Падший ангел - Маккини Миган - Страница 60

— Я вас ненавижу, Айван, вы слышите?! — крикнула Лиза.

— Слышу, слышу. Но, насколько я помню, когда я нашел вас в той гостинице, вы испытывали ко мне другие чувства,

Лиза застонала. Схватив со столика первый попавшийся, предмет — фарфоровую фигурку кошки, она швырнула ее в Айвана, но он увернулся, и статуэтка разбилась, ударившись о дверь.

— Сейчас я пошлю за миссис Манере, — холодно продолжал маркиз. — Надеюсь, в ее присутствии вы будете вести себя прилично.

Вскоре после его ухода действительно появилась миссис Майерс.

— О, наконец-то вы пришли в себя! Вы так напугали нас всех! — воскликнула она.

Несмотря на свое скверное настроение, Лиза даже улыбнулась:

— Рада с вами увидеться снова, миссис Майерс! Но я не думала, что вы в Лондоне.

— Милая, маркиз вызвал меня сюда, как только нашел вас. Когда же я приехала, у него был такой хмурый вид, как никогда, хотя он всегда хмурый! — Миссис Майерс захихикала.

Лиза с трудом могла поверить, чтобы маркиз действительно печалился о ней, особенно после всего, что произошло между ними. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, она стала следить за тем, как миссис Майерс готовила для нее банные принадлежности. Из большого шкафа домоправительница достала несколько льняных полотенец и туалетное мыло с запахом лилий. Потом она направилась в дальний угол огромной спальни и из-за ширмы вытащила небольшую фарфоровую ванну. Минут через пять явились несколько служанок и наполнили ванну горячей водой из чайников. Когда они удалились, домоправительница разбавила кипяток холодной водой, и ванна была готова.

Откинув одеяло, Лиза попыталась встать, но чуть не упала.

Миссис Майерс обняла ее за талию.

— Что вы, дитя мое! — воскликнула она. — Вы очень ослабли, и нельзя ожидать, чтобы сразу после болезни начали бегать.

Она подвела Лизу к ванне, помогла ей снять прозрачную рубашку и сесть в ванну. После этого миссис Майерс поменяла постельное белье.

Покончив с этим занятием, домоправительница села на скамью и, поглядев на Лизу, сидевшую в ванне, спросила:

— О чем вы думаете, дорогая моя? Или, может быть, лучше спросить, о ком вы думаете?

Лиза опустила глаза. Она хотела сосредоточиться на своем занятии, но это трудно было сделать.

— Да вот, думаю, куда мне идти, — ответила девушка. — Я хочу сказать, что находиться здесь мне нельзя. И так я уже провела в этом доме три дня, что совершенно против правил.

— Вы слишком еще слабы, чтобы куда-то уходить. Кроме того, скоро должны вернуться с континента ваша сестра и мистер Холланд. Они о вас позаботятся.

— Но ведь мне же нельзя здесь оставаться, это неприлично.

Миссис Майерс покачала головой:

— Вы ведь, наверное, уже заметили, что лорд Пауэрскорт не так воспитан, чтобы соблюдать приличия.

— Но я воспитана по-другому, миссис Майерс. А, кроме того, пусть Айван и не так воспитан, разве этого нельзя изменить?

— Вы не должны терять надежды. — Домоправительница вдруг загадочно улыбнулась. — Я ведь не теряю. — С этими словами она протянула Лизе чистое полотенце.

Через четыре дня Лиза спросила, глядя, как миссис Майерс раскладывает ее одежду:

— Лорда Пауэрскорта опять нет дома?

Домоправительница кивнула, и у Лизы испортилось настроение. Она не видела Айвана с того утра, когда они поссорились. С тех пор она не покидала своей спальни, а он не приходил к ней.

Миссис Майерс была явно довольна, заметив разочарование Лизы. Она сказала:

— Думаю, что маркиз вернется только около полуночи, как в последние дни.

— Чем же он занимается все это время? — спросила Лиза, как можно равнодушнее.

— О боже! Да ведь это вовсе не мое дело, — воскликнула домоправительница, и Лиза почувствовала себя немного пристыженной. Но потом миссис Майерс с лукавой улыбкой добавила: — Но я думаю, что он занимается тем же, чем большинство мужчин его круга.

Лизе не хотелось проявлять заинтересованность, но она невольно переспросила:

— Большинство мужчин?

Домоправительница искоса посмотрела на Лизу.

Потом она подумала немного, как будто эти занятия были слишком многочисленными, чтобы вспомнить их сразу, и добавила:

— Ну, обычно он посещает Клуб реформаторов, потом ужинает в Кларидже, потом едет в какой-нибудь театр или играть в карты. Вот чем он бывает обычно занят.

— Понятно, — произнесла Лиза. — Должно быть, все это очень утомительно, если приходится заниматься этим одному.

— Одному? — Миссис Майерс засмеялась. — Бидлс едва успевает отвечать на все приглашения, которые приходят в этот дом.

Кислый вид Лизы, казалось, забавлял домоправительницу.

— Ну что же, милая, — сказала она, — пора вставать. Почему бы вам не примерить вот это?

Она держала в руках красивое голубое платье с кружевным воротником, простое и элегантное, которое, однако, не очень соответствовало Лизиному настроению. Его, как и другие наряды, прислали в то утро из мастерской с Бонд-стрит. Лизе не хотелось принимать их, но выбора не было: почти все ее вещи остались на постоялом дворе. Между тем ей хотелось по скорее покинуть эту надоевшую комнату.

— О, можно надеть любое, миссис Майерс, — произнесла она бесцветным голосом. — Они все хорошие.

— У вас такой вид, — заметила домоправительница, — как будто я предлагаю вам траурное платье. Разве эти наряды вас не радуют?

— Что вы, они просто замечательные. Со стороны маркиза было очень любезно прислать мне их. Прошу вас передать ему это.

— Вот встанете с постели, дорогая, и тогда сможете сами ему все это сказать, — отозвалась миссис Майерс.

Когда Лиза встала, миссис Майерс начала помогать ей одеваться.

— Ну, вы просто прелесть, — воскликнула она, когда все было закончено. — Теперь пойдемте в чайную комнату, и я напою вас чаем.

Пока они шли по лестнице и коридорам, Лиза не могла не подивиться роскоши этого особняка. Зал при входе был вдвое больше, чем их домик в Фиалковой Лужайке, и в этом зале был великолепный пол из черно-белого мрамора. Пламя пылало в огромном камине с резными украшениями. В чайной комнате был большой закрытый балкон, окна которого выходили в сад. Выдался ясный зимний день, и комната была за лита солнечным светом.

. — Ну вот, посидите здесь, дорогая, а я скоро вернусь. Пусть солнышко придаст вам настроения. — Предложив Лизе кресло, миссис Майерс ушла.

Вдруг Лиза услышала голос. Кто-то, обращаясь к Бидлсу, делал ему выговор за какую-то оплошность. Подняв глаза, она с удивлением увидела, что в дверях стоит Айван.

— А, так вы встали, — воскликнул он. Едва кивнув ему, она сухо ответила:

— А я думала, вас нет дома,

— Я вернулся, чтобы переодеться в вечерний костюм.

— Ну, при вашем лихорадочном образе жизни, должно быть, необходимо часто переодеваться, — заметила Лиза, вспомнив разговор с миссис Майерс.

— У вас есть какие-то предложения? Мои планы могут измениться, — ответил он, усмехнувшись, прежде чем сесть в кресло рядом с нею. Он оценивающе посмотрел на Лизу, и взгляд его задержался на ее груди, обтянутой бархатом. — Вы прекрасно выглядите в новом платье, алаинн, — произнес он. — Надеюсь, и остальные подойдут вам так же.

— Вы поступили очень щедро, ссудив мне эти на ряды, — произнесла она с холодной вежливостью.

— Я не ссудил их вам. Теперь, когда вы чувствуете себя лучше, я собираюсь прислать вам еще.

В волнении Лиза встала, вышла на балкон и остановилась у окна, глядя на сад, раскинувшийся внизу.

— Что еще случилось, Лиза? — спросил Айван.

— Я не могу принять от вас новые наряды, — ответила она. — Это привилегия вашей жены… или любовницы. Я ни то, и ни другое.

Она хотела уйти, но он схватил ее за руку и хотел было что-то сказать, но тут они услышали гул голосов, доносившихся из зала, а потом в комнате появилась Антония Ковел, сопровождаемая целым отрядом слуг.

Антония, ловко отстранив Айвана, принялась обнимать Лизу, приговаривая:

— Лиза, дорогая! Я так рада, что вы выздоровели!