Удача игрока - МакКенна Джульет Энн - Страница 83

– Тейриол?

– Я убежал, – зарыдал юноша. – Я убежал. Я пытался их всех вернуть, заставить их вновь сплотиться, но когда засверкали молнии, когда я увидел, что Сейя ударило…

Горец вскрикнул от боли, и Эрескен заметил, что правая его рука бесполезно лежит на груди, обнаженные острия костей торчат из запястья, пальцы висят, бескровные и вялые, большой почти отрублен. Тейриол беспомощно баюкал руку, плача, как ребенок.

– Что случилось?

Эрескен яростно встряхнул его, но юноша лишь бессвязно лопотал от боли и горя. Эльетимм с силой поднял его за подбородок; у Тейриола расширились глаза от шока внезапного нападения.

Вот, значит, как все было, мрачно подумал Эрескен, когда сдирал воспоминания, не обращая внимания на боль, которую он причиняет. Маги ударили по людям Тейриола самым скверным колдовством, воины продолжали рубить оставшееся сопротивление. Горцы умерли, не в силах защититься против двойного нападения чар и клинка. Солурский маг произвел женщину из пустого воздуха, черноволосый бородач перекинул раненого мага через плечо, предатели древней крови заняли места по бокам, и все вместе убежали.

Эльетимм отпустил Тейриола, и юноша рухнул. Колдун быстро пошел вдоль дороги, проверяя каждое тело, даже неузнаваемые комья обугленной плоти. Несмотря на тяжелые раны, некоторые еще не умерли, а отчаянно цеплялись за жизнь. Эрескен безжалостно вдыхал в них малейшую искру жизни, какую только находил; хватит ран, чтобы объяснить смерть. Никто не заподозрит его руку в этой бойне, и большинство раненых все равно бы умерли, по крайней мере без срочной помощи.

Но пока он все еще нуждался в Тейриоле. Эрескен вернулся к плачущему юноше.

– Я должен вызвать помощь, – сказал он, делая вид, что запыхался. – Я должен вызвать Аритейн, чтобы привести Шелти и спасти тех, кто еще не умер.

– Еще не… – Тейриол поднял лицо, сквозь грязь и кровь на нем проглянула недоверчивая надежда.

Эрескен схватил волну страстного желания мальчика, видя в его уме образ Аритейн. Он вплел жалкое стремление к дому и исцелению в собственный, точно сфокусированный призыв, маскируя свое намерение пронзительным страданием Тейриола.

– Ты должна прийти, любовь моя. Приди ко мне. Нас предали, убили, зарезали. Ты должна прийти.

Эрескен оторвался от лихорадочных вопросов Аритейн, молящих объяснения и установки. Она обладает выдающимся для своего племени талантом, подумал эльетимм, но не чета любому из его клана. Однако у него мало времени.

– Что это там? – Открыв рот, Эрескен уставился на дорогу.

Тейриол повернул голову, и колдун вонзил кинжал стервы-убийцы в основание его черепа, поворачивая клинок. Юноша беспомощно задергался, в ужасе выкатил глаза и через мгновение затих.

Поджав губы, Эрескен отпустил рукоятку кинжала. Пусть останется в ране, чтобы кто-то другой его заметил, еще одна гирька на весах, требующая мести. Он быстро вскарабкался по склону холма к лощине, где на него напала та шлюха. Она заплатит собственной кровью за его кровь, хмуро пообещал колдун. Он пошарил среди хрустящих листьев и внимательно осмотрел найденный дротик. На нем все еще поблескивала мазь – радужная насмешка в лучах солнца. Вот и хорошо.

Эрескен вогнал острие в тыльную сторону руки и некрасиво упал на землю. Захватив головокружение наркотика, колдун вырастил его, запрещая инстинкту выгнать отраву из крови. Он услышал движение внизу, на дороге, но заставил себя лежать неподвижно. Может, это прохожие, не важно. Едва ли они успеют убрать тела до прибытия Аритейн, и никто не узнает правды из того, что он сам им расскажет.

Эльетимм расслабился в коварном очаровании яда, ум лениво парил вокруг надежно спрятанного ядра внутреннего осознания. Отчаянные мысли Аритейн пронеслись мимо, едва не пропустив его, прежде чем понимание обрушилось на нее вместе с ужасом. Словно находясь в полусознании, Эрескен открыл девушке поверхность своего разума, окрашивая зрелище трупов в своем мысленном взоре стыдом и болью Тейриола.

– Любимая… – Он вложил в это отчаянное слово всю неутоленную страсть, которую ощущал в Аритейн, вместе с памятью об их робких поцелуях, ее нервном удовольствии от его ласк, никогда не удовлетворяющих ее жгучего желания, чтобы она всегда жаждала большего.

Девушка подняла его голову и прижала к своей мягкой груди. Ее кровь галопом мчалась по венам, барабаня в его ухе, дыхание, быстрое и неровное, рвалось из груди, мысли метались в истерике. Эрескен осторожно защитил себя от этой умственной суматохи, но не сделал ничего, чтобы ее успокоить. Приоткрыв веки, он закатил глаза, после чего с видимым усилием остановил взгляд на ее лице.

– Что случилось? – Аритейн была белая как молоко, жилка пульсировала на виске.

– Мы начали переговоры и как раз обсуждали… – Эрескен закашлялся и попытался сесть, но снова рухнул, словно эта попытка была свыше его сил. – Маги… мы только хотели, чтобы они дали слово не вмешиваться в наши споры…

– Они напали на вас? Во время переговоров? – Аритейн теперь вся дрожала от потрясения и ярости, прижимая Эрескена к своему сердцу.

– Мы этого не ожидали. – Колдун позволил девушке ощутить его растерянность. – Даже если б они не согласились, мы не ожидали нападения.

– Что случилось…

Эльетимм почувствовал, что первое смятение оставляет ее ум. Аритейн удивлялась, почему его пощадили, когда с остальными так жестоко расправились. Эрескен сунул ей образ рыжеволосой шлюхи, и ему не пришлось притворяться, чтобы ошеломить девушку своим неверием, и возмущением, и воспоминанием об отравленных дротиках.

– Значит, она правда была шпионкой? – в ужасе вскричала Аритейн.

– Хуже того, она узнала меня. – Эрескен дал почувствовать девушке эхо ненависти той потаскухи. – Она была среди тех, кто пришел грабить дом моего отца по приказанию Верховного мага. Они похитили меня – я боялся за свою жизнь… – Эльетимм дал ей увидеть маленькую лодку, гонимую через океан на свечении фальшивой магии, он дал ей услышать кровожадные шутки насчет того, чтобы съесть пленника, если похитители оголодают в плавании. – Они снова пришли за мной! – Эрескен затопил ум Аритейн страхом возмездия, скрывая тот факт, что он страшится гнева отца. Этот ужас был достаточно реален, чтобы несколько слезинок легко выкатились из его глаз. – Я не смог им помочь, я слышал, как их убивают, но не мог им помочь. – Выхватывая из памяти образы мертвых и умирающих, он толкал в мозг Аритейн образ за образом, искаженные головокружительным обольщением наркотика. Девушка задохнулась и еще крепче сжала его.

Эрескен услышал на дороге голоса.

– Это Брин?

– И Сериз, – ответила Аритейн. – Лежи спокойно, дорогой мой.

– Нет. – Эльетимм вырвался из ее объятий. – Я должен помочь, я должен увидеть, что произошло.

Он встал, не забывая тяжело опираться на плечо девушки. После всех этих потрясений она готова принять любое руководство, осознал Эрескен. Хорошо. Теперь он должен постараться, чтобы и остальные из этих полуобученных, но подающих надежды Шелтий видели события так, как угодно ему. Пока Аритейн изо всех сил поддерживала его, эльетимм следил за Брином и Сериз, медленно переходившими от трупа к трупу. Дальше по дороге виднелась еще пара одетых в серое глупцов, чьи имена он не потрудился запомнить.

Сериз остановилась возле трупа Тейриола и прижала руки к лицу, заметив торчавший из его шеи кинжал.

– Вероломство! Убийство! Заколот, когда пытался бежать или просил пощады!

Ее мысли звучали так громко, словно были выкрикнуты вслух, лицо с безвольным подбородком казалось бескровным под копной золотистых кудрей.

– Мы встретились с магами для переговоров, – сообщил им Эрескен, запирая свой ум от их ищущих мыслей обманами горя и боли. – Мы умоляли их позволить горцам воздать за свои обиды, сразившись с жителями низин в честном бою. Казалось, маги вежливо слушают, и мы ослабили бдительность. Мы не хотели оскорбить их недоверием. А потом на нас напали. Эти нечестивцы в озлоблении повернули против нас саму природу. – Он надорвал покров памяти, позволяя Шелтиям заглянуть в тщательно отобранные им воспоминания.