Кероглу.Азербайджанский народный эпос.(перепечатано с издания 1940 года « Кёр-оглы») - Автор неизвестен - Страница 62

Гара-хан был лютым правителем. На его земле мало кому не пришлось изведать тяжких мук от его жестокости. И был он очень алчен. У кого ни увидит хорошую вещь, добром или силой заберет себе. Словом, совсем разорил народ. Он говорил, что находится в родстве с иранским шахом. Все боялись его и от страха молчали.

Когда табун Кероглу примчался на пастбища Гара-хана, побежали нукеры[123] и доложили ему об этом. Тотчас Гара-хан приказал пригнать табун к своему дворцу.

Оставим слуг Гара-хана гнать табун, о ком же рассказать вам? О Кероглу!

Кероглу был в Ченлибеле. С того дня, как вернулся от Элемгулу-хана, он еще никуда не выезжал. Вдруг вбегает, запыхавшись, главный табунщик и кричит, что табун пропал. Кероглу спокойно было встретил эту весть. Но когда узнал, что с табуном пропал и Дурат, разгневался. Крикнул он в сердцах так, что весь Ченлибель содрогнулся. Эхо прокатилось по горам, долам и ущельям. Все удальцы тут бросились к Кероглу.

Послушаем, что он спел:

Тотчас Дели-Мехтер вскочил на коня. Взяв с собой нескольких воинов, конюхов и табунщиков, отправился он на поиски табуна. Но где там! Пока Дели-Мехтер рыскал по эйлагам вокруг Ченлибеля, табун уже был на пастбищах Гара-хана.

Объехали удальцы все вокруг, заглянули в каждую щель. Перевернули, можно сказать, горы и скалы и, наконец, отчаявшись, печальные и усталые, вернулись в Ченлибель.

Если у Кероглу было одно горе, стало их тысяча. Удальцы принялись утешать его:

— Послушай, Кероглу, нужно ли так печалиться? Ведь это целый табун, ну ускакал куда-нибудь, ведь не пропадет же он в самом деле. Где бы ни был, найдется. Да кто осмелится хоть краешком глаза взглянуть на твой табун?

Долго говорили его удальцы, но Кероглу ничего не хотел слушать. Как они ни увещевали его, как ни уговаривали — все зря. И так он злился, что в ярости кусал усы. Видит Нигяр, что Кероглу места себе не находит, и, точно пылающий горн, раскаляется все больше. Тут она и сказала:

— Ах, Кероглу, стоит тебе так сердиться? Успокойся. Что в конце-концов случилось? Пропал табун? Найдется!

Посмотрим, что ответил Кероглу Нигяр:

Только он кончил петь, Нигяр-ханум сказала:

— Ну, хорошо. Что толку сердиться и кусать усы? Лучше окажи, что думаешь делать?

Прижал Кероглу к груди свой саз, посмотрел на удальцов и запел:

Все удальцы, как один, поднялись с места. Впереди пошли дозорные. Кероглу начал собираться. Тут смотрит, люди его ведут какого-то парня. Когда подвели его поближе, видит Кероглу, что это рослый, здоровенный юноша, а в руке его дубина. Кероглу спросил у дозорных:

— Кто это такой?

— Не знаем, — ответили ему. — Как мы ни бились с ним, он ничего не сказал. Хочет видеть тебя.

— Ну, сынок, кто ты? Что тебе нужно? — спросил Кероглу.

Юноша сперва поклонился Кероглу ответил на поклон.

— Ответь сначала, пропал у тебя табун или нет? — сказал юноша.

— Да, пропал. А что?

Юноша перевел дух.

— Дайте мне сначала передохнуть. Я устал.

— Садись! — сказал Кероглу.

Юноша сел. Размотал завязки, снял свои чарыхи, встряхнул и положил в сторону. Потом снял джорабы,[125] аккуратно встряхнул и положил их в сторонку. Затем поднял голову и сказал:

— Кероглу, я конюший Гара-хана баллыджинского. Вот уже три дня, как Гара-хан поймал твой табун. Я пришел известить тебя. И Дурат в этом табуне. По нему-то я и догадался, что табун этот твой.

Услыхав это, Кероглу вскочил с места и крикнул:

— Дели-Гасан!

— Слушаю, Кероглу!

— Пока я не вернусь, не спускай глаз с этого парня. — Не спущу.

Потом Кероглу повернулся к удальцам: