науку.

– Да нет, в этом отношении, – она с улыбкой кивнула в сторону верхней части своих стройных бедер, бесстыдно раскинутых в стороны, – ты не лучше, но и ничуть не хуже других.

И после паузы витиевато добавила: – Твое высочество меня интересует с совершенно другой стороны.

– Это с какой же? – все больше и больше удивляясь, спросил Кирилл.

– Я пока еще сама не поняла, – совсем уж загадочно сказала леди Астория и притянула его руку на свою грудь.

"Что-то пронюхала обо мне?" – задумался герцог, неосознанно лаская топорщившийся под его пальцами упругий сосок. Впрочем, возражать он не стал – принцесса оказалась девушкой умелой и опытной в доставлении удовольствия обоим. Хочет немного побыть рядом? Почему бы и нет? Там видно будет, как сложатся их отношения.

А потом раздался стук в дверь – пришла служанка, нагруженная глиняными горшочками с горячими блюдами. И была долгая ночь с двумя прелестными девушками – леди Астория совершенно не возражала, сама начав раздевать симпатичную девчонку. И были танцы на ковре стройных нагих и очень изящных фигур под причудливыми сполохами пляшущего в камине пламени…

****

– Почему? – требовательно спросила Сюзанна. – Почему они пожертвовали собой, прикрывая наш "Волкодав"?

– Возможность пробиться через заслон генаев была только у одного корабля. Джастин, исходя из всех возможных предпосылок, проанализировав в виртуале сотни, если не тысячи вариантов развития ситуации у фарватера, довольно точно подсчитал вероятный исход боя.

– Так вот чем ты занимался, пока я генную инженерию штудировала, – понятливо кивнула девушка.

Она, оплакивая погибших, проревела после боя несколько часов и успокоилась только после дозы транквилизаторов. Затонов, пользуясь правами командира, насильно ввел через штатный дозатор лекарство и уложил капитана Мартинес спать. Проснувшись, Сюзанна больше уже не плакала, но была очень задумчивой.

– Потому подполковник Зальцберг и командовал? – сообразила она.

– Ты все правильно поняла, – подтвердил Павел. Объяснять причину выбора именно их "Волкодава" он пока не стал. Успеется еще. Пусть сначала полностью успокоится.

– Почему генаи не пошли за нами вглубь аномалии? – последовал следующий вопрос.

– Не пробиться им, – ответил подполковник и начал объяснять: – Когда ученые, еще не полностью разобравшись в феномене, все-таки смогли в миллионы раз усилить эффект аномалии, растянув ее границы на три ближайшие солнечные системы, выяснилась интересная вещь. Зайти внутрь, так же как и выйти, можно только по одному единственному причудливо изогнутому маршруту – по градиенту наименьшей напряженности поля. Эту траекторию впоследствии и назвали фарватером по аналогии с таковыми на водных пространствах Земли. Во всех остальных местах, точно так же, как и на границах аномалии, свирепствует поле повышенной энтропии – зонды, рассчитанные на сотни лет непрерывной работы, рассыпаются в прах за какие-то десятки минут. Физики потом вывели какую-то теорию и математически подтвердили именно такое поведение границ аномалии, но сейчас нам это уже не суть важно. Главное – мы точно знаем, что другого пути внутрь аномалии не существует.

– Так почему же генаи не пошли за нашим "Волкодавом" по фарватеру? – все еще не понимая, спросила Сюзанна.

– Минные поля, – немедленно ответил Павел. – В состав третьей экспедиции Довлатов включил два корабля, специально построенных для этой цели – постановщики активных минных банок. Они-то и засеяли приличную область космоса перед входом в фарватер отличными новейшими минами. Причем, обладая довольно слабой электроникой, способной удовлетворительно работать даже при возмущениях метрики пространства, образующихся во время стрельбы из гравитационных пушек, объединенные в сеть, эти мины весьма эффективны. Пробиться через минные банки не могут даже наши новейшие корабли, если на автоответчиках не установлен соответствующий код "свой-чужой".

– Угу, – Сюзанна задумалась, пробираясь через сложносочиненные предложения.

Подполковник специально так запутал объяснение, чтобы девушка хоть как-то отвлеклась от грустных мыслей. Сам-то пилот уже смирился с гибелью товарищей – не первый раз выходил из боя в меньшем составе, чем начинал. "A la guerre comme а la guerre"*, вспомнилась вдруг древняя солдатская поговорка.

– Где-то я слышала, что мины можно протралить. Так это, кажется, называется?

– Наверное, в каком-нибудь старом фильме про древний морской флот, – улыбнулся Павел. – Современные космические мины, при соответственно качественной постановке их на боевой взвод, пока тралить еще не научились. Минные банки способны создать такую плотность огня, что ни один тральщик до необходимой для работы дистанции просто не дойдет.

– То есть здесь мы в полной безопасности? – то ли спросила, то ли констатировала Сюзанна, и на этом с вопросами закончила. Но потом все-таки опять повернулась к подполковнику: – А как же обратно? Генаи ведь не выпустят.

– С этим проще, – спокойно сказал Павел, сосредотачиваясь. Сейчас предстояло врать, глядя прямо в глаза. Не стоит ей пока знать, что вернуться они никогда уже не смогут, – само устье фарватера за минными банками практически не наблюдается – очень высокий уровень помех. Можно будет выйти, дождаться отсутствия возмущений метрики и рвануть на гиперпространственных движках. Нам их, конечно же, почти сразу отрубят, разрядив генераторы пушек на любом корабле генаев. Но мы уже успеем достаточно оторваться, чтобы преследовать было бессмысленно. Отойдем на достаточное расстояние и заново запустим межзвездные двигатели.

В этот раз Сюзанна объяснениями удовлетворилась. Опускание внутрь аномалии, следуя строго по фарватеру, должно было продлиться десять дней, и девушка опять принялась за учебу. А подполковник, следя за показаниями наружных сканеров, иногда выводил на монитор видеосигнал и поражался – погружение чем-то напоминало спуск в глубокий колодец. Был у Павла подобный опыт в детстве. Три солнца, находившиеся в зоне действия ускоренного времени и пылающие ярче всех других вместе взятых, постепенно тускнели, пока через неделю не превратились в обычные по яркости свечения звезды. А вот остальные далекие светила стали вообще практически невидимы – их свет ослабился в миллионы раз.