Сказки Долгой Земли (авторский сборник) - Орлов Антон - Страница 153

– Попадем в газеты, – хмыкнула Джиллина. – С вас третья часть, не забыли?

– На память не жалуюсь, высшая госпожа.

– Да ладно вам дуться. Без меня вернулись бы к Эгле с пустыми руками. Вам повезло, что я опередила Вернера.

Взломанный участок они уже миновали и выехали из растревоженных жилых кварталов на дорогу меж двух бетонных заборов, за которыми торчали здания-бочки, трубы, кубические сооружения с наклонными пристройками, похожими на прислоненные под углом вагоны, кружевные фермы, усеянные белыми бутонами изоляторов – словно зацвели железные кактусы, угрюмые махины с громадными закругленными окнами, мутноватыми, словно их застеклили речным льдом. Индустриальная мощь человеческой цивилизации на Долгой Земле. Где-то здесь находится принадлежащий Трансматериковой компании Тараностроительный завод – предприятие, выпускающее таран-машины, без которых каравану через Лес не пройти.

– Это вы приходили к Хусте?

– Стах, вы прямолинейны до простоты. Да, я, и после меня Вернер. У нас противоположные цели. Мы с моими коллегами по ассоциации считаем, что «свекольный зуб» – ценнейший дар Леса, который надо с благодарностью изучать, а спятившая братва господина Андреаса каждый раз стремится уничтожить этот уникум из вандальских соображений.

– Почему тогда Вернер не перекупил до меня остаток?

– Я думаю, Клаурамец ему не продал. Решил приберечь для вас, он считает себя честным и гордится этим буквально по-детски. А если бы Вернер применил силу, это нарушило бы существующий по общему согласию баланс и потянуло бы за собой цепочку последствий, нежелательных в том числе для банды Андреаса. Ассоциация принципиально избегает конфликтов с магами, мы за мир в нашем общем доме. Другое дело боевая братва и святейшие неряхи – эти вечно вынашивают планы подчинить себе колдунов.

– И как успехи? – решив, что ему это однозначно не нравится, поинтересовался Стах.

– К счастью для всеобщего спокойствия, пока никак. Смертного мага можно убить, но они мастера защищаться и прятаться. Боже не приведи, чтобы они объединились в ударный монолит… Если не держать ситуацию под контролем, наши малахольные вояки способны их до этого довести. Человек интеллектуально и физически сильнее осы или хрещатки, не говоря уж о вьюсе, которого можно раздавить пальцем, однако укусы этих тварей дьявольски болезненны и могут вызвать долговременные проблемы. Достаточно способный маг, если его раздразнить, может причинить определенные неприятности даже Высшему, а группа магов – и подавно. Ассоциация уже несколько раз предотвращала назревающую войну между Высшими и смертными колдунами. Вернер безусловно пытался надавить на Клаурамца, но у того дом – не только чудной склад, еще и недурная крепость, я в этом понимаю. Не преуспев, Вернер решил дождаться вас, и я подумала, что моя помощь лишней не будет.

– Спасибо, высшая госпожа, вы очень добры.

– Да полноте… Жаль, но Складскому Гению играть в эти игры не понравилось. После визита Вернера он заверил меня, что связался со «свекольным зубом» в первый и последний раз. Я попросила его подумать, но он из тех, кто предпочитает копейку в кармане золотым россыпям в Лесу. Неудивительно, что Трофана его бросила. Хуста сказал, что об этих делах что-то знает мальчик-курьер. Поговорила я с этим мальчиком, посмотрела на него… Юная развалина, несмотря на то что подвид С.

– С ним что-то не в порядке?

– Он из тех, кого называют «фаршированными человечками». Ни разу не слышали? На жаргоне магов «фаршированный» – это жертва неоднократно применявшихся ментальных чар. Человека использовали в своих целях, потом позатирали воспоминания, понасовали на их место обманок, да еще не в один слой, и от личности остался несчастный огрызок, а все остальное – сплошные программы, как у иноземных компьютеров, если вы когда-нибудь интересовались этим предметом. Даже если пообещать этому юноше хорошее вознаграждение, он не сможет вывести на поставщиков «свекольного зуба». Контактов среди магов у него много, и его сознание превратили в проходной двор, замусоренный и заставленный чужими машинами. Своей собственной воли там на донышке, ничего странного, что какая-то взбалмошная девица подбила его поехать в гости к смерти. Его даже Вернер не тронул, хотя безобидного клоуна Хусту ударил почем зря. Курьера как личности почти не существует, одна видимость, которая расторопно обслуживает своих заказчиков и даже может произносить более-менее связные речи. Какое удовольствие бить то, чего нет?

Стах хмуро кивнул. Бедный парень. Или там не только бить, но и жалеть уже нечего?

– Его душа – как скорлупа яйца, из которого удалили содержимое в практических целях, – добавила Джиллина, стараясь усугубить впечатление. – Колдуны умеют хоронить свои секреты. Стах, если вдруг вам так или иначе посчастливится выйти на тех, кто добывает «свекольный зуб», или на их посредников – дайте знать, я не поскуплюсь, и мое покровительство дорогого стоит. Имейте в виду.

– Учту.

Они ехали непонятно куда, петляли, чародейка то ли запутывала следы, то ли придерживалась маршрута, который заранее подготовила для таких случаев – Стах о подобных фокусах слышал, у магов это называется «мармеладная дорога», и если их здесь атакуют, Джиллина будет в заведомо сильной позиции.

– Куда мы направляемся, высшая госпожа?

– Ко мне. Отдадите мою долю, и после этого я доставлю вас к Эгле. Не бойтесь, не ограблю. Я хочу поскорее запрятать свеклу туда, где до нее никто не доберется.

– Они к вам домой за этой драгоценностью не полезут? – полюбопытствовал Стах.

– Шутите? Мое жилище – моя цитадель. Я не Эгле, к которой кто угодно может вломиться без приглашения, вплоть до Инги с Тарасией. Вы, кажется, были очевидцем этого стыдобища? Вот то, чего я не понимаю! Чтобы кто-нибудь меня отволтузил в моем собственном доме – да скорее небо упадет на землю или наши государственные люди воровать перестанут. И неужели, по-вашему, Эгле не в состоянии поставить надежную защиту, чтобы не пускать к себе кого не надо? Боюсь, это доставляет ей удовольствие. Отвратительная история.

Остановить их пытались дважды. На площади Плодоовощных Запасов попер наперерез фургон с нарисованной щукой в галстуке-бабочке и синей по белому надписью «Свежемороженая рыба». Джиллина успела проскочить, а рефрижератор с пустой кабиной врезался в опушенные желтовато-зелеными соцветиями липы на другой стороне.

Совсем как в тот раз, подумалось Стаху. Он ведь давно уже понял, что произошло тогда на Второй Складской улице. И кому это понадобилось, и зачем…

– Ну, вы посмотрите, какие паршивцы! – заметила Джиллина без досады, скорее с азартом. – Когда им кажется, что появился благовидный повод для борьбы, – все побоку, и можно портить чужое имущество!

Уже забыла о том, как разворотила асфальтовое покрытие на улице Забытых Песен? Стах не стал напоминать, хоть оно и просилось на язык. Не забыла, у Высших, говорят, отменная память, но когда сама Джиллина совершает что-нибудь подобное – это просто действие как таковое, не подлежащее моральным оценкам, а когда ее противники – пожалуйста, не возбраняется выносить обвинительные вердикты. Он хорошо изучил эту механику, общаясь с Эгле.

Во второй раз, уже в черте Касиды, в фешенебельном районе с ухоженными особняками и парками, вокруг машины заплясали на уровне колес мозаично-разноцветные вихри – словно пестрая рябь в воздухе, то видно, то не видно. Джиллину это насторожило сильнее, чем щучий фургон. Она свела тонкие брови, сердито помянула дьявола и Мерсмона и начала вилять, стараясь не соприкасаться с миниатюрными вихрями.

Немногочисленные прохожие тоже заметили эту пеструю пляшущую дрянь и старались держаться подальше, ускоряли шаги, жались к оградам, один молодой человек в пижонской рубашке в мелкую полоску и с переливчатым кашне на шее вскарабкался на узорчатую решетку.

– Смотрите, они распугали людей! – с осуждением заметила Высшая. – Мою машину тут знают, меня знают, и устроить такой пассаж в нескольких кварталах от моего дома – это уже хамство! Они в курсе, что я не хочу уронить свое реноме в глазах соседей, хулиганье чертово! Ведут себя как хулиганы, хотя самым старшим из них – Андреасу, Тарасии, Конраду, еще Фабиану, который как маг ничего не стоит и обычно не высовывается, – уже за две тысячи лет, можете себе представить? Они стали Высшими вскоре после того, как люди начали колонизацию Долгой Земли. Казалось бы, за столько времени можно набраться ума и перебеситься… Как бы не так! Они хулиганы по убеждению, не понимаю таких наклонностей. Наша ассоциация всегда делала ставку на добропорядочные слои общества.