Тень и шелк - Максвелл Энн - Страница 54

Он прислушался к ночным звукам. Ветер тряс деревья и кусты, молотил ветками в окна. Дождь неутомимо и ровно барабанил по крыше. Время от времени раздавались раскаты грома.

Никаких голосов.

Никаких попыток открыть замок на двери.

Возможно, это всего лишь еще одна сексуально озабоченная пара слуг, ищущих убежище от дождя и ветра. Бели так, они пройдут мимо. Как бы они ни распалились, они не решатся вламываться в покои самой Царицы.

Потянувшись к раздвижной двери, Шон приоткрыл ее на дюйм и напряженно прислушался. Дождь и ветер заглушали все звуки, зато запахи в сыром воздухе слышались отчетливо.

Он бесшумно и глубоко вздохнул. Ноздри наполнил запах дождя и мокрой растительности, а еще… какой-то иной запах, тонкий и женственный.

"Не может быть, чтобы это оказалась Катя, — убеждал себя Шон, осторожно принюхиваясь. — Я учуял бы ее за сотню ярдов даже на бойне.

За исключением одного случая — если она пользуется теми же духами с запахом гардении и жасмина, которыми пропахла ее спальня. Тогда я вляпался в дерьмо по самые уши. Вполне возможно, она почувствовала присутствие постороннего в своих комнатах и покинула гостей.

Если я останусь здесь, я попался.

Но с другой стороны, вполне возможно, что это бродит охранник. И в этом случае…"

Метнувшись, как тень, Шон открыл дверь, беззвучно выскользнул наружу и скрылся в ночи. Оказавшись в зарослях кустов, он извлек из кармана брюк складной нож и аккуратно открыл лезвие, поддев его ногтем большого пальца.

Конечно, с ножом было бы глупо бросаться на автоматы охранников у ворот, но Шона это не заботило. Афганистан и Джилли убедили его, что опытному человеку для выживания часто бывают нужны только мозги, молчание и нож.

Ледяной и неутомимый дождь окатывал его с ног до головы, пропитывая темную одежду и стекая струйками по коже. Съежившись под кустом, Шон внимательно осматривался по сторонам.

Но ничего не заметил.

Он уже начал выпрямляться, когда его взгляд привлекло быстрое движение. Он застыл на полусогнутых ногах, готовый выпрыгнуть из засады, как тигр.

Темная фигура выскользнула из-за ближайшего дерева и направилась к Шону. Ему удалось определить только рост незнакомого преследователя да заметить, что он что-то сжимает в правой руке.

Внезапно ветер переменился и донес до него запах-тот самый, что преследовал Шона во снах.

Обойдя неизвестного сзади, Шон зажал рукой ему рот и утащил в кустарник.

— Что, черт побери, ты здесь делаешь? — выпалил он приглушенным, но от этого не менее свирепым голосом. — Ты же обещала, что дождешься меня!

Натянутая как струна, Дэни обмякла, поняв, в чьих руках оказалась. Прикоснувшись пальцем к губам Шона, она протянула ему сотовый телефон, который держала в правой руке.

Шон приложил телефон к уху, не убирая ладони со рта Дэни.

— В чем дело? — сдержанно осведомился он. Ему ответил голос Кассандры:

— Немедленно покиньте остров.

— Но…

— Бегите!

Глава 20

— Я нахожусь на территории «Гармонии», — сообщил в трубку Шон.

— Тогда предупреди Бостона и выбирайся оттуда, — настойчиво потребовала Кассандра.

— А ты уверена, что он не ведет двойную игру?

— Уверена. Дэни все объяснит. Скорее!

Голос в трубке умолк, и Шону осталось только еле слышно чертыхнуться, глядя на зажатый в руке телефон. Он придвинул Дэни поближе. Ее промокшая одежда облепила тело, словно вторая, холодная, кожа. Шон медленно убрал руку от ее рта.

— Она сказала, что ты все объяснишь, — сказал Шон. — Только не повышай голос. И не шепчи. Шепот привлекает внимание.

— Всю прошлую неделю Касатонов держал прислугу поместья под жестким надзором.

— Ч-черт!

Шон мгновенно собрался с мыслями. Он не заметил, чтобы за Бостоном следили, но ручаться за это не мог, особенно если кто-нибудь предупредил Касатонова.

— Если за Бостоном следили, — тихо произнесла Дэни, — то люди Касатонова могли заметить нас.

— Или сфотографировать.

— И Джилли так считает. Хватит всего одного снимка, чтобы Касатонов мгновенно нас узнал.

— Сейчас заберу винчестер, а затем предупрежу Бостона, — решил Шон.

— Кассандра велела бросить все и бежать. Вертолет ждет нас.

— Ни в коем случае! На этом винчестере больше информации, чем весь «Риск лимитед» собрал за годы.

— Но…

Обтянутая резиновой перчаткой ладонь Шона снова зажала рот Дэни.

— Ты помнишь номер Бостона? — коротко спросил Шон.

Дэни кивнула.

— Иди к щели в ограде, — велел он, — держись под прикрытием. Позвони Бостону. Помнишь, что надо сказать?

Дэни снова кивнула. Условная фраза врезалась в ее память: «Au revoir, mon cher».

— Жди меня в кустах у ограды, — еле слышно проговорил Шон ей на ухо. — Ясно?

Она кивнула в третий раз.

— Но если услышишь шум со стороны Катиного дома, — продолжал Шои, — не медли ни минуты — беги отсюда.

Все тело Дэни застыло в безмолвном протесте.

— На машине доберешься до места встречи и будешь прятаться на расстоянии по меньшей мере сотни ярдов от машины, пока не приземлится вертолет. Понятно?

Дэни не двигалась.

— Слушай меня, — торопливо и настойчиво продолжал Шон. — Я знаю, как действовать на вражеской территории, а ты нет. Помнишь, что сказал Джилли?

Дэни нехотя кивнула: ей с самого начала не понравился этот приказ, а теперь она его ненавидела:

«Если возникнут проблемы, выполняй приказы Шона без возражений».

Шон внимательно огляделся по сторонам.

Ничто вокруг не изменилось.

Повернув Дэни к себе лицом, он взглянул на нее. Она дрожала от холода и сознания смертельной опасности, но глаза ее были ясными и настороженными. Она прикусила нижнюю губу, чтобы не стучать зубами.

В этой ее гримаске было нечто невыразимо соблазнительное. Шон попытался отвести взгляд, но не смог. Все, что ему удалось, — сдержать желание поцеловать ее немедленно, ощутить горячий привкус жизни, прежде чем вернуться в холодные и мертвые Катины комнаты.

Он начал выпрямляться.

Руки Дэни обвились вокруг его талии, молча приказывая ему не двигаться. Когда ее ногти впились ему в кожу, Шон наконец заметил движение, которое раньше него уловила Дэни.

По дорожке, ведущей от большого дома, под черным зонтом шагала Катя, одной рукой подбирая юбку. Огненно-алые блестки на платье вспыхивали и гасли в свете фонарей, расставленных вдоль дорожки.

Ее походка была чересчур осторожной, как у подвыпившего человека, старающегося казаться трезвым.

«Возможно, она все-таки пила не чай со льдом, — подумал Шон. — Если бы я был вынужден вернуться в ту комнату, к тому сейфу, я тоже попытался бы оглушить себя спиртным».

Шон и Дэни застыли в кустарнике, чувствуя дыхание друг друга. Катя прошла мимо на расстоянии менее двадцати ярдов.

Если бы Шон был абсолютно уверен, что ему удастся прикончить Катю без единого звука, он сделал бы это — хотя бы для того, чтобы беспрепятственно похитить файлы.

Но он не доверял внешней беспечности, с которой держалась Катя. За ее спиной на садовой дорожке сгустилось слишком много теней, которые вполне могли оказаться одним или несколькими телохранителями, следующими за Катей на почтительном расстоянии.

Это старая уловка, предназначенная, чтобы выманить противника из укрытия. Древний трюк, который обычно действовал безотказно: стоило продемонстрировать аппетитную наживку, а затем умело подсечь рыбку, выпрыгнувшую из темноты.

В этой игре Шон был согласен рисковать собственной шеей, но никак не жизнью Дэни.

Прислушиваясь к собственным мыслям, Шон вдруг поморщился. Ему следовало беспокоиться прежде всего о винчестере, а не о Дэни.

"И все-таки я тревожусь за нее, — ответил он самому себе, — и тут уж ничего не поделаешь. Придется с этим примириться и перестать удивляться. Немало людей в мире погибают с удивленным выражением на лице. Во всяком случае, как бы Катя ни заслуживала смерти, не забывай о словах Кассандры: самая ценная информация — всегда та, о существовании которой у тебя не подозревает твой противник.