Убийца Эльфов - Марченко Ростислав Александрович - Страница 11

Колдун такими размышлениями не заморачивался — бросился к стеллажам, как мама к ребенку, и забыл обо всем на свете минут на пять.

Я как раз успел осмотреть обе мумии — первый воин действительно умер от ран, из мумии второго даже извлек меч. Наложенные на помещение архива заклятия предотвратили гниение не только хранимых документов, но и находившихся в архиве трупов. Как подозреваю, наложить заклятие, препятствующее испарению воды, куда сложнее, если вообще такое возможно, в результате тела в соответствии с законами физики воду потеряли, а магия не дала сгнить органике. Заодно понял, почему бюрократы требовали налагать плетения не только на помещения архивов, но и на каждый документ в отдельности. Одежда и поддоспешник на обоих погибших были ветхими настолько, что рвались от малейшего рывка. В то же время заляпанные бурыми пятнами книги под первым мертвецом выглядели вполне нормально. В поясах погибших обнаружилось некоторое количество монет и несколько серебряных и золотых колец. Одно с изумрудом.

Остаток вечера мы посвятили вытаскиванию, сортировке и упаковке содержимого архива. Старик в мероприятии не участвовал — увлекся чтением найденного, библиофил.

Планы с утра обследовать минус-первый этаж старик успешно обломал, распорядившись запасаться дровами для огненного погребения. Вопрос Аскеля не остался без пояснений:

— Кости погибших сожжем. Нельзя их так оставлять. Слишком много накопилось, да и еще найдем неизвестно сколько. Так что дрова надо готовить с запасом.

— Но…

— Это наши деды! Ты уверен, что среди этих костяков твой предок не лежит? — Пацан потух. — А касательно людей, то они храбро в бою погибли. Тысячу лет рядом с нашими лежали, заслужили в одной могиле быть похороненными. Сейчас уже не столь важно, кто из них кто. В могиле все равны.

— А почему не потом? — удивился уже я.

— Дай мне время. Непонятно мне кое-что, — напустил туману старикан и уткнулся в толстенный том из захваченной в архиве макулатуры. Просить посмотреть, что его так заинтересовало, я не стал. Сам скажет. Самому тешить любопытство тоже не стоило: если усесться изучать былое, то всерьез. Чтобы ничто не отвлекало.

Пока же все занялись заготовкой дров. Возиться с пилами мне было лень, поэтому валочным инструментом поработала моя перчатка. Как, впрочем, и разделочным тоже — правда, чуть было опять пожар в лесу не устроил. Для доставки чурбаков приспособили лошадей с трофейными же вьюками. Рабы копали будущую могилу на подходящем холмике неподалеку от крепости. Хотя вообще-то жечь было совсем не обязательно, традиция допускала и обычное погребение. Также, как мы хоронили погибших в Тайнборге. Но в данном случае старик проявил консерватизм, основываясь на обычаях дружин, имеющих привычку сжигать своих погибших. Причем не только на чужой земле, где разрытые тела могли стать объектом глумления врагов, но и на своей.

В подземелье мы полезли на следующий день.

Сигурд был серьезен и мрачен, неожиданно приказав проявлять осторожность в подземелье. В конце спича пояснив, что ему совсем не нравятся причины, по которым двое людей могли оказаться в архиве и умереть там. Вдобавок оставил Гейра и Аскеля наверху, загрузив их надзором над рабами, которые должны были таскать хворост из леса и рубить подсадины на дрова. Погребение обещало быть королевским. Таскать два меча в подземелье мне было лень, поэтому ограничился практичным для использования в качестве инструмента малхусом и надел перчатку, на случай еще одного взлома. Да и вообще оружие брали вниз так, на всякий случай. Чтобы не выйти из подземелий безоружными навстречу еще одной группе копателей. Внизу было довольно влажно и прохладно, находиться там мы могли довольно долго, поэтому надели поддоспешники.

Лестница сюрпризов не принесла. Стены внизу были покрыты плесенью в заметно больших количествах, чем на нулевом этаже, мне подумалось, что, вероятно, рядом вода — как бы следующие этажи не были затоплены.

Этот этаж был, так сказать, научным: в нем находились лаборатории объекта. Погибло тут всего девять человек. Двое в меньшей степени поддавшихся влаге и времени кольчугах, одна, кстати, производства Империи времен войны, были когда-то здорово изорваны. Сохранилось и кое-какое подлежащее восстановлению оружие. В двух из трех лабораторий горел яркий, практически солнечный по спектру свет. Вторая половина этажа так же была завалена, как и наверху.

Я был в шоке. Колдун тоже. Как оказалось, освещение в лабораториях было запитано от магического артефакта-генератора, весьма похожего на тот, что я видел на маяке. Впрочем, не только освещение, но и большое количество стационарных артефактов различного назначения. От обычного приемника магической энергии, замкнутого на этот магогенератор, который позволял колдуну снимать с него энергию, находясь в лаборатории, до непонятного гроба с россыпью кристаллов драгоценных и не очень камней внутри и снаружи него, гроб был замкнут на генератор напрямую. Собственно, почти все тут погибшие погибли при штурме лабораторий, только один в выжженном изнутри и оплавленном остатке ламелляра погиб у лестницы — надо полагать, маги Императора пытались дать отпор, пользуясь, так сказать, маготехническими возможностями объекта. В ходе боя освещение частично пострадало. Просто, по моим наблюдениям, плетения, заменяющие тут электропроводку, в ходе боя частично были повреждены. Если рассуждать логично, то освещение на нулевом этаже явно было запитано от этого же генератора: нерационально напрягать мага, чтобы он ежедневно заряжал каждый светильник. Даже раз в три дня — это дела не меняет.

При виде гроба колдун вздрогнул и заметно побледнел.

— Что случилось? — заволновался я. Какой-то смурной он был сегодня. А тут вообще страшно за старого козла стало. Каким бы он ни был убийцей, но я его уже считал если не вторым отцом, то третьим дедом. Если брать только этот мир.

— Прошлое встретил, — ответил старик и, подойдя к гробу, провел рукой по его крышке.

От такого зрелища забеспокоился даже толстокожий Хаген:

— Что вообще с тобой сегодня?

— Рассказать ничего не хочешь? — добавил я. Вот и повод порасспрашивать старого об его прошлой жизни. Как у меня возникли подозрения, теперь я узнаю много нового.

Старик еще раз провел рукой по крышке и ответил:

— Почему бы и нет. Только не сейчас. — Оглядел нашу заинтересовавшуюся парочку и добавил: — Вечером. Что внизу находится, посмотрите — понятнее будет.

Какой вывод? Сигурду уже известно, что мы там найдем.

Методичный грабеж уже обследованных площадей старый колдун предпочел отставить, пренебрегая техникой безопасности, к слову сказать. До этого он был сторонником поэтапного выноса имущества и тщательной разведки перед очисткой следующих квадратных метров от ликвидного имущества. Тут неожиданно заторопился, рискуя пропустить какой-нибудь неприятный сюрприз, оставшийся от погибших здесь людей. В лучшем случае неудачник рисковал напороться на сработку защиты какого-то артефакта, в худшем — на штатную ловушку системы безопасности объекта. Об одном таком подземелье в Оркланде ходила неприятная история, не знаю, насколько правдивая. Якобы однажды нашли объект, полный скелетов, мумий и гниющих трупов невезучих поисковиков. Защита объекта воздействовала на разум посетителей. Люди, орки и прочие, кто достаточно долго находился внутри, чтобы плетение взломало барьеры разума или неизощренную защиту амулетов, начинали ненавидеть друг друга настолько, что в ход шло оружие. Судя по уже усвоенному материалу от старого колдуна, создать такое заклятие было вполне возможно. И коли кто-то когда-то его изобрел, то неудивительно, что подземелье долго приканчивало нашедших. Вырежут кладоискатели друг друга, а кто и останется не шибко раненным, чтобы умереть от ран или голода, все равно сдохнет в лесу. Лес не любит излишне агрессивных существ, ненавидящих все, что видит, тем более раненых или даже пахнущих кровью. Излишняя агрессия — верный путь неправильно определить силенки потенциальной жертвы. Которая либо прикончит напавшего, либо приведет в небоеспособное состояние, самого сделав добычей. Кстати, по легенде, подземелье было обезврежено по той причине, что один из ватажников по некоей причине, давались разные, вниз не спустился и оказался достаточно крут и сообразителен, чтобы выжить, когда из подземелья выскочил одержимый жаждой убийства друг, или брат, или несколько, разные рассказчики рассказывали разное. При мысли, что теоретически можно создать плетения, внедряющие достаточно хитрую закладку, не гасящую умственных способностей и тактического мышления жертвы, которая вместо размахивания оружием с пеной у рта может тупо отравить или переколоть товарищей во сне, мне стало зябко. Осталось только надеяться на стариковский амулет, который он мне подогнал как подарок на свадьбу, охарактеризовав как в значительной мере аналог моего меча, но интегрированный в общую систему — как с перчаткой, так и с самим мечом. К слову, оба артефакта работали в системе идеально — от перчатки даже подзаряжать амулет было можно. Минусом меча было то, что обнаженный из ножен Черныш, в отличие от подарка, гасил все возможности перчатки за исключением сбора энергии. Амулет — небольшую серебряную пластину с изумрудом посредине — я таскал на шее, на толстой серебряной цепи. Надежда на то, что амулеты коллег по нелегкому ремеслу гробокопателей тоже не подведут, волновала еще более сильно. Хотя их все и изготовил Сигурд.