Сверхъестественная любовь - Телеп Триша - Страница 46

Надо отдать ему должное, он еще был в состоянии что-то соображать. Хотя мне и не понравилось направление его мыслей.

— Раджив не умрёт, — быстро возразил я. — Он выкарабкается, потому что я успел оказать ему помощь. Вы правильно поступили, когда разрешили это сделать, и поступите еще правильнее, если сдадитесь полиции. Вы, конечно, получите небольшой срок, но у вас впереди долгая жизнь.

Татуированный хмуро взглянул на неподвижно лежащего Раджива.

— Зря ты его шлепнул, Шарк. Как думаешь, копы согласятся на переговоры, если мы возьмем заложников? Может, эти двое помогут нам унести ноги.

После сеанса энерготерапии у меня кружилась голова и совсем не осталось сил, но я все-таки попытался возразить против этой идеи.

— Переговоры затянутся надолго, а Радживу может стать хуже, — предупредил я. — Его мать — федеральный судья. Если парень умрет, полиция будет повсюду охотиться за вами, пока не схватит и не посадит на электрический стул.

— Этот ублюдок пудрит нам мозги, — истерически завопил Шарк. — Надо его тоже замочить!

Он уже наставил на меня пистолет, когда послышался мягкий, успокаивающий голос Мэгги МакРи:

— Чарли говорит правду. С продавцом все будет хорошо. С вами тоже.

Она не спеша поднялась, выпрямилась. Без блейзера ее фигура выглядела еще более гибкой и грациозной. Распущенные волосы сверкающим золотисто-каштановым каскадом спадали на плечи. Клянусь, я никогда не встречал такой волнующе привлекательной женщины, как Мэгги МакРи.

Грабители уставились на нее. Мэтти бесстрашно подошла к Бородатому, стоявшему ближе всех.

— Дурачок, ты ведь никогда раньше ничего подобного не делал, — произнесла она с видом рассерженной воспитательницы. — И не хочешь разбить сердце своей старой доброй бабушки, которая так о тебе заботилась?

Громила громко засопел и опустил пистолет. Она улыбнулась и положила руку ему на плечо. Оружие выскользнуло из его ослабевших пальцев и упало на пол. Вид у парня был ошеломленный и покорный, словно у быка на скотобойне.

Мэгги все с той же обворожительной улыбкой повернулась к татуированному коротышке:

— Рокко, разве ты забыл, что твоя девушка ждет ребенка? Как ты вообще ввязался в это дело?

Коротышка, казалось, готов был разрыдаться. Дуло его пистолета тоже уставилось в пол. Мэгги погладила его по щеке, и он с блаженной улыбкой разжал пальцы и выпустил оружие.

Она повернулась к Шарку. Тот попятился, судорожно сжимая пистолет трясущимися руками и пытаясь направить ствол прямо ей в сердце.

— Не подходи ко мне, ведьма!

Заклинание, так хорошо сработавшее с двумя другими бандитами, на него не подействовало. И мне пришлось срочно выходить из транса.

— Мэгги, ложись!

Когда-то меня считали лучшим подающим в школьной бейсбольной команде. Так что банка с консервированным супом, которую я метнул в Шарка, угодила ему прямо в горло. Он сдавленно охнул и согнулся пополам. Вслед за первой банкой полетела вторая, потяжелее, с горохом, и приложила парня и висок. Падая, он машинально нажал на спусковой крючок. Однако Мэгги уже растянулась на полу, и пуля просвистела над ее головой.

Я быстро выхватил пистолет из руки потерявшего сознание Шарка. Мэгги тем временем подобрала два других ствола.

— Все в порядке, офицер! — крикнул я за дверь. — Грабители сдаются и уже отдали нам свое оружие. Мы покупатели, случайно оказавшиеся в магазине. Вызовите, пожалуйста, «скорую». Продавец тяжело ранен.

— Держите руки поднятыми, — строго приказал полицейский.

Было бы неприятно, если бы копы вошли и увидели у нас в руках оружие. Так что я положил пистолет Шарка на стеллаж с консервами, потом прибавил к нему те два, что были у Мэгги, и только после этого отозвался:

— Хорошо, заходите.

Двое грабителей продолжали стоять истуканами. Полицейские ворвались в магазин, пригнувшись и держа оружие наготове, но увидели, что опасности нет, и расслабились, не забыв, однако, надеть на парней наручники. Вероятно, я выглядел достаточно безобидно, и они не приняли меня впопыхах за плохого парня.

Вскоре подъехала «скорая», и в закусочной стало полно народу. Один из врачей, проверив у Раджива пульс и давление, удивленно присвистнул:

— Этот парень в рубашке родился. Он потерял много крови, но, похоже, пули не задели жизненно важные органы.

Разумеется, ему и в голову не пришло, что пациент остался в живых только благодаря магии.

— Я сделал все, что мог, чтобы ослабить кровотечение, — объяснил я. — Мы оба учимся в медицинском колледже, студенты четвертого курса. А у него и отец хирург. Пожалуйста, позаботьтесь о моем друге.

Врач кивнул с несколько растерянным видом.

— Черт знает, как вам это удалось, но вы сделали правильно, коллега.

Что ж, мелочь, а приятно!

Радживу сделали укол и положили его на каталку. Он был в сознании и даже попытался усмехнуться:

— Проследи, чтобы мои предки не сходили с ума от горя, Чарли.

Пришлось похлопать его по руке:

— Я скажу им, что с тобой все будет в порядке.

Его бабка с дедом, вероятно, сразу помчатся в госпиталь. А родители — судья и хирург — прилетят из Далласа первым же рейсом. И слава богу, что у меня есть чем их обнадежить!

Когда Шарка, едва ли сознающего, что происходит вокруг, подняли на ноги, женщина-полицейский попросила нас с Мэгги:

— Подождите где-нибудь в сторонке, пока мы выводим преступников и пострадавшего. Вам придется еще дать показания.

Мы без возражений направились к дальней стене закусочной. Мэгги выглядела такой же обессиленной, как и я.

— Может быть, кофе? — предложил я.

— Так вы ко всему прочему еще и бармен? — устало улыбнулась она.

— Нет, просто иногда помогал Радживу, когда у него было много работы.

Я заварил две чашки своего любимого мокко латте с густым слоем сливок и шоколадного сиропа, хотя после всех событий этой ночи тонизирующее нам, пожалуй, не требовалось.

Мэгги взяла чашку, сделала глоток и медленно опустилась на пол, прислонившись спиной к шкафу.

— А вы держали себя молодцом, доктор Оуэне.

— Чарли, — поправил я, подлил в свою чашку сливок до краев и пристроился рядом, всего в нескольких сантиметрах от девушки. И хотя вокруг по-прежнему шумели и суетились — теперь еще и телерепортеры из службы новостей, — мы, кажется, выбрали подходящее местечко, чтобы спокойно поговорить.

Я стащил с прилавка несколько клюквенных лепешек и протянул одну девушке. Лепешки — это как раз то, что нам сейчас требовалось. Мэгги попыталась сохранить за едой хорошие манеры, но безуспешно. На два счета уничтожив свою порцию, она сказала:

— Напомни мне, чтобы я никогда больше не ходила в магазин в два часа ночи.

— Хорошо, — ответил я, разломив лепешку пополам и отправив одну половину в рот. — Но как тебе удалось приручить этих громил? Это было просто поразительно. Какие-то особенные заклинания?

Она удивленно посмотрела на меня. Красивые, длинные ресницы и золотисто-медовые глаза.

— Неужели ты до сих пор не понял?

— Так ты чародейка! — догадался я. — Вот я тугодум!

Чародейство — очень редкая разновидность магии, и владеют ею исключительно женщины. Создаваемые ими чары настолько мощны, что позволяют управлять сознанием мужчин. Механизм воздействия сейчас тщательно изучается и, по всей видимости, имеет много общего с феромонами. Чародейки способны быстро перебрасывать чары с одного объекта на другой, менять их интенсивность и направление. Мэгги МакРи, если бы только захотела, смогла бы командовать одновременно всеми мужчинами Манхэттена или Квинса.

Она еще удивленнее вскинула брови:

— Я думала, что ты сразу определил. Я ведь в Нью-Йорке недавно, и моя защита немного ослабла из-за разницы во времени.

Я задумался, вспоминая, а потом покачал головой:

— Нет, барьер работал исправно. Если бы ты излучала свои флюиды, я бы потерял сознание, как только увидел тебя.

— Ты хочешь сказать, что я привлекла твое внимание и без чар? — спросила Мэгги, уже не с такой жадностью поедая вторую лепешку. Теперь, когда ее губы находились настолько близко, еще труднее было удержаться от поцелуя.