Чисто семейное дело - Федотова Юлия Викторовна - Страница 40

«Разводят меня! Разводят как малолетнего лоха!» — так думал Дэн, а сам подписывал бумагу за бумагой, готовил снаряжение и добросовестно ездил в спортзал, махал мечом. А все потому, что любопытство разобрало: что такое на самом деле хотят ему вчехлить? Каким образом собираются демонстрировать мир иной? Причем не ту имитацию, что устроена на карельской «турбазе» — неплохая, с аниматорами и спецэффектами, но очевидная, — а «совершенно реальный и подлинный»? И как будут выкручиваться потом, когда ожидания клиента не оправдаются?

Конечно, предупреждение о «своем страхе и риске» несколько настораживало. Уж не хотят ли устроители этой необычной забавы завезти его куда подальше — да и концы в воду? «Туда» без «обратно»?

Навел справки: фирма надежная, без материальных проблем и долгов, никакого криминала за ней не числится. Да и цена вопроса хоть и велика, но не настолько, чтобы ради нее жертвовать репутацией и идти на мокруху.

«И потом, бумаги бумагами, но, если что случится с любимым сыном, папа от обидчиков камня на камне не оставит, в порошок сотрет, вместе со всеми нелюдями, чудовищами и прочей чертовщиной. По судам до смерти затаскает! Конечно, любимому сыну это уже не поможет, зато справедливость восторжествует», — так думал Дэн. Дескать, надо рискнуть. А чтобы веселее было, хотел взять с собой друга, Серого. Готов был даже всю стоимость за него внести. Но тот отказался. Я, мол, не самоубийца. Да еще обозвал «безбашенным придурком». Ну и черт с ним! Без него обойдутся. Попомнит еще!..

Из дневника Хельги Ингрема

…Не знаю, возможно, я сужу предвзято, возможно, спешу с выводами, но клиент мне не понравился.

Сначала он вел себя вполне корректно и производил благоприятное впечатление, несмотря на некоторую развязность манер и настораживающее имя. Данила — звучит как-то по-мангорритски, с окончанием на «а». К примеру, моего покойного родного брата на самом деле звали не Гуго, а Гуга, это уже в Дольмене его переименовали на обычный манер. Впрочем, клиент дал понять, что предпочитает обращение Дэн. Что ж, на его месте я бы тоже выбрал последнее. Благозвучнее, выговаривается легче. Хотя не мне судить об особенностях чужого наречия. Макс говорит, что Данила — хорошее русское имя.

Возможно. Жаль тогда, что его обладатель ему не соответствует. Сперва был вполне вежлив, видно, усыплял бдительность. Но стоило мне зазеваться — ни с того ни с сего подскочил и обеими руками дернул меня кверху за уши! Со всей дури! До чего больно — у меня даже слезы брызнули. Без ложной скромности скажу: спригганы — очень выносливые существа, демоны-убийцы, надо полагать, тоже. Но любому терпению есть предел.

Просто чудо, что я успел подавить рефлексы и не уложил его на месте! А то вышло бы неудобно перед Максом, поставил бы его в сложное положение. Хватило и того, что я поднял клиента над землей и пару раз тряхнул, опять же чисто рефлекторно. Все равно так с клиентами не обращаются. Впредь надо быть более сдержанным ради интересов дела. Потому что в мире Макса говорят: клиент всегда прав. Даже если он дерет вас за уши. Хотя с этим я бы поспорил!

Между прочим, морда у него тоже противная. Вот так взял бы кирпич и приложил бы… Нельзя! Макс говорит, так дела не ведут. Надо постараться растолковать это нашим. А то как бы не вышло чего нежелательного. Опасаюсь, очень опасаюсь…

Странно все это было. Очень странно. И даже не то смущало, что уши у парня не отклеились, точнее, не сами уши — на это Дэн и не рассчитывал, — а их верхняя, не по-человечьи заостренная часть. В конце концов, пластическая хирургия в наши дни творит чудеса.

И не то удивляло, что появился он вроде бы ниоткуда: только что не было — и вдруг вот он, стоит, моргает зелеными глазищами. Откуда взялся? Хотя… в цирке и не такие фокусы показывают.

Другое было непонятно. Восемьдесят пять килограммов без малого весил Дэн. Сколько весил так называемый демон-убийца неизвестно, но очевидно, что гораздо меньше — богатырским телосложением он не отличался… Так вот, было у Дэна одно неприятное воспоминание. Однажды в детстве он чем-то досадил отцу. И тот в сердцах сгреб пятилетнего отпрыска за грудки, поднял над землей на вытянутой руке, принялся трясти… И того не мог теперь понять Дэн, каким образом худосочный с виду парень, не тяжелоатлет какой-нибудь, ухитрился с легкостью проделать то же самое со здоровым, взрослым мужиком? Поднял, тряхнул, а потом еще и извинился: типа прости, не со зла, чисто рефлекс сработал… «Странные у него, однако, рефлексы! И откуда такая силища? — недоумевал Дэн. Но потом нашел ответ: — Не иначе, накачался какой-нибудь стимулирующей дрянью, нарочно, чтобы произвести впечатление. Что ж, правдоподобно вышло. Сразу видно, стараются, не халтурят. Обнадеживающее начало».

— Ну мы пошли? — спросил Хельги у Макса. — Ничего не забыли?

— Все со мной, — ответил за Макса Дэн, кивнул на объемистый рюкзак и непонятный плоский предмет обтекаемой формы.

Хельги чуть поморщился — зачем летом столько барахла? Но от замечания воздержался, уточнил только:

— А оружие?

— Газовое, — пожал плечами Дэн.

— Ладно, — вздохнул проводник, — в Риморе купим.

— Вы тогда денег из моей доли возьмите, — велел Макс.

Хельги отмахнулся:

— Да ладно! Что у нас, своих нет? У Рагнара все карманы золотом набиты, он дома из казны взял. Теперь даже милостыню золотом подает. Представляешь, как Орвуд бесится!..

«Нарочно выпендриваются, — понял Дэн. — Антураж создают. Золотом у них карманы набиты, скажите пожалуйста! Ну ладно, поглядим, что дальше будет».

…А дальше все было очень быстро. Даже из офиса не пришлось выходить. Дэн так и не понял, как это произошло. Усыпили, что ли, и вывезли куда-то сонного, себя не помнящего? А как иначе объяснишь? Окружающая действительность изменилась в мгновение ока, будто кадр на киноэкране. Только что был современный кабинет с кожаной мебелью и красивым цветком в кадке — и вдруг вместо него возникли безобразные нищие задворки, загаженные курами, свиньями и прочей домашней живностью.

В ноздри ударила резкая смесь запахов: помои, гниющие водоросли, рыба, кислое вино, а может, моча…

Рослая стриженая девица возникла прямо перед их носом (а может, наоборот, они перед ее носом), чмокнула парня в щеку: «С прибытием!»

— А ты что тут делаешь? — строго осведомился тот. — Договорились же, ждать в комнате, наружу не выходить. Куда тебя понесло?

— Попробуй, догадайся! — Девица по-кошачьи фыркнула и кивнула на кривобокое двудверное строеньице в дальнем углу двора; размеры, архитектура, а главное, запах однозначно свидетельствовали о его назначении. Только вместо традиционных «М» и «Ж» на дверях были нацарапаны какие-то закорючки.

Парень, видно, догадался, потому что тоже фыркнул и уточнил:

— Так ты туда или оттуда?

— Оттуда, — был ответ.

— А представь, если бы мы переместились минутой раньше?! Что тогда?!

— Ох! — сказала Меридит. — Ох! Тогда бы вышел большой конфуз! Как я не подумала!

Хельги взглянул на сестру по оружию с укоризной:

— Ты и теперь плохо думаешь! Только о себе! Сама знаешь, через астрал не прицелишься! Тебе всего-навсего конфуз, а мы, между прочим, могли оказаться прямо в яме… Там вообще как?

— Там — полно! — ответила диса веско. — И рядом тоже ступить негде. Убейте боги, не возьму в толк, неужели так трудно прицелиться точно в дыру? Почему аполидийцы этого не умеют?

— Кхе-кхе! — многозначительно кашлянул Хельги. Он вспомнил о клиенте и решил, что беседа повернула не в то русло.

Впрочем, Дэн пропустил ее мимо ушей, ему было не до того. Он вдруг обнаружил еще одну странность. Эти двое разговаривали не по-русски! И даже не на английском. Это был совершенно незнакомый Дэну язык. Немецкий? Нет. Один из скандинавских? Возможно. Не в том суть. Главное, что Дэн, каким-то непостижимым образом понимал его не хуже родного! И уж куда лучше английского — без малейших усилий. Неужели во время перевозки, во сне, его и иностранному языку ухитрились обучить?! «Ничего себе ребята работают!» — восхитился Дэн.