Сверхъестественная любовь - Телеп Триша - Страница 83

— Что ты там делаешь? — спросил он.

— Кое-что проверяю, — ответила она.

— В таком случае, — сказал он и провел рукой по ее бедрам, — я тоже кое-что проверю.

Беседка представляла собой восьмиугольное строение, где вдоль семи стен тянулись деревянные диванчики. Диллон опустил Ноилани на красно-белые подушки, уложенные на диванчике напротив входа.

— Замечательно, — насмешливо сказала она, изображая испуг, — сначала девушкой воспользоваться, а потом ее бросить.

Диллон сбросил туфли, джинсы и рубашку.

Ноилани следила за его движениями огромными блестящими глазами.

— Мы сейчас займемся этим, да?

— Да, — ответил он, сел рядом с ней и принялся снимать с нее одежду, что оказалось несколько труднее, чем он думал, особенно когда розовый кружевной лифчик зацепился за цепочку на шее.

— Не дергай, — сказала она, — порвешь.

— Лифчик? — спросил он и вдруг понял, о чем она говорит, когда увидел кулон. На груди Ноилани, четко выделяясь на белой коже, висела крошечная головка лошади, вырезанная из дерева коа. — Ты хранила мой брелок? Все эти годы?

— Ведь его сделал ты, — сказала она. — Больше у меня ничего не осталось на память.

— Но ты думала, что я забыл о тебе. И должна была меня ненавидеть.

Она серьезно и торжественно покачала головой:

— Я всегда тебя любила. А ты меня ненавидел?

— Хотел ненавидеть, — честно признался он, — но, как только увидел тебя в «Трилистнике», сразу понял, что ничего у меня не вышло.

— К счастью для меня.

— К счастью для нас обоих.

Он начал ее целовать, сначала нежно, затем с возрастающей страстью. Потом они занялись любовью, сплетая тела то игриво, то страстно, а когда оба, утолив страсть, лежали рядом, наслаждаясь воспоминаниями, Диллон повторил: «К счастью для нас обоих».

Ноилани серьезно взглянула ему в лицо, по которому пробегали тени от раскачивающихся пальм и цезальпиний.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Я тоже тебя люблю. — Он провел пальцем по ее полной нижней губе. — Почему ты на меня так смотришь?

— Не могу понять, зачем она это сделала. Моя бабушка. Отправила меня в интернат, перехватывала твои письма. Должно быть, она понимала, в каком аду я жила. А я-то думала, что она меня любит. — Ноилани помолчала. — Может быть, она потому и покончила с собой… чтобы загладить свою вину?

— Нет. — У него сжалось сердце, когда он увидел выражение ее лица. — Я знаю, о чем ты думаешь, и все же ты ни в чем не виновата.

— Тогда почему? Почему она покончила с собой?

— Не знаю, — признался он. — Может быть, мы никогда этого не узнаем, но… — он встал с диванчика, — осталось осмотреть еще три четверти чердака. Вдруг мы там найдем что-нибудь.

— Может быть. — Ноилани села. — Ой! — внезапно вскрикнула она, отдернув руку, на которую только что оперлась. По ее ладони стекала струйка крови.

— Что случилось? Тебя кто-то укусил?

— Нет. У меня рука провалилась между подушек. Наверное, я зацепилась за гвоздь.

— Дай я посмотрю.

Ноилани, держась за пораненную руку, отодвинулась в сторону, и Диллон поднял подушки, чтобы осмотреть диванчик.

— Вот черт! — сказал он.

Между досками торчала еще одна слеза Пеле, на этот раз острая как бритва.

Ноилани побледнела так, что Диллон испугался: вдруг она упадет в обморок?

— Это… эт-то должно что-то означать… — запинаясь, еле выговорила Ноилани.

Внезапно Диллона охватила ярость.

— Да, кажется, кто-то затеял с нами грязную игру.

Нахмурившись, Ноилани стала внимательно разглядывать камешек.

— А может быть, это и есть ключ к разгадке, — через некоторое время сказала она. — Может, нам следует заглянуть внутрь.

— Ты о чем?

— Нужно заглянуть внутрь дивана. Смотри, здесь доски поднимаются, а под ними что-то вроде ящика, чтобы складывать туда подушки, когда идет дождь, — объяснила она. — Давай посмотрим, вдруг там что-то есть? Может быть, слеза для этого и воткнулась, чтобы дать нам подсказку.

Ноилани встала, откинула подушки и подняла крышку диванчика. «Пусто», — подумал Диллон, как вдруг заметил небольшой конверт, затиснутый в самый угол ящика. Он протянул руку, чтобы взять его, однако Ноилани стояла ближе и успела взять его первой. Она осторожно вертела в руках кремовый конверт, словно боялась увидеть на нем следы крови.

— Бабушкино почтовое отделение, — сказала она. — И ее почерк.

«Ноилани» — было написано на конверте. И больше ничего.

«Всю свою жизнь я потратила на то, чтобы делать добро своим любимым, и потеряла их всех, одного за другим. Всех, кроме тебя, моя дорогая внучка, но даже ты не избежала моих „благодеяний“. Много лет назад, когда я увидела, как ты целуешься с парнем по имени Макуа, я страшно испугалась и отправила тебя подальше от дома. Я боялась, что этот мальчишка разрушит твою жизнь и разобьет тебе сердце, а оказалось, что это сделала я. Ты думала, что он тебя бросил. Нет, это было не так. Это я сделала все, чтобы ты больше о нем не вспоминала. Пожалуйста, не сердись на меня. В то время мне казалось, что я поступаю правильно.

Потом я пыталась спасти своего брата, и что же? Результаты оказались еще более трагичными. Мои попытки руководить его жизнью привели к тому, что он опускался все ниже. В конце концов его беспечность стоила ему жизни.

И все же моей величайшей ошибкой было то, что я оставила Гонолулу и моего Джона в декабре сорок первого года. Как всегда, стремясь совершить одно из своих „благодеяний“, я забыла о своем горячо любимом муже и упустила те несколько дней жизни, которые мы могли бы провести вместе.

Пеле сказала, что даст мне второй шанс. Я получу возможность провести с Джоном его последние дни. Не знаю, как она это сделает, но она обещала дать второй шанс и тебе, внучка. Не упусти его».

Ноилани отложила письмо.

— Ну что? — спросил Диллон.

— Диллон, ты веришь в существование богов и богинь?

— Если бы ты спросила меня об этом неделю назад, — сказал он, — я бы рассмеялся, но после встречи с тетушкой Полли…

— О чем ты?

— Это же был классический вариант. Пеле появляется ниоткуда и просит ее подвезти.

— Пеле? Богиня Пеле? Ты хочешь сказать, что старушка в футболке была…

Нет, этого не может быть!

— Она сказала, что ее зовут Полли Ахиаихонуа, так? А я знаю, что на гавайском языке «ахиаихонуа» означает «вулкан». И тебе не кажется, что имя Полли подозрительно напоминает имя Пеле?

Ноилани задумалась. Да, в этом что-то есть — какое-то сумасшествие.

— Бабушка пишет, что она заключила с Пеле сделку: она отдает ей ее слезы и свою жизнь в обмен на возможность провести несколько дней с мужем, то есть с моим дедушкой.

— Выходит, та фотография была настоящей?

Ноилани кивнула и улыбнулась, вспомнив, какими счастливыми выглядели на том снимке ее бабушка и дедушка.

— А камень на могиле дедушки Томаса?

— Думаю, это был какой-нибудь побочный эффект. Поскольку бабушка больше не приехала на Большой остров, чтобы вытащить брата из очередной беды, ему самому пришлось отвечать за свои поступки. В результате, я думаю, он прекрасно с этим справился и стал священником.

— Итак, — сказал Диллон, стараясь говорить как можно деликатнее, — все выяснилось. Дело закрыто. Полагаю, мои услуги тебе больше не нужны?

— А ты как считаешь? — спросила Ноилани и, обвив его шею руками, крепко поцеловала.

— Ну… — Он бросил на нее озадаченный взгляд. — Может быть, ты нуждаешься в услугах иного рода…

— Еще как! — согласилась она.

ДЖАНИН ФРОСТ

Стая

Глава 1

Я почувствовала, что на меня охотятся, еще до того, как услышала рычание. Между деревьями несколько раз мелькнуло серое с черным — слишком быстро, чтобы успеть разобрать, что это было. По шуршанию сухих листьев и хрусту веточек я поняла, что они приближаются, и, ощутив первобытный, жутковатый холодок на загривке, осознала, что переместилась с вершины охотничьей лестницы на первую ее ступень — стала дичью.