Как прелестна роза - Маккини Миган - Страница 80

Дидье в упор смотрел на Кристал, и, как ни странно, с участливостью во взгляде. Так мужчина смотрит на свою возлюбленную. Но эта участливость имела кровавую окраску. Участливое понимание убийцы по отношению к жертве.

— Чудовищем быть нелегко, Кристал, — прошептал он.

Девушка промолчала. Она стояла неподвижно и своими серьезными голубыми глазами тщетно выискивала в лице дяди хотя бы тусклую искорку сострадания.

— Я — чудовище, которое Бог в наказание наделил разумом. Я. прекрасно понимаю, что делаю и с какой целью. И поэтому по ночам меня терзают дикие кошмары. Ты даже представить не можешь, как я мучаюсь. Ни одной из своих жертв я не пожелал бы такого. — Он посмотрел девушке в глаза. — Сначала я убил твоего отца. Он спал. Я' размозжил ему голову тяжелым медным подсвечником, и он заснул вечным сном. А вот образ твоей матери до сих пор преследует меня. Она была такая красивая. Такая добрая, милая. Убив ее, я понял, что я — чудовище. Она пробудилась и стала драться со мной. Умоляла не убивать ее…

— Не надо… о Боже… замолчите… — прервала Дидье Кристал, не в силах больше слушать его исповедь. Ее душили боль и гнев, сгустком желчи, застрявшие в горле.

— Не будь, как она, Кристал, — прошептал Дидье, притягивая к себе девушку. В нос ей ударил тошнотворный запах лайма. — Не проси пощады. Позволь мне быстро убить тебя. До конца оставайся такой же храброй, непорочной, дерзкой, как сейчас…

Кристал вдруг вырвалась от него и кинулась к выходу. Распахнув дверь, она пронзительно закричала, но Дидье рывком затащил ее обратно в вагон. Он захлопнул дверь, и прерию вновь окутала тишина, нарушаемая только чуждыми природе звуками «пых-пых, чу-чу» катящегося по рельсам поезда.

Глава 28

— Что это за шум? — Кейн поднял голову от карт и стал внимательно всматриваться в противоположный конец вагона.

— Ерунда, колеса взвизгнули, — поспешно отозвался Роуллинз. — Давай, Кейн, торгуйся, ты впереди. Мне нельзя проигрывать.

— Смотрите, ее нет. — Эти три слова прозвучали так, будто их произнес актер шекспировского театра, а не блюститель правопорядка, констатирующий неприятный факт.

Все пятеро мужчин неохотно оторвались от игры и повернули головы в ту сторону, где совсем недавно сидела их пленница.

— Так-так. Действительно исчезла. — Роуллинз окинул взглядом своих помощников.

— Конечно, только мы отвернулись, а ее уж и след простыл. Как же мы так опростоволосились? — прогудел один из солдат.

Кейн поднялся со скамьи и пробороздил пальцами волосы, как бы досадуя на неважные актерские способности своих коллег.

— Пойду проверю, что это был за шум.

— Э… подожди, Кейн. — Роуллинз подскочил к; нему и зашептал: — Пусть мои люди этим займутся. Тогда никто не скажет, что ты помог ей бежать.

Кейн смотрел на дверь, ведущую в багажное отделение. .

— А Гласси где? Сошел в Аббевилле? Он вроде бы говорил, что едет в Нью-Джерси.

— Может, вернулся в свой вагон…

— Нет. — Кейн направился в конец вагона; револьверы в кобурах раскачивались в такт толчкам несущегося поезда. — Вперед он не проходил. Если он покинул вагон, то только здесь. — Кейн ткнул в дубовую панель задней двери.

Роуллинз, проследив за его движением, озабоченно нахмурил лоб.

— Думаешь, что-то случилось? Поделись своими подозрениями.

— Точно сказать не могу… но что-то тут не так. Пусть проводник остановит поезд. Пойду проверю багажное отделение.

Роуллинз кивнул.

Кейн открыл дверь, ведущую на узенькую площадку.

— Как ты хочешь умереть?

— На этот раз вы не уйдете от наказания… меня найдут… поймут, что меня убили… — Цепенея от ужаса, Кристал попятилась от Дидье, изящно державшего в руке красивый испанский кинжал.

— Если я просто столкну тебя с поезда, ты при падении свернешь шею и умрешь быстро, без мучений. Но с другой стороны, — трезво рассуждал он, — может случиться и так, что ты всего лишь сломаешь руку или ногу и будешь беспомощно лежать в тающем снегу, постепенно коченея от холода и промозглого ветра. Ты будешь умирать медленно, несколько долгих ужасных дней. Но я так и не узнаю, скончалась ты или нет. А вдруг кто-нибудь найдет тебя?

Девушка умоляюще вытянула вперед дрожащие руки.

— Но потом он найдет меня. Вы полагаете, Маколей поверит в худшее? Я хорошо его изучила. Даже перед лицом ужасных фактов, он в лепешку разобьется, чтобы опровергнуть их. Он обследует каждый дюйм железнодорожного полотна. И когда найдет мое тело, поймет, что меня убили вы.

— Значит, он не должен найти твое тело.

— Как?..

— К тому времени, когда Кейн спрыгнет у Биг-Кримлоу-Крик, ты уже будешь мертва, моя дорогая. Эта речушка впадает в Миссисипи, и быстрое течение стремительно отнесет труп от железной дороги. Ну а когда твое тело выловят, едва ли кто сумеет опознать тебя. — Дидье провел большим пальцем по лезвию кинжала и подушечкой надавил на отточенный край, демонстрируя, насколько он острый. На деревянный пол упала алая капля. — Иди сюда.

— Нет! — вскрикнула Кристал, пятясь от дяди. Она бросила взгляд на дверь. Дидье своей тучной фигурой блокировал проход в другие вагоны, но, если ей удастся распахнуть боковую дверь и выпрыгнуть, может быть, она и не погибнет при падении. Одно девушка знала точно: Дидье не прыгнет за ней с поезда; он слишком дрожит за свою шкуру.

Дидье направился к ней; в полосах солнечного света, струящегося в вагон через дыры в крыше, зловеще поблескивал кинжал. Девушка подбежала к боковой двери и освободила защелку. Поезд мчался на большой скорости, и дверь распахнулась сама собой. Грохот колес оглушил Кристал. Тысячи тонн металла и дерева, приводимые в движение паром, летели вперед по рельсам. Прерия замелькала перед глазами разводами бело-золотистых мутных пятен.

— Зря сопротивляешься, Кристал. Прыгай, если хочешь. Но ведь если ты не разобьешься насмерть, я все равно доберусь до тебя. Будешь жить в постоянном страхе. И в один прекрасный день я настигну тебя. Рано или поздно ты умрешь. Лучше покорись мне теперь же — Дидье бросился на нее. Кристал пронзительно закричала. Острый клинок вот-вот пронзит ее сердце.

И вдруг кинжал упал на пол, а сам Дидье оказался в плену стальных рук ее возлюбленного.

— О Боже! — заплакала девушка; слезы ручьем текли по ее щекам. Кейн, просунув руку под подбородок Дидье, сдавил ему горло. Кинжал лежал у ног Кристал. Она подобрала его, на всякий случай.

— Болдуин Дидье? — сквозь стиснутые зубы требовательно поинтересовался Кейн.

— Отпустите меня, сэр! Эта женщина пыталась ограбить меня и убежать, воспользовавшись тем, что поезд чуть раньше тронулся из Аббевилла.

— Нет, — прошептала Кристал, покачав головой. Взглянув на Маколея, она поняла, что он поверил ей.

— В поезде находится пассажир, который может подтвердить, что вы — дядя этой девушки. Кристал уверяет, что вы повинны в убийстве супругов ван Ален, ее родителей.

— Нет! Неправда! — выдавил Дидье; Кейн по-прежнему железной хваткой сжимал ему горло. — У вас нет доказательств! И где тот пассажир, о котором вы говорите? Я не знаю никого в этом поезде, кто мог бы удостоверить мою личность!

— Значит, вы напали на Генри Гласси. На вас его одежда. Ничего, разберемся. Я прикажу полицейским обследовать местность в радиусе пятидесяти миль. Так что лучше сами во всем сознайтесь. Вашим похождениям пришел конец.

— Никогда! — Дидье сунул руку под жилет. Кейн Попытался выхватить у него оружие — короткоствольный крупнокалиберный пистолет, почти такой же маленький, как и пистолетик, из которого Кристал когда-то целилась в Маколея. Завязалась борьба. Сильный ветер, врывавшийся в распахнутую дверь, приглушал крики и кряхтение мужчин, стремившихся завладеть оружием. Кристал наблюдала за схваткой, затаив дыхание. Дидье удалось направить дуло в Кейна, но тот моментально сжал его запястье. Девушка услышала вопль, и пистолет брякнулся на пол.

— Вам меня не поймать, будьте уверены! — Кейн с грозным видом двинулся на Дидье. Тот отступил на несколько шагов, потом повернулся и скрылся за дверью, ведущей на площадку. Кейн кинулся за ним, но, открыв дверь, замер, будто его взору предстало нечто невероятное.