Убийца Эльфов - Марченко Ростислав Александрович - Страница 6

Слой земли над искомым имуществом не превышал метра, чаще колебался от тридцати сантиметров до пятидесяти, шитому раскопки шли бойко. В мощеных местах дворика имущество вообще валялось почти на поверхности. К сожалению. Большой слой земли достаточно хорошо защищал от влаги, смотри ржавчины. Тут же, по причине его отсутствия, мы собирали слишком много гнилья. Никто перед рабами не выделывался — когда на поверхности возникал первый искомый предмет, люди лезли наверх отдыхать, орки спускались вниз просеивать землю в поисках ликвидного имущества.

К вечеру можно было подвести предварительные итоги: поход удался. Даже если до подземелий добраться и не удастся, на том, что мы поднимем в самом замке и отмеченных местах долины, явно можно было неплохо заработать.

Версия об удачном нападении подтвердилась на все сто процентов: из двадцати трех найденных костяков восемь имели отлично сохранившиеся ламелляры имперских легионеров явно довоенного изготовления, две чешуи с полностью сгнившей кожей подложки, одна из которых имперская, и отличную эльфийскую кольчугу с хауберком. Доспехи остальных ржа поела довольно сильно, и они годились только на металл. С пяток костяков были когда-то обряжены в кожу или в набивняк или раздеты победителями, от них, собственно, мало что даже от костей уцелело, лучше всего сохранились берцовые. Костей под землей явно лежало больше, старик наводил в первую очередь на наиболее фонящие места. С оружием ситуация была примерно такая же. Из сохранившихся средних размеров мечей «крепостных» легионеров было всего шесть. Три чуть более коротких легионеров линейных, упомянутый гномий и пара эльфийских. Судя по всему, часть атаковавших была обряжена в трофейное и пользовались захваченным оружием. Иначе расценить череп и несколько крупных костей внутри гномьей чешуи с лежащим рядом эльфийским мечом было нельзя, как и кости в ламелляре легионера со сгнившей кольчугой под ним. Пригодных к восстановлению шлемов было всего восемь, включая три поврежденных. Из короткоклинкового оружия удалось поднять пару кинжалов, все остальное ушло в утиль.

В результате просеивания земли и исследования останков, точнее, содержимого кольчуг, на свет появилось довольно много монет, в большинстве серебряных, в меньшей степени золотых. Меди, как ни странно, оказалось довольно мало. И уж действительно сюрпризом оказалось некоторое количество драгоценностей. Отряд был действительно богатый. Вот только не ясно, что его потянуло штурмовать крепость. Сомнения я и высказал колдуну.

— Похоже, в Мор уже, — пожал тот плечами, — ты не забывай, столица-то не так уж и далеко. Наши здесь почти до конца держались. Пока в горы не ушли. Дорога-то туда идет.

Второй день повторил предыдущий. Количество пригодного в дело металла заметно возросло, опять подняли некоторое число монет и драгоценностей, однако кости пошли заметно чаще. Богатые залежи начали заканчиваться.

Третий день был испорчен начисто.

Мне или, точнее, нам захотелось покушать косулятины. Свинина уже надоела. Поэтому в компании Гейра пришлось прогуляться вниз по течению. Заодно опробовал охоту при помощи боевых заклятий. Несчастная зверушка даже не пискнула, когда я присосался к ее энергетической оболочке и начал снимать энергию. Просто ноги косули подломились, и бедняжка упала. А вот резать ее было жалко — такие глаза, что аж мурашки по коже. Но пришлось себя пересилить.

Проблемы начались при возвращении. Небольшие такие. В виде нескольких мускулистых мужиков, с сосредоточенным видом бродивших по проплешине пепелища. Нас самих они не заметили только потому, что вели себя беспечно и довольно громко переговаривались. Косулю бросать было жалко, поэтому забег пришлось осуществлять вместе с ней на шесте.

У колдуна закипели какашки, поскольку он уже забил некий орган на разборку самих развалин и откопку малоперспективных костяков во дворе, загрузив несчастных рабов раскопкой обнаруженных ворот в подземелье в мощеном закутке рядом с башней. Хотя ее верхние этажи и обвалились в основном внутрь, но и того, что оказалось снаружи, хватило, чтобы рабы действительно взмокли.

Рабы тоже заволновались — о своих шансах разделить судьбу хозяев они были осведомлены прекрасно. Не говоря о программировании от старика.

Военный совет размышлял недолго. Выбора было два. Бежать или драться. Но для принятия конкретного решения требовалась информация. Добычей чего я с Гейром и занялся. Поздним вечером.

Банда была то ли глупая до предела, то ли наглая до того же предела, то ли и то и другое одновременно. Четвертый вариант — до предела крутая — рассматривать не хотелось.

Ребята, особо не скрываясь, расположились на месте бывшей деревни и жгли костры. Кони паслись неподалеку от них, оттуда прямо шибало какой-то стихийной волшбой. Стихия земли, если я не ошибся. Как предположил, аналог охранной сигнализации. Судя по скрытности, работающей еще как пугало зверья и, возможно, нечисти.

Налицо было более двадцати человек, не знаю, по какой причине, но шалашей, в отличие от нас, никто не делал. Насколько я смог разглядеть, народ располагался спать на кучах лапника вокруг костров. Чуть погодя появился аналог плетения, окружающего лошадей, со всеми его фонящими прибамбасами. Двое остались бодрствовать. Рассматривавший их в подзорную трубу Гейр отметил, что никого не узнает. Это значило, что ни о какой попытке диалога и речи быть не могло.

Мы удалились для продолжения совещания.

Там обсуждение свелось к выбору — бежать или сражаться. Уже имея некую информацию, на которую можно было опереться.

Пять орков на два десятка людей было маловато. Дело даже не в том, что мы сильнее физически и быстрее от природы. Такая толпа неизбежно частью сил попытается связать напавших, а вторая либо захочет зайти за спину, либо тупо начнет применять метательное оружие. А каждый наш убитый или тяжелораненый — двадцать процентов наших сил. Можно было попытаться поставить в строй рабов. Но цена им против хорошо подготовленных ватажников — грош. В любом случае победа означала, что многие из нас ее не увидят, да и на раскопках можно поставить крест. Жертвовать собой ради поганых конкурентов никому не хотелось, также всплыла проблема: если деньги и можно было унести, как и часть оружия получше, то замок никуда спрятать не удастся. А если замок обнаружат, на ценностях подземелья тоже смело можно ставить крест. А подземелье явно было неразграбленным, коли даже со двора не только трупы не пособирали, но и даже не ограбили.

Вот и принимай решение. Ограничиться малым или рискнуть ради настоящего куша?

Все согласились рискнуть. Будь это простым неразграбленным замком, я бы голосовал за уход. Но под ногами лежал некий секретный объект, а жажда знаний старого колдуна оказалась заразной, коснувшись и меня.

Как говорится:

В могилу попасть, однако, никакого желания не было. Как и у всех на войне погибших.

Поэтому пришлось решать тактическую задачу, если быть точным — помогать ее решить колдуну. Старый козел являлся ярко выраженным сторонником единоначалия, однако это совсем не значило, что он брезговал поинтересоваться мнением подчиненных. Правда, только в моем лице — остальные такой чести не удостоились. Что послужило причиной такого отношения, я не знал. Возможно, боевой и жизненный опыт Даниила, возможно, в целях обучения будущего боевого колдуна, которым, по общему мнению, просто необходимо было разбираться в тактике, а возможно, по обеим данным причинам.

Итак, есть лагерь противника, в нем не менее двадцати человек. Соотношение один к пяти. Возможно, даже к шести. Лагерь защищен охранной сигнализацией, что, помимо проблематичности внезапного нападения, говорило о наличии в отряде противника мага. Маг автоматом выключал Сигурда из числа нападавших. Проще говоря, старый был вынужден ждать, пока маг себя проявит. Чтобы ликвидировать бедолагу. Осталось четверо активных копий, мечей и топоров, что не внушало оптимизма. Однако Сигурда осенила идея поработать со мною, точнее, с моей перчаткой в паре. Я жгу народ в лагере, маг себя проявляет, колдун его приканчивает. В принципе при хорошем маневрировании, тем более ночью, у меня были все шансы отделаться легким испугом в первом в моей жизни поединке магов, в качестве колдуна, естественно.