Лекарь (Истринский цикл). Тетралогия (СИ) - Щепетнов Евгений Владимирович - Страница 246

— Ну так что ты там изобрёл? Как загонять до полусмерти этих наглых созданий, так, что они пришли и брякнулись на подстилку, даже не задирая меня? Открой мне секрет — как ты умудрился их так умучить — я с удовольствием применю этот способ!

— А это уже как получится — загадочно сказать Влад — смотри сюда!

Маг медленно поднялся над землёй и завис перед мордой дракона. Тот вытаращил глаза, как будто увидел что-то такое, чего не может быть на белом свете и молчал минуты три. Потом тряхнул головой, как будто отгоняя от себя наваждение, и сказал:

— Да, ты меня потряс, это правда. Только ты мог это сделать, больше никто. Соединение человеческой магии и драконьей. Сказать, что ты меня потряс — значит не сказать ничего! Значит ты пробовал летать — вот как ты загонял этих паршивцев? Я не могу ничего сказать…кроме того что — я склоняю перед тобой голову! — дракон и правда, слегка неуклюже, поклонился, и чуть не врезав Владу макушкой головы в нос.

— Тише ты, громила! Чуть не зашиб великого мага! — расхохотался Влад и опустился на землю.

Дракон фыркнул, что у него обозначало смех, и сказал:

— Давно не видал тебя хохочущим — обычно, или ёрничаешь, или тихо хихикаешь. Приятно видеть, что настроение у тебя улучшилось — да и есть от чего. Ты и правда великий маг, признаю это. Как бы я хотел уметь летать! Я понял так — ты поднимаешь сам себя магической рукой и относишь куда надо, так?

— Так. И это получается у меня всё лучше и лучше.

— Я так и понял. Никто, кроме тебя этого сделать не сможет — видимо, надо владеть сразу и человеческой магией, и драконьей. А может — это у тебя оттого, что после удара молнии, в твоём мозге открылись какие-то каналы, позволяющие ему развиваться больше и больше, поэтому ты смог развить свою «руку» до такого уровня, что сумел поднять сам себя. Понимаешь — никто, никто, кроме тебя не смог бы вынести, когда в голову переливают драконью магию! Она вам чужда, совершенно! У вас мозг другой! Так же мы бы не могли перенести человеческую магию — мы к ней просто не восприимчивы. В общем — я тебе завидую! Огромной, как этот замок, завистью! Ну да ладно — я рад за тебя. И ещё — сообщаю, что сюда идут тридцать драконов, которые будут сражаться за тебя, против крысанов и кого ты скажешь. Так что — готовь стадо баранов, пировать будем!

— Это хорошая новость — обрадовался Влад — с тридцатью танками мы этих уродов раскатаем по брёвнышкам! Когда они прибудут?

— Завтра, к полудню. Пока они собираются в одном месте, чтобы идти к тебе. Это молодые драконы, такие как я, которые видят перспективу в сотрудничестве с людьми. А кроме того — хотят отомстить за гибель наших детёнышей. Старики будут ещё год собираться, решать — пока нас всех не передушат! Некогда ждать их решения, тем более, что предварительное решение уже было принято — не понимаю — чего они там ещё собираются обсуждать!

— Молодец, Зеленушка! Передай своим соплеменникам — я буду им очень рад. Чувствую — грядут серьёзные события.

— Госпожа Марьяна! Там у ворот отряд — одеты не по-нашему, требуют главного в Клинике! — у дверей в дом стоял Семён и держась за косяк кричал во внутрь дома, зная, что начальница отдыхает наверху.

— Кто такие? — настороженно спросила Марьяна, сбегая по лестнице вниз и застёгивая на ходу рубаху и куртку — было раннее утром и она ещё отдыхала после вчерашней работы.

— Я не знаю. Похоже — это викантийцы. Господин Влад предупреждал, что они скоро могут прибыть к Клинике — все знают, что это его детище. Так что… — Семён угрюмо смотрел в пол, не поднимая глаз на Марьяну.

Она досадливо поморщилась и буркнула:

— Ну знаю, знаю я, что он был прав и отсюда надо было уходить! Ну жалко же — столько труда, столько работы — и всё прахом? Всё бросить? Это же мой дом!

— Да, это ваш дом — бесцветным голосом подтвердил Семён — и у его порога враг. Дом можно построить заново, а вот людей не воскресишь.

— Да не смогут они нас взять! — с отчаянием в голосе воскликнула Марьяна — и укрепления, и отряд бойцов — пушки, в конце концов!

— Викантийцы не смогут. Но если прилетят драконы — мы не выстоим. Вспомните — Пазин пал, а там был сам Влад, десятки пушек и несколько десятков магов. И всё равно — пришлось уходить. Ну да ладно — давайте, вначале, послушаем, чего они хотят сказать. А уж дальше будем решать, что делать.

Марьяна и Семён легко сбежали с крыльца и по каменной лестнице поднялись на стену. Пройдя по ней, они оказались над стальными входными воротами, проклёпанными заклёпками, составляющими узор в виде звезды. Внизу ржали кони, на которых сидели смуглые люди — черноволосые, стройные, увешанные всевозможными амулетами и дорогим оружием.

Магиня перегнулась через бортик стены и спросила:

— Кто меня искал? Кто вы такие, и что хотите?

— Ты главная тут? — без предисловий взял инициативу в свои руки один из всадников, плечистый мужчина лет сорока пяти, в богато украшенной красной шёлковой рубахе и затейливом головном уборе, похожем на свисающий с головы платок.

— Я главная, и что?

— А то, что эта самая Клиника переходит в собственность императора Викантии, в уплату за ущерб, нанесённый Владом, владельцем этого заведения городу Вентрии. Вы будете обязаны бесплатно работать, пока не выплатите этот долг, а если вы не успеете выплатить его при жизни — это будут делать ваши дети!

— И велик ли долг? — осведомилась Марьяна, кивком головы отправляя стоящего с ней рядом охранника подымать людей на стены — было явно видно, что без боя тут не обойдётся.

— Долг составляет сто миллионов золотых!

— Дорого вы цените ваш городишко. И вы что, думали вот придёте, мы откроем ворота и пойдём в рабство? Мне просто интересно, что вы предполагали, когда ехали сюда, в такую даль?

Командир викантийцев побагровел от ехидного тона женщины, и злобно ощерился:

— Ты, сука — не откроешь ворота — мы возьмём эту крепостишку приступом, и вам точно не поздоровится!

— Много вас таких приходило — усмехнулась Марьяна — и где они теперь? Вон — в том лесочке похоронены! И вы туда же хотите?

Краснолицый кивнул головой своим людям, свистнула стрела и отразилась от защитного поля Марьяны, выбив стальным наконечником искры и булыжника рядом со стоящим неподалёку Семёном. Тот махнул рукой, и стрела полетела уже к командиру викантийцев, отскочила от его защитного поля и рикошетом ударила в лошадь под ним, ранив её и заставив сделать «свечку», выбросив всадника из седла.

На стенах крепости засмеялись, глядя на позор пришельца, а тот молча встал, припадая да одну ногу и отряхивая свою щегольскую рубаху, потом медленно и с расстановкой сказал:

— Ты умрёшь. Мучительной, страшной смертью. Я сниму с тебя кожу, а потом удушу твоими кишками, тварь.

Марьяна промолчала на его слова и тихо спросила Семёна:

— Как думаешь, сколько их тут?

— Не меньше тысячи. Так-то они нас вряд ли смогут взять — мы кусачие, но если драконы…в общем — отправляйте письмо господину Владу — он точно тут понадобится. Или подождём пока?

— Подождём. Посмотрим, что они будут делать.

— Да что делать? Сейчас начнут рубить лес, готовить лестницы — я заметил — у них много людей с амулетами. Или у них вообще такие богатые воины и много магов, или к нам послали самых лучших — тогда это делает нам честь!

— Плевала я на эту честь! — выругалась Марьяна — не вижу выхода, кроме как уничтожить их и быстренько отсюда бежать.

— Очень разумное решение — серьёзно сказал Семён, а Марьяна подняла на него глаза, ища насмешку, и не найдя, ещё больше разозлилась и пнула ногой бортик на стене, ушибив ногу и придя в совершенно отвратительное состояние духа.

В течение двух часов слышался стук топоров и срежет пил — викантийцы основательно готовились к штурму. Вдалеке Марьяна увидела телеги и поняла — это не какая-то случайная акция — эти люди, со всем обозом, шли сюда не менее чем месяц, а скорее всего — полтора. С того времени, как был захвачен Пазин прошло именно столько времени, а значит — первое, что они сделали — отправились вслед за Владом, предполагая, что он может тут находиться, ну а если его и нет — то нанести его источнику благосостояния как можно больше урона. Всё так, как и говорил Влад. Марьяна кусала себе губы, в расстройстве, из-за того, что его не послушалась.