Караван к Наташке. Дилогия (СИ) - Бриз Илья - Страница 21

Он долго смотрел в ее глаза, совсем не мигая. Предложить прямо сейчас? Или все-таки оттянуть до последних дней подготовки к экспедиции? Чтобы у нее совсем не было времени на выбор? Павел решительно потянулся и, открыв стенную панель, проверил индикацию работы аппаратуры глушения. Только потом тихо спросил:

– Хочешь со мной?

Спросил и вдруг ощутил какую-то непонятную дрожь – а если не пожелает? И тут же внутри облегченно отпустило, как поймал ее взгляд. Потому что Сюзанна…

Она аж задохнулась, понимая, что Павел предлагает всерьез. Девушка, не в силах говорить, часто-часто закивала головой.

– Есть приличная вероятность, что вернуться назад не получится, – честно предупредил он.

Сюзанна ненадолго погрузилась в свои мысли, но затем опять кивнула:

– Тем более. Неужели ты еще не понял, что без тебя мне просто неинтересно будет жить?

Кажется, он в Сюзанне не ошибся. Значит, точно простит, когда узнает все. Но, как все-таки противно врать в глаза любимой женщине! Если не говоришь всю правду, ее существенную часть – это тоже ложь.

– Паша, ну так что надо сделать, чтобы полететь с тобой к Наташке? – поторопила его девушка.

– В первую очередь ничему не удивляться. Какими бы чудовищными тебе ни показались некоторые события и информация, сжать зубы и молчать, – подполковник, сначала насладившись долгим поцелуем, принялся за инструктаж.

****

Совместить приятное с полезным? Элементарно! Весь вопрос, что из двух совершенно не связанных между собой занятий приятное, а что полезное? Здесь, конечно, все зависит от точки зрения. Если бы на месте молодого герцога был барон Алексий Стоджер, то часами манипулировать на вытянутых в стороны руках боевыми двухпудовыми жезлами – по одному в каждой ладони – и приятно – ну какой же мужчина откажется продемонстрировать свою силу и выносливость? – и, соответственно, полезно, так как со временем в результате увеличивается и то, и другое. Кирилл не сказать, что получал от этого упражнения особое удовольствие, но с полезностью оного был согласен. Впрочем, приятное тоже все-таки присутствовало. Специальное бюро, сделанное местным краснодеревщиком по эскизу герцога, позволяло спокойно манипулировать тяжеленными жезлами, не отрывая взгляда от раскрытой книги. Кирилл читал, вращая железные дубины то в одну, то в другую сторону, а Сашка – этому дылде силы и выносливости хватало без всяких тренировок от природы – переворачивал страницы, периодически вытирал полотенцем пот с тела хозяина и… тоже читал. Главное – ни одна сволочь теперь не придерется, что смерд смотрит в книгу. Нынче Александр – свободный человек.

Осваивание новой школы мечевого боя шло относительно быстро. Выступать в роли учителя Кириллу пришлось впервые. Он показывал приемы, неизвестно откуда появлявшиеся в голове и мышцах – с каждым днем их было все больше и больше – поправлял движения своих учеников, включая барона Стоджера, и балдел от собственных возможностей. Сегодня молодой герцог и его ближники, пожалуй, были сильнейшими мечниками ойкумены.

Кирилл поменял направление вращения боевых жезлов и кивнул Сашке, чтобы тот перевернул страницу. Читали они исторический трактат о возникновении первых государств на Наташке. Герцогу последнее время стало совсем неинтересно изучать в академии естественные науки и математику. И совершенно не потому, что он считал их ненужными. Строго наоборот. Но… как-то неожиданно Кирилл понял, что знает на порядки больше своих учителей. На порядки… А ведь их профессора просто еще не ведают такого термина. Откуда что взялось? Вот, например, та же математика. Здесь на Наташке под ней понимают простейшую арифметику и основы двумерной геометрии. Никогда не слышали даже про элементарную алгебру, не говоря уже об абстрактной, линейной и универсальной. Что уж говорить о высшей математике? До дифференциального и интегрального исчисления, до теории множеств, теории вероятности и основ матстатистики на Наташке еще не додумались. А у герцога в голове как будто секретная библиотека открылась. Достаточно подумать о чем-то, и оно немедленно вспоминается, как если бы минуту назад изучал. Законы Ома и Кирхгофа, строение атомов и элементарные частицы, серная и азотная кислоты…

Стоп, стоп, стоп! Кирилл настолько удивился собственным мыслям, что перестал читать книгу и крутить железные булавы. Серная и азотная кислоты, это ведь… нитрирование! А нитрирование хлопка или пеньки – нитроцеллюлоза! Порох, тротил, огнестрельное оружие, артиллерия, бомбы и ракеты! С глухим стуком боевые жезлы грохнулись на пол, заметно проминая деревянный настил. Герцог пристроился между ними, еще успев повернуться и откинуться спиной на бюро. Перед глазами крутились ручные пулеметы и зенитные эрликоны, танки с активной броней и реактивные самолеты, мелькали кадры громадных светящихся грибов дыма от ядерных взрывов и раскатанные в блин гравитационными пушками города! Он хотел схватиться обеими руками за раскалывающуюся голову, но не успел – все поглотила чернота…

****

Стэнли Макнамара рвал и метал! Четыре часа до старта, операции по отвлечению внимания генаев и прикрытия вылета каравана к Наташке уже развернуты, а тут такое чепе!

– Извольте объяснить, генерал, как такое могло произойти на вашей базе?

Довлатов косо посмотрел на научного руководителя экспедиции и отвернулся. Отвечать какому-то яйцеголовому, который не соображает, как надо обращаться к высшему командиру Космофлота? И вообще, несмотря на то, что реально проект организован и финансируется корпорациями, де-юре он является детищем отдела спецопераций, то есть его, генерала Довлатова. И обращаться к нему всякие гражданские штафирки должны не иначе, как "господин генерал военно-космических сил"! Ну откуда же этому штатскому хмырю было знать, что пятизвездочный генерал рода войск соответствует маршалу?

А вот полковник Коварский въехал в ситуацию мгновенно. Он поднялся, подошел к ученому, встал напротив, презрительно глядя на Макнамару сверху вниз, и, покачиваясь с носка на пятку – скрип космоберцев по адаптивному покрытию пола командного пункта базы был очень похож на звук движения стального резца по стеклу – спокойно спросил:

– Что вы себе позволяете, инженер? Мне отдать приказ вывести отсюда некоего гражданского? – голос полковника был одновременно язвителен и равнодушен. Он еще раз посмотрел на Стэнли, как на пустое место, повернулся и отошел. Обстоятельно устроился в своем кресле рядом с генералом. Побарабанив пальцами по столу, доложил командующему:

– Могу немедленно предложить две-три кандидатуры из личного состава базы на замену пострадавшего специалиста.

Макнамара вытащил из кармана платок и вытер вспотевшую лысину. До него вдруг дошло, что он действительно несколько зарвался.

"Явный избыток тестостерона" – отметил про себя Павел. Ему там, в "Генетик компани", баб что ли не хватает, чтобы пар спускать? Или желание подняться по карьерной лестнице и нахапать побольше денег затмевает все остальные чувства? Подполковник молча смотрел на эту комедию. Разыграли все Довлатовские специалисты плаща и кинжала как по нотам. Можно было бы посмеяться, если бы на душе не было так пакостно.

Н-да, ну никак не ожидал Затонов, когда ставил командующему условия своего участия в этой гребаной экспедиции, что все будет сделано настолько грязно. Какую технологию применили офицеры спецотдела, Павел не знал. Обычный гипноз, какое-нибудь НЛП* или еще что-то покруче для воздействия на подсознание генетика, напарника подполковника по экипажу "Волкодава"? Во всяком случае, этот идиот поперся в один из внешних отсеков базы не в космокомбинезоне, а в обычном гражданском костюме. Причем именно в то время, когда щиты были отключены – к базе стыковалась одна из барж снабжения. Микрометеорит, летящий со скоростью несколько десятков километров в секунду – рядовое явление, бывают в этом районе космоса и более быстрые камешки – вмазал в наружную обшивку отсека, как бронебойный снаряд. Соответственно – нехилая вспышка, дыра размером со страусиное яйцо и почти взрывная разгерметизация. Тупая автоматика, не учтя, что во внешнем отсеке кто-то может оказаться без скафандра, мгновенно перекрыла люки, а ремонтные роботы за пару минут наложили на прохудившуюся обшивку заплатку из быстротвердеющей специальной герметизирующей смеси. Достаточное для дыхания давление воздуха было восстановлено в отсеке еще за какую-то минуту. Но генетик к этому времени уже "откинул копыта". Дежурная медицинская бригада, автоматически вызванная по тревожному сигналу наручного коммуникатора – модель специально для космоса, то есть фиксирующая все основные параметры жизнедеятельности – примчалась в следующие шестьдесят секунд – это все-таки армия, а не хухры-мухры. Клиническая смерть – еще не летальный исход. В камеру реаниматора генетик был помещен вовремя – положительный исход восстановления здоровья тяжело раненного у врачей не вызывал особого сомнения. Но вот время излечения – минимум две недели.