Сверхъестественная любовь - Телеп Триша - Страница 48

Возможно, я немного повредился рассудком, но мне казалось, что даже в воздухе вокруг нас потрескивают крохотные искорки сексуального напряжения. Я забыл про усталость, каждая клеточка моего организма пришла в возбуждение.

Она посмотрела мне прямо в глаза, а потом отвела взгляд.

— Не стоило так беспокоиться. Я в полном порядке.

— А я нет. Можно войти?

Она отодвинулась, и я зашел в номер, пытаясь найти своему ночному визиту какое-то другое оправдание, кроме безумной страсти. Конечно, она не боялась, что я сейчас нападу на нее, — дар чародейки помог бы ей защититься. Держалась девушка с прежней приветливостью.

Ее комната смотрелась очень мило. Обрадовавшись нейтральной теме для разговора, я заметил:

— Похоже, ты собираешься задержаться в Нью-Йорке?

— Я работала в Лондоне в компьютерной фирме, а теперь меня перевели сюда, — Мэгги подошла к окну, скрестила руки на груди и засмотрелась на огни ночного города. Может быть, ее одеяние и было монашеским, но тело под ним — определенно нет. — Разумеется, это только официальная часть моей работы, — продолжила она. — Ты, наверное, слышал о проекте «Защита»? Меня направили для усиления нью-йоркского отделения.

Да, я слышал об этом. Защитники всех национальностей и всех стран вместе работали над тем, чтобы оградить крупнейшие города и исторические памятники от терроризма. Не все шло гладко, но удалось предотвратить множество несчастий, особенно в странах Ближнего Востока. Нет ничего удивительного в том, что Мэгги, мастер постановки барьеров, участвует в проекте. Скорее всего, и квартиру эту ей предоставила не компьютерная фирма.

— Как житель Нью-Йорка я хочу поблагодарить тебя за помощь.

— Я тоже должна поблагодарить тебя. — Ее профиль был спокоен и величествен, как греческая статуя. — Ты дважды спас мне жизнь, причем без всякой магии.

— Иногда физическое воздействие эффективней магии.

Мне давно нужно было убираться домой, но я не мог себя заставить, чего-то ждал. Может быть, проявления интереса с ее стороны. Но его трудно разглядеть, если девушка ощетинилась, как еж.

Внезапно я понял, почему она такая колючая, и тихо произнес:

— Должно быть, это очень нелегко — быть чародейкой и видеть, как люди, находящиеся под твоей защитой, сходят от тебя с ума.

— Ты даже представить себе не можешь, — нервно усмехнулась она. — Я научилась ставить барьеры раньше, чем ходить. Но до сих пор не могу привыкнуть к тому, что люди рядом со мной превращаются в идиотов.

— Надеюсь, что я не такой.

Мне удалось прочитать в ее мыслях мимолетное воспоминание о неудачном романе в Лондоне — Защитники очень эмоциональны. Влюбиться в глупца, который мечтал лишь о твоем геле, но совершенно не интересовался тем, о чем ты думаешь и чем занимаешься, — конечно, это надолго вывело Мэгги из душевного равновесия. Поэтому она и согласилась переехать в Нью-Йорк.

— Оуэнсы — однолюбы, — продолжил я. — Как только ты пошла, я все для себя решил. Даже если ты ничего похожего не почувствовала, я в лепешку разобьюсь, но докажу, что это серьезно. Розы, метание консервов, шахматы на скамье в парке — все, что пожелаешь.

— Откуда ты узнал про шахматы? — Она удивленно обернулась. — Хотя да, ты же Защитник. И довольно сильный, между прочим.

— Целителю всегда найдется работа, и в этом я действительно силен. — Я отключил свой барьер, чтобы она могла убедиться в искренности моих чувств. — Посмотри сама.

Я почувствовал легкое, нерешительное прикосновение к краешку моего энергетического поля. Затем, когда я расслабился, контакт стал плотнее. Я почувствовал себя котенком, которому гладят шерстку.

— Моя мать говорила: это огромное счастье — встретить человека, для которого ты выглядишь прекрасно даже по утрам, даже с нечесаными волосами и полузакрытыми глазами, — задумчиво проговорила она.

— Я бы очень хотел проверить это. — Я взглянул в ее золотистые глаза и понял, что тону в них. — Но сам-то я уже знаю ответ. Ты будешь прекрасна даже тогда. Как и сейчас.

Она снова удивилась:

— Я же постаралась снизить свою привлекательность почти до пуля. Ты вообще не должен чувствовать моих чар.

— Ты все равно самая привлекательная женщина в Нью-Йорке, а здесь серьезная конкуренция, можешь мне поверить. — Я стоил не шевелясь, а ее энергия проникала в меня все глубже и глубже. Это было не менее эротично, чем если бы она сбросила с себя одежду. Мысленно потянувшись к ней, я добавил:

— И дело не только в твоей внешности. А еще и в твоем уме, и в той смелости, с которой ты остановила грабителей. Это было… восхитительно. Достойно самых великих твоих предков.

— Вы и впрямь знаете, как очаровывать женщин, доктор Оуэне, — ослепительно улыбнулась Мэгги.

Лицо девушки покрылось легким румянцем. Свой барьер она тоже сняла. Ее теплота и чувственность захлестнули меня, хотя мы даже не касались друг друга. Она наконец перестала сдерживать свою чародейскую силу. Вся комната наполнилась золотистыми искорками наших энергий, которые кружились и переплетались между собой в замысловатом танце. Мне казалось, что я уже попал на небеса.

— Еще не доктор, но скоро им стану. — Ее открытость вызвала у меня такое облегчение, что закружилась голова. Наверное, в этот момент я сам сверкал и искрился, как бенгальский огонь. — У меня практически нет недостатков. Я люблю детей и животных и обычно тщательно слежу за собой.

— Ты замечательно выглядишь даже сейчас, в этом ужасном костюме. — Она вдруг нахмурилась, прочитав в моей голове то, о чем я уже и думать забыл. — Господи, да у тебя же через несколько часов экзамен! Сначала нужно разобраться с ним, а потом уже рассуждать о любви и верности.

— Да, ты права. — Я не стал спорить. — Я могу пригласить тебя пообедать со мной завтра, после того как сдам экзамен, приму душ и посплю хотя бы несколько часов?

— У меня есть идея получше. — Она приблизилась скользящей походкой и положила руки мне на плечи. Загорелые, обжигающие, волнующие руки. — У тебя очень красивая линия плеч, — прошептала она, проводя ладонями по моей спине.

— Я считал себя неплохим целителем, — внезапно осипшим голосом заметил я. — Но ты способна воскресить даже мертвого.

Мэгги рассмеялась, довольная моим незатейливым комплиментом.

— Сейчас ты отправишься в ванную и примешь душ, пока я пытаюсь затолкать в стиральную машину твои лохмотья. — Она поцеловала меня в щеку. — Потом мы вместе ляжем спать. — Поцелуй в другую щеку. — Только спать, и ничего больше. Но при этом мы будем обмениваться энергией, так что ты быстро восстановишь силы и сдашь свою фармакологию без всяких проблем.

Мои пальцы скользнули по ее сверкающим волосам.

— Да, моя госпожа. Все, что вы пожелаете.

— А после экзаменов ты вернешься сюда и выйдешь обратно не раньше, чем через неделю.

Ее губы коснулись моих, и мы будто соединились во что-то сказочно прекрасное. Наверное, именно это Защитники древних времен называли «алхимической свадьбой»: соединение двух душ, отныне и навсегда, пока смерть не разлучит. А потом: «Они жили долго и счастливо и умерли в один день».

Я обнял ее, такую стройную и соблазнительную, и понял, что не смогу уже отпустить.

— Ты уверена, что мы будем просто спать? — вздохнул я. — Существуют и другие способы обмена энергией.

Она загадочно улыбнулась и выскользнула из моих объятий.

— Хочешь поиграть в доктора? Посмотрим, Чарли, посмотрим…

Я поймал ее руку и поцеловал. Она так восхитительно покраснела, что я даже не расстроился, когда она нежно подтолкнула меня по направлению к ванной. Там я снял с себя все, за исключением счастливой улыбки, способной осветить весь Манхэттен.

И кто сказал, что во вторник ночью не случается ничего интересного?

ИВ СИЛВЕР

Синяя троица

Пролог

В десяти милях к северу от форта Ванкувер,

Орегон, 1834