Леди в алом - Маккол Мэри Рид - Страница 11

Фиона глубоко вздохнула. Погруженная в свои мысли, она сидела у очага, обхватив руками колени и слушая, как потрескивает огонь. Она понимала, что рано или поздно ей придется встретиться с человеком, лишившим ее невинности и развратившим. Это непременно произойдет, если она согласится и дальше помогать Брэдану. А ведь она так надеялась больше никогда не видеть ненавистного Дрейвена.

Ситуация, в которую попала Фиона, была сложной и запутанной. Когда они окажутся в шайке Уилла, обитающей в соседних лесах, ей придется убедить Брэдана умолчать об истинных целях, приведших их в Олтон. Если Уилл узнает об их намерениях, он придет в ярость и не отпустит в бордель, понимая, какой опасности она подвергает свою жизнь. Его бесполезно будет убеждать, что она хочет спасти невинную девушку от той страшной и позорной участи, которая постигла ее саму одиннадцать лет назад. Не поймет он и желания Фионы отомстить за все содеянное Дрейвену. А это чудовище должно заплатить за все свои злодеяния. Фиона только сейчас начала осознавать, что в глубине души давно мечтает расквитаться с ним. Да, она должна воспользоваться представившимся ей шансом и воздать Дрейвену по заслугам.

Теперь Фиона уже не думала о том, чтобы убежать от Брэдана, пока тот находится в беспомощном состоянии. Она приняла решение помочь ему, хотя и не была уверена, что он действительно такой благородный человек, каким хочет казаться. То, что врагом Брэдана является Дрейвен, было главным доводом для Фионы.

Запрокинув голову, она закрыла глаза, чувствуя неимоверную усталость. Но прежде чем забыться тревожным сном, она снова вспомнила о Брэдане, и его образ возник перед ее мысленным взором. Его необыкновенные глаза в упор смотрели на нее, в ушах звучал его хрипловатый голос. И он молил ее о помощи…

Да, положение, в которое попала Фиона по вине Брэдана де Кантера, не из легких. Она понимала, что ей понадобится вся ее хитрость и изворотливость, чтобы с честью выйти из него.

Брэдан пытался поднять веки, но они словно налились свинцом. Когда ему все же удалось открыть глаза, он застонал от резкой боли. Свет показался ему нестерпимым. Брэдан машинально прикрыл глаза рукой и тут же почувствовал, что она туго перебинтована у запястья. Нахмурившись, он оглядел руку и увидел еще одну повязку, наложенную чуть выше локтя. О Боже, что это? Брэдан застонал и попытался сесть в кровати. Окинув взглядом свое тело, он увидел, что все раны, нанесенные ему по приказу дяди во время пыток в Чепстоне, перебинтованы. Фиона сделала это так осторожно, что он даже ничего не почувствовал…

И только тут до сознания Брэдана дошло, что он лежит совершенно голый. Фиона раздела его! Брэдан снова попытался приподняться, и его тело пронзила острая боль. Он постарался припомнить события последних дней.

Итак, он нашел Леди в алом и привез в Олтон. Они вместе стояли посреди пивного зала трактира, где его спутница пыталась навести справки о местонахождении лагеря шайки, в состав которой она когда-то входила. А потом…

— О, я вижу, вы проснулись, — раздался рядом женский голос.

Брэдан потер глаза и увидел Фиону. Она появилась на пороге комнаты с подносом в руках, на котором стояли кувшин, тарелка с краюхой хлеба и миска с горячей едой, распространявшей аппетитный запах.

— Сколько времени я уже лежу здесь? — спросил Брэдан.

— Четвертый день.

Фиона подошла к кровати и, поставив поднос на маленький столик, начала с деловитым видом осматривать повязки на ранах Брэдана. Тот смутился, вспомнив, что сидит, едва прикрытый простыней, перед женщиной, которую почти знает. Он нетерпеливо заерзал на кровати.

Фиона, казалось, не замечала его смущения и невозмутимо делала свое дело. Нахмурившись, Брэдан стал поправлять простыню. Удивленная и даже раздраженная его стеснительностью, Фиона выпрямилась и отступила на шаг. Покачав головой, она с упреком посмотрела на него.

Чувствуя себя победителем в этом небольшом поединке, Брэдан с удовлетворенным видом откинулся на подушки. Он все еще чувствовал сильную слабость. Ему было неприятно сознавать, что Фиона видела его нагим. Скорее всего это она раздела его. Впрочем, Фиона была куртизанкой. Она видела голыми не одну сотню мужчин.

«Но не тебя», — возражал ему внутренний голос. Лицо Брэдана залила краска стыда.

— Вы, наверное, голодны, — проговорила Фиона, отводя глаза в сторону. — Если хотите, я помогу вам поесть.

— Нет, спасибо, не надо, — слишком поспешно ответил Брэдан и опять смутился. Помолчав, он добавил, чтобы сгладить неловкость: — Я поем позже, оставьте поднос на столике.

— Ну и глупо, — с упреком сказала Фиона и села на табурет у кровати больного.

Однако Брэдан твердо решил отстоять свою мужскую независимость. Он в упор посмотрел на Фиону, стараясь смутить ее своим пристальным взглядом и заставить подчиниться его воле. Однако Фионе не была знакома робость. В ее золотисто-карих глазах зажглись озорные искорки, на чувственных губах появилась насмешливая улыбка. Такую женщину трудно было вогнать в краску.

— Тушеное мясо надо есть горячим, — сказала она, приподняв бровь. — Не забывайте, что вам нужно восстановить свои силы как можно быстрее. Нам предстоит встреча с Уиллом завтра в полдень. Я уже договорилась о ней.

— Вы нашли своего бывшего приятеля? — заинтересовался Брэдан и машинально съел немного тушеного мяса с ложки, которую Фиона поднесла к его губам.

— Да, — кивнула она, — мне удалось передать Уиллу записку, и он ответил на нее. Его лагерь находится в часе езды отсюда.

Машинально пережевывая и глотая мясо с овощами, Брэдан внимательно слушал Фиону. Однако когда она замолчала, он с негодованием оттолкнул ее руку с ложкой, сообщив, что в состоянии поесть самостоятельно.

На губах Фионы опять заиграла улыбка. Передав ему ложку, она стала наблюдать за тем, как он ест. Она была довольна, что Брэдан самостоятельно справляется с этой задачей. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только стуком ложки о дно миски и щебетом птиц за окном.

Через некоторое время Фиона встала, вспомнив, что у нее есть неотложные дела. Она убрала комнату, а потом сложила горшочки с мазями и мешочки с сушеными целебными травами в большую кожаную сумку. Закрыв ее, Фиона помыла в тазике с водой ступку и пестик.

Доедая тушеное мясо с овощами, Брэдан внимательно наблюдал за ней. Он заметил, что Фиона ведет себя в его присутствии естественно и спокойно. Должно быть, за эти дни она привыкла к нему. Впрочем, этому могло быть и другое объяснение. Брэдана вдруг охватило беспокойство. А что, если за то время, пока он лежал без сознания, Фиона разработала коварный план побега? Честно говоря, Брэдан не очень-то верил в это. Тот факт, что она не сделала никакой попытки бросить его или передать властям, воспользовавшись его беспомощностью, говорил сам за себя. Более того, Фиона заботливо ухаживала за ним, лечила раны разными зельями и снадобьями, стараясь быстрее поставить его на ноги. Брэдан смутно помнил, что во время болезни пил какие-то горькие отвары и настои.

А это значило, что именно благодаря Фионе он так быстро пошел на поправку. Она не только спрятала больного в этой комнате от властей, но и выходила его.

Эта мысль поразила Брэдана. Он всегда считал, что женщины, подобные Леди в алом, эгоистичны и корыстны. Они заняты только собой и не способны прийти на помощь ближнему в трудную минуту. Наблюдая за Фионой, Брэдан все больше удивлялся. Эта женщина оставалась для него загадкой. Она заставила его пересмотреть некоторые взгляды на жизнь.

Покончив с едой, Брэдан повернул голову и взглянул на Фиону, убиравшую золу и пепел из очага. На ней было простое домашнее платье, совсем не похожее на тот алый наряд, в котором несколько дней назад она предстала перед посетителями трактира. Однако и это платье было скроено по фигуре и очень шло ей. Оно отличалось от тех черных бесформенных балахонов, которые Фиона носила в Лондоне, в своей швейной мастерской.

Брэдану было ясно, что красота Фионы не зависела от того, была ли ее одежда сшита из холщовой ткани или из шелка. Ее внешность могла поразить воображение и соблазнить мужчину любого возраста и положения. Изюминка Фионы состояла в контрасте ее ангельского лица и пышных форм. У Брэдана перехватило дыхание, когда он увидел, как она, наклонившись, выметает золу из очага. Очертания ее бедер были очень соблазнительны. Долетавший до него тонкий аромат ванили волновал. Сердце Брэдана учащенно забилось, по телу пробежала дрожь.