Скандальная слава - Маклейн Джулиана - Страница 18

– Ведь это было не слишком трудно, правда? – Его голубые глаза весело поблескивали.

Смутясь, она торопливо высвободилась из его объятий и шагнула назад.

– Нет, все оказалось совсем не так страшно, как я предполагала.

– Позвольте мне показать вам судно. Здесь вот кубрик, а там передняя палуба. Идемте.

Все на яхте было тщательно вымыто и сияло чистотой. Свернутый парус на грот-мачте был ослепительно белым. Мартин подвел Эвелин к люку, открыл его и стал спускаться вниз, в каюту.

Она заглянула в каюту и неуверенно спросила:

– Может, мне не стоит спускаться?..

Каюта выглядела довольно вместительной. Вдоль одной стены стоял удобный красный диван с подушками. Мартин поднял голову и посмотрел на Эвелин:

– Вы хотите простоять там весь день? Вам просто необходимо на некоторое время спрятаться от ветра. Не бойтесь, я же обещал вести себя как джентльмен. Не забыли?

Эвелин все еще колебалась, и тогда Мартин протянул ей свою руку. Его лицо сделалось серьезным, а голос мягким.

– Не нужно бояться меня, Эвелин. Я не сделаю вам ничего плохого. И я не собираюсь на вас набрасываться. Прошу вас, поверьте.

Не следовало говорить такие вещи, подумала Эвелин. И называть ее по имени тоже не стоило. Это переходит все границы приличия. И тем не менее она все же решила спуститься, опершись на протянутую ей руку.

– Там мы готовим еду. – Мартин махнул рукой в сторону камбуза. – А здесь едим. – Он усмехнулся и подошел к небольшому столу, прикрученному к полу. – Здесь на койке могут разместиться два моих помощника, но обычно я тут сам ночую.

Мартин подвел Эвелин к койке в передней части каюты, которая была отделена перегородкой от остальной части помещения. Она сразу представила себе, каково это спать здесь, укрытой от всего мира.

– Выглядит надежно. Наверное, тут очень удобно.

– Да, и очень тихо. Когда мы встаем на якорь ночью, слышен только шелест волн. Хотите кофе?

Эвелин смущенно кашлянула.

– А мы разве не выходим сейчас в море?

– Слишком плотный туман, да и ветра нет. Но все скоро изменится. Полагаю, примерно через час. Давайте немного подождем. Вы не возражаете? – Мартин посмотрел на нее своими голубыми глазами. Взгляд этих двух ясных и чистых озер заставил ее расслабиться и забыть о своих опасениях.

– Что ж, давайте выпьем кофе.

Мартин направился своей легкой походкой к плите. Пока он готовил кофе, Эвелин рассматривала каюту. Над столом за балкой висела фотография, на которой был Мартин со своей командой и выигранным во второй или первой регате кубком.

– Этот кубок вы завоевали в прошлом году? – спросила она.

Мартин посмотрел на фотографию на стене.

– Нет, это было два года назад. Похоже, пора уже сфотографироваться еще раз.

– Что ж, надо всего лишь прийти первым, – насмешливо заметила Эвелин и снова стала всматриваться в улыбающееся лицо Мартина на фотографии.

Он продолжал наблюдать за водой, которая вот-вот должна была закипеть.

– Именно к этому я и стремлюсь. Это моя мечта – победить в гонках. Но вы ведь, вероятно, слышали о яхте лорда Брекинриджа. Его «Стремительный» станет моим основным конкурентом.

– Да, я слышала, Джордж говорил, что его яхта самая быстрая, – сказала Эвелин.

Мартин сел за стол и жестом пригласил Эвелин присесть напротив.

– Я собственными глазами видел эту яхту, – продолжал Мартин. – Она действительно лидер.

– Вас это беспокоит? Вы боитесь? Вы, бессменный чемпион регат?

Его глаза сузились, но в них не появилось злости. В них засверкали озорные искорки. Эвелин забавляла его своими рассуждениями.

– Вы, наверное, смеетесь надо мной, миссис Уитон? Я покажу вам, что плавание на яхте – дело серьезное. – Он наклонился к ней через стол. – Возможно, вы поймете это после сегодняшней прогулки. И тогда измените свое мнение.

Эвелин пришлось сдаться. А что ей оставалось? Ведь она действительно ничего не знала о плавании на яхте.

– Возможно, все так и будет, – не слишком уверенно ответила она.

Мартин был рад, что она не стала с ним спорить. Он снова откинулся на спинку дивана и заглянул в глаза Эвелин.

– Ну, расскажите мне, – в его глазах появилось любопытство, – чем вы занимались все эти десять лет, прошедшие с нашей последней встречи на платформе. Вы ведь помните, как вы меня тогда отчитали. Я уж этого точно никогда не забуду.

Эвелин была слегка удивлена тем обстоятельством, что Мартин вспомнил тот далекий день. Казалось, его до сих пор коробит ее резкость и нравоучительный тон.

– Я была замужем. Вы, вероятно, знаете об этом, – сказала она.

– Как я понимаю, не слишком долго.

– Три месяца.

В его голосе появились нотки искреннего сочувствия.

– Мне очень жаль.

Она прикусила нижнюю губу.

– Благодарю вас, – тихо сказала Эвелин.

– Думаю, вам было действительно тяжело… Потерять мужа почти сразу после медового месяца…

Эвелин сжала сумочку, лежавшую на ее коленях.

– У нас не было медового месяца.

– Да? Возможно, вы и не ездили никуда, но тем не менее вы, полагаю, наслаждались несколькими неделями счастья. Ведь иначе и быть не могло! Так или иначе, вы начинали новую жизнь… А это всегда так волнительно, так захватывающе.

Эвелин почувствовала себя неловко и снова смущенно кашлянула. Ведь, говоря о «новой жизни», Мартин имел в виду совершенно определенные вещи, которые приносит с собой замужество. Ее щеки залил румянец. Эвелин совсем не хотелось обсуждать подобные вещи. Это было, мягко говоря, просто неприлично.

– Да, у меня началась другая жизнь. Но она была не совсем такой, какая бывает у молодоженов. Вернее, она была совсем не такой… – Эвелин на мгновение замолчала. Казалось, она тщательно обдумывала свои слова. – Сейчас, когда я вспоминаю свое замужество, мне кажется, что этого в моей жизни и вовсе не было. Нас в общем-то ничего не связывало. Это общее, что существует в семейных парах, у нас еще не успело появиться. Я не забеременела и не родила ребенка… Все как-то быстро забылось. А теперь я хочу попытаться выйти замуж еще раз. Ведь в том, что женщина хочет быть счастливой, нет ничего предосудительного.

Мартин смотрел куда-то вниз, на пол, и внимательно слушал ее. Потом он вдруг поднял глаза, и Эвелин обнаружила в них какое-то странное мрачное выражение. Она никогда раньше не видела Мартина таким. Сейчас в нем появилось что-то загадочное, темное, как будто под тихой, спокойной внешностью, выставленной напоказ для всех, кипела тайная безумная страсть. Но Эвелин было непонятно, что за чувства бродят в нем. Впрочем, подумала она, ей ведь ровным счетом ничего не известно об этом человеке.

Неожиданно Мартин забарабанил пальцами по столу. Кажется, ему хотелось побыстрее сменить тему разговора.

– Что ж, – сказал он наконец, – можете задать мне все интересующие вас вопросы о предстоящем плавании. Ведь, в конце концов, мы здесь именно для того, чтобы выйти в море.

– Хорошо, – согласилась Эвелин, переключаясь на другую тему. – Вы плаваете на «Орфее» весь год? Даже зимой?

В его глазах снова появился мягкий, теплый свет.

– Нет, обычно на зиму я поднимаю «Орфея» из воды. Но уже ранней весной мы снова выходим в море.

Наконец кофе был готов, и Мартин наполнил черной горячей жидкостью две чашки. Поставил их на стол.

– Добавить вам молока? – спросил он.

– Нет, спасибо, ни молока, ни сахара. – Эвелин поднесла чашку к губам и вдохнула терпкий аромат. – А когда вы научились управлять яхтой? – спросила она.

– Когда вернулся из Америки. Мой брат…

– Вы были в Америке?

Ее неожиданный вопрос заставил Мартина замолчать. Он сделал несколько глотков кофе и потом снова заговорил:

– Я провел там четыре года. Жил в доме моего брата. Он хотел, чтобы я занялся каким-нибудь делом, дал мне денег. Я вернулся в Англию и купил свою первую яхту. – Мартин снова отпил кофе и поставил чашку на стол. – Кстати, вы чувствуете?

Эвелин тоже поставила чашку на стол и удивленно посмотрела на Мартина: