Само совершенство. Том 2 - Макнот Джудит - Страница 62

Зак вдруг понял, что если бы ей вдруг не пришла в голову эта сумасшедшая мысль о поездке к его подлой бабке, то ничего бы не произошло. Одна гибель Остина не смогла бы на нее так повлиять. Ричардсон говорил, что первый удар не сломил ее, и лишь после второго…

Джулия была настоящей. И она принадлежала ему. Она любила его даже тогда, когда он был лишь всеми преследуемым беглецом и не мог ей предложить ничего, кроме жизни в изгнании. Она прижимала к груди обручальное кольцо и рыдала так, как будто ее сердце разрывалось от боли…

Внезапно Зак вспомнил, что Ричардсон ничего не говорил ему по поводу того, любит ли его Джулия до сих пор, несмотря ни на что. Он лишь сказал, что она очень переживает из-за того, что произошло в Мехико, и чувствует себя очень виноватой перед ним. Стоило Заку вспомнить об этом, как ему стали приходить в голову и другие мысли. Например о том, что за последние три месяца Ричардсон провел с Джулией слишком много времени. В конце концов, его самого она знала всего неделю, и он сделал все для того, чтобы превратить ее жизнь в ад. Если он не хочет потерять ее навсегда, то ему следует поторопиться.

Глава 74

Когда Зак размашистым шагом вошел в гостиную, сжимая в руке небольшую дорожную сумку, Мэтт и Мередит обменялись понимающими улыбками. Откинувшись на спинку дивана, Мэтт вытянул вперед длинные ноги и с притворным недоумением посмотрел на синий пиджак Зака.

– Зак, ты забыл переодеться. В Калифорнии не принято появляться на собственном вечернем приеме в костюме.

– Черт, совсем забыл об этом проклятом приеме. – Зак был настолько занят своими мыслями, что даже не заметил иронии в голосе друга. – Побудь хозяином за меня, ладно? Скажи им, что мне пришлось очень срочно уехать. Ты мне одолжишь своего пилота?

– Только пилота? – с наигранным удивлением спросил Мэтт, обмениваясь смеющимися взглядами с Мередит, которая присела на подлокотник дивана и положила руку ему не плечо. – А разве самолет тебе не нужен?

– Мне нужны и твой пилот, н твой самолет, – нетерпеливо ответил Зак, забирая у экономки еще две сумки, которые она собрала, следуя его указаниям. – Так ты мне их одолжишь или нет?

– Все будет зависеть от того, куда именно ты собираешься лететь.

– Какого черта, Мэтт? Куда, по-твоему, я могу лететь?

– Откуда мне знать? Но если ты собираешься отправиться в город Китон, штат Техас, то тебе не кажется, что сперва следовало бы позвонить Джулии?

– Не кажется. Я же знаю, как она отреагирует на мой звонок. А вдруг решит куда-то уехать, спрятаться? Послушай, Мэтт, мне нужен твой самолет. Если я полечу обычным рейсом, то у меня уйдет на дорогу на несколько часов больше.

– К чему такая спешка? Ты ведь заставил ее ждать целых шесть недель, в то время как Ричардсон наверняка не отходил от нее и при первой же необходимости подставлял ей свое широкое, надежное плечо, чтобы она могла в него поплакаться. Кроме того, знаешь ли, частные самолеты – довольно дорогие игрушки и…

– Послушай, у меня нет времени на всю эту х… – Зак осекся, вовремя вспомнив о присутствии Мередит, и подошел к ней, чтобы поцеловать на прощание. В эту минуту в комнату вошел О'Хара.

– Мэтт, я уже приготовил машину и предупредил Стива. Он сказал, что самолет заправлен и может вылететь в любую минуту. Зак, когда ты будешь готов?

– Мне кажется, – сдержанно улыбнулся Мэтт, – что он готов уже сейчас.

Зак выразительно посмотрел на него, давая понять, что он о нем думает, и обнял Мередит.

– Спасибо, – просто сказал он и повернулся, чтобы идти вслед за О'Харой.

– Пожалуйста, – широко улыбнулась Мередит и добавила; – Передавай Джулии огромный привет.

– И мои извинения, – на этот раз совершенно серьезно сказал Мэтт, пожимая руку друга. – Удачи тебе.

Проводив взглядом широкую спину Зака, Мередит повернулась к мужу. На этот раз ее улыбка была немного грустной.

– Он так любит ее, что ему совершенно наплевать, что подумают остальные. Даже если будут считать его полным идиотом после всего, что произошло в Мехико. Единственное, что сейчас имеет для него значение, – это то, что Джулия любит его.

– Я его очень хорошо понимаю, – серьезно сказал Мэтт, глядя в слегка затуманенные глаза жены. – Мне знакомо это чувство.

Глава 75

– Эй, Герман! Ты сможешь забрать одного парня в аэропорту? Он приземлится минут через двадцать.

Никто, кроме Хенкельмана, не расслышал тихого писка рации, потому что в спортивном зале китайской средней школы царили страшный шум и суматоха. Что было совершенно неудивительно – для генеральной репетиции завтрашнего костюмированного представления по поводу двухсотлетия Китона здесь собралось более 170 человек. Засунув саблю в ножны, болтавшиеся на боку, Герман Хенкельман, одетый в генеральский мундир, извлек рацию и поднес ее ко рту.

– Конечно, Билли. Джулия Мэтисон только что сказала, что я здорово справляюсь с ролью, а потому она, наверное, сможет меня отпустить.

Ужасно гордясь своей генеральской формой, Герман оглянулся по сторонам в поисках Джулии, которая режиссировала все представление, и обнаружил ее сбоку от сцены, рядом со своим братом и его женой.

– Привет, Тед. Привет, Кэтрин, – поздоровался он, пробившись сквозь толпу. – Извините, мисс Джулия, – добавил он и пояснил:

– Дело в том, что Билли Брэдсон иногда дает мне немного подзаработать на его такси, особенно по выходным. И сейчас он позвонил и сказал, что надо забрать одного парня в аэропорту. Я могу уйти?

– Конечно, Герман, – с улыбкой ответила Джулия. – Поезжай прямо сейчас. Мы уже почти закончили, да тебе и не надо больше репетировать. У тебя и так все прекрасно получается.

Кэтрин метнула на Теда быстрый, многозначительный взгляд, но ни Герман, ни Джулия этого не заметили.

– Я знаю, – гордо ответил Хенкельман. – По-моему, у меня особенно здорово получилось это: «В атаку! За мной!» Правда?

Джулия весело рассмеялась:

– Конечно, Герман, у вас это получается просто замечательно.

Герман слегка застеснялся, но потом все же решился и, нагнувшись пониже, полушепотом сказал:

– Если вдруг Флосси спросит, где я, не могли бы вы сказать, что меня вызвали по очень важному делу?

Джулия, которая специально подобрала ему в представлении такую роль, чтобы он был поближе к Флосси, краснеющей, как школьница, всякий раз, стоило ему заговорить с ней, поднялась на цыпочки и заговорщически прошептала:

– А почему бы вам не сказать ей это самому? Тем более что сейчас она смотрит прямо на вас.

Призвав на помощь все свое мужество, Герман по дороге к двери остановился около сестер Элдридж, одетых в одинаковые старинные бальные платья.

– Мне нужно забрать на аэродроме одного парня, – обратился он к Флосси. – Меня попросил Билли Брэдсон. Я иногда подрабатываю у него по выходным.

– Будь осторожен, Герман, – застенчиво потупилась Флосси.

– Смотри не разбей чужую машину, – сквозь зубы процедила Ада.

Это было уже слишком для Германа. Почувствовав, как кровь прилила к лицу, он резко повернулся к Аде и громко и отчетливо произнес:

– Ты злобная, бессердечная, бездушная женщина. Ада. Я уже говорил тебе об этом много лет назад и повторяю сейчас.

– А ты, – прошипела Ада, пунцовея от ярости, – жалкое, паршивое ничтожество.

Обычно доброе и спокойное лицо Германа приобрело угрожающее выражение, не предвещающее ничего хорошего.

– – Ты говорила совсем другое, когда много лет назад бегала за мной повсюду, пытаясь отбить меня у Флосси! – С этими словами он резко развернулся и ушел, оставив разъяренную Аду и потрясенную, не осознавшую до конца всего сказанного Флосси наедине друг с Другом.

Кэтрин едва дождалась момента, когда Джулия снова ушла на сцену, где начиналась репетиция с детьми, и крепко сжала руку Теда. Ее лицо было страшно напряжено, но в глазах снова зажегся огонек надежды.

– Тед, как ты думаешь, это прилетел Бенедикт?