Сверхъестественная любовь - Телеп Триша - Страница 52

Обе женщины глядели на нее с немым вопросом: «Ты что, с ума сошла?» Но Джен знала, что находится в здравом рассудке. Ведь ее неотъемлемой частью был встроенный датчик, предупреждающий о неприятностях. Если бы ей грозила беда, он бы непременно дал знать. Чутье никогда не подводило ее, и нынче она тоже безбоязненно полагалась на него. По отношению к Демону Александру Джен испытывала только испепеляюще-раскаленное влечение, которое можно смело отнести к опасностям иного рода.

Демон пробирался через густой лес. Безмолвно и быстро. Через переплетение ветвей и листьев едва проникал лунный снег. Отлично! Он прекрасно видел в темноте.

Демон остановился у гнилого ствола упавшего дуба. Глубоко вздохнул, закрыл глаза и отпустил на свободу троицу, послал тени во тьму. От кожи оторвались три неясных очертания: они оборачивались вокруг его конечностей и проникали внутрь тела, смешивались, приспосабливались, обретали форму, затем рассеялись.

— Отправляйтесь на охоту, — сказал Демон, посылая их на задание, и тени унеслись в ночь. Невидимые, неслышные. Олицетворение бесшумной опасности.

Более их ничто не связывало, и Демон мобилизовал собственные запасы магии — биение ясной силы. Он мог бежать долго-долго. Мог слышать дыхание крохотных тварей в норках. А еще мог чувствовать черную магию. Из-за нее континуум корчился и искажался. На эти леса притязало существо другого порядка, чем он. Оно убило, причем совсем недавно. Демон чувствовал запах человечьей крови и серы, ощущал витающие в воздухе волны темной энергии.

Повинуясь инстинкту, он бежал, петлял меж деревьев, перепрыгивал через бревна, в жилах быстро струилась кровь, чистый прохладный ветер обдувал лицо.

Он охотился. И нашел их.

Гибридов. Жестоких существ, которые некогда были людьми, а потом, столкнувшись со смертью, позволили демонической силе овладеть душой. Больше они не были людьми и служили лишь собственному чувству голода и ужасному господину.

Их было двое. Группа разведки. Руки у них были вымазаны кровью, значит, они недавно кормились. Демон подавил дрожь: гибриды предпочитали сжирать кровавую добычу живьем.

Темными тенями в ночи к ним мчалась троица.

— Нет, — сказал он, желая сразиться сам. Ему важно знать, что именно он оберегает Джен. Он ее защитит.

Гибриды набросились на него с двух сторон, размахивая алчущими крови когтистыми ручищами. Демон приветствовал боль и жгучую хладную ярость, поднимавшуюся из глубины его естества. Он зарычал и бросился вперед, быстрый, мощный. С него капал пот, текла кровь. Красная — его, черная — их.

В конце концов он, тяжело дыша, распрямился над останками поверженных врагов, которые шипели и пузырились, превращаясь в грязь.

По зову к нему явилась троица — легкий дымок, темные тени, — и на миг ночь вспыхнула ярким и холодным синим огнем.

Глава 3

На следующее утро Джен сидела на кухне вместе с шерифом Хейлом и отвечала на уйму вопросов. Точнее говоря, он спрашивал, а расстроенная Джен больше молчала, потому что ничем не могла помочь в поисках убийцы той бедной женщины. Что она могла сказать? Что, когда глядела на лес две недели назад, ее посетило отвратительное чувство, словно кто-то наблюдает за ней нечеловеческими глазами? Умный был бы поступок, нечего сказать! Хейл решит, что она лишилась рассудка, а поиски убийцы все равно не продвинутся ни на шаг.

— Расскажите мне о рабочем, который занимается ремонтом, — попросил Хейл.

— Его зовут Демон Александр.

— Откуда он?

Джен открыла было рот, но потом закрыла, потому что не знала ответа.

— Я родом из Орегона.

Оба собеседника обернулись, и Джен заметила, как удивился Хейл. Демон стоял у черного хода, привалившись плечом к косяку. Она не слышала, как он вошел, и Хейл тоже — судя по сердитому выражению его лица.

— А вы, шериф Хейл? — лениво спросил Демон ровным голосом. Он снял потертую кожаную куртку и повесил на крючок за дверью. — Откуда вы родом?

Физиономия шерифа помрачнела пуще прежнего и стала багровой.

— Я родился и вырос здесь.

— Вам повезло. — За этими словами чувствовалось много невысказанного, а скрытый смысл был в том, что из иноземца всегда удобно сделать козла отпущения.

Джен не сводила глаз с Демона, который пересек кухню, подошел к кофеварке и налил себе чашечку кофе. Она нахмурилась, глядя на его предплечье, потому что была готова поклясться: вчера там была татуировка.

— Дженни, вы не возражаете, если мы несколько минут побеседуем с глазу на глаз, по-мужски? — спросил шериф.

Но необъяснимой причине она возражала, но у нее не нашлось причин озвучить свой отказ. Пришлось встать и взяться за костыли. Демон встретился с ней взглядом и натянуто улыбнулся. Джен поняла, что он хочет поговорить с Хейлом наедине, и предположила, что собирается отвести от себя подозрения.

Джен оставила их, потому как выбора у нее не было.

— Итак, мистер Александр, где вы были прошлой ночью? — донесся до нее голос шерифа.

— Прошлой ночью? — Тон Демона был пропитан странным юмором. — Я был здесь, шериф. С Джен.

Джен оцепенела. Нельзя сказать, что Демон лгал. Когда наступила ночь, он действительно был здесь, с ней. Но потом? Где после этого был Демон? И почему он не выложил всю правду?

— Почему вы спрашиваете, шериф? Вчера что-то случилось?

— Миссис Петери видела, как кто-то крадется в лесу. Некто с фонарем, который светит голубым светом. И очень мощным. Это были не вы, мистер Александр?

Демон рассмеялся:

— Если хотите, то обыщите мою машину, шериф Хейл.

— Могу и обыскать, — сказал шериф. — Заодно взгляну, где вы живете. Вы снимаете комнату в «Мэйбел Тьюксбери», так?

— Да. Можете наведаться и туда. — Демон помолчал. — У меня нет фонаря. С голубой лампочкой или чем-то в этом роде.

Но на самом-то деле был. Может, не фонарь, а какой-то другой светильник. Джен видела, как синеватый свет пробивался из-за двери той комнаты, которую Демон ремонтировал вчера вечером.

Не утруждая себя действиями втихомолку, ибо с костылями это все равно невозможно, она поднялась по лестнице в комнату под крышей. Когда она толкнула дверь, ее сердце бешено застучало. Стены, некогда оклеенные любимыми бабушкиными обоями с узором в цветочек стали теплого цвета капучино. Джен проковыляла в комнату. Банки с краской аккуратно расставлены на полиэтилене, валики вымыты и сложены. В углу стоял мощный осветительный прибор, выключатель переведен в положение «выкл.», но вилка прибора все еще вставлена в розетку. Это говорит о том, что для работы прибора необходимо электричество. Значит, в лесу Лина Петери видела другой голубой свет.

Со вздохом облегчения Джен повернулась к двери, ведущей из спальни в коридор. Сердце у нее подпрыгнуло и остановилось.

На стене по-прежнему красовались любимые бабушкины обои, но теперь они казались свежими и новыми: чистые, без пятен, подтеков и дыр. Демону каким-то чудесным образом удалось их очистить и отреставрировать. Джен подошла поближе и положила руку на стену, чувствуя, как ее мир покачивается и дает крен. Что за человек способен на такое беззаветное добро?

Снаружи хлопнула дверца автомобиля, взревел мотор, и через миг Демон уже стоял в дверях. Его темные волосы падали на лоб. Губы изогнулись в полуулыбке.

— Шериф Хейл уехал? — спросила Джен, почему-то чувствуя себя ужасно неловко.

— Ага. — Демон приблизился к ней. — Нравится? Я про обои.

— Не то слово, я их просто обожаю!

Я бы могла и тебя полюбить, если бы позволила себе. О боже, откуда подобные мысли? Этот мужчина не для нее. И никогда не сможет ей принадлежать. Ведь она всю свою жизнь знала, что не такая, как все, и ни одному мужчине не суждено стать ее судьбой. Джен впервые стало невыносимо грустно от этого.

— К сожалению, я не смог спасти все обои, но мне удалось снять с трех самых поврежденных стен достаточно кусков, чтобы залатать четвертую. Затем я поработал резинкой и тонкой кисточкой, — он жестом указал на маленькие баночки с краской, — после того как подобрал цвета.