Удача игрока - МакКенна Джульет Энн - Страница 60

– Нет, спасибо, – буркнул Шив.

Планир просиял улыбкой и вернулся на место с полным кубком густо-фиолетового вина.

– Признаться, я не ожидал, что мне придется растолковывать тебе все это, как какому-то ученику первогодку, неуверенно вызывающему пламя свечи, но я счастлив это сделать. – Он отмахнулся от невнятного протеста Шива и глотнул из украшенного алмазами кубка. – Почему Трайдек, первый Верховный маг, увез магов на этот уединенный остров? – притворно-назидательным тоном спросил Планир.

Шив раздул ноздри от досады.

– Какое…

– Почему? – повторил Верховный маг, пронзительно глядя из-под тонких бровей.

– Из-за страхов и суеверия, которые вызывали среди мирского населения силы урожденных магов, – саркастически оттарабанил Шив.

– Что заставляет тебя думать, будто все изменилось? Сколько мы получаем здесь учеников, которых выставили из дома столь поспешно, что они едва успели захватить смену белья? Сколько кораблей, что заходят к нам, посылают своих матросов на берег, если те желают отдохнуть или уволиться? – Планир наклонился вперед в своем кресле. – О последнем никто даже не заикнется, а что касается первого, то их так немного, что одна портовая таверна еле сводит концы с концами. Не будь глупцом, человек, ты знаешь это не хуже меня. Почему еще поколения Верховных магов прятали Хадрумал в туманах колдовства и легенды?

– Легенды, которые ты рассказываешь Совету, только укрепляют подозрение и недоверие к магам, – возразил Шив.

– Совершенно верно, – кивнул Планир. – И маги там, на материке, ищущие какое-либо упоминание о древней магии, скоро были бы замечены, не так ли? Это разве не укрепляло бы беспокойство и опасение, особенно в то время, когда мы делаем все возможное, чтобы добиться для магов более активной роли в мире? С другой стороны, конечно, идея о том, что магам требуется выходить и искать знания, что нам недостает чего-то, по-видимому, жизненно важного, могла бы навести иных на мысль, будто мы слишком ослаблены в своем влиянии, даже бессильны. В результате мы можем навсегда проститься с любезностью, уважением и – что важнее всего сейчас – сотрудничеством, которым маги все еще способны располагать, пока они не кажутся угрозой, разумеется. И в том, и в другом случае мы остаемся в проигрыше, не так ли?

– Но Калион… – нерешительно взговорил Шив. Планир махнул рукой.

– Забудь пока о Калионе.

– Но твои маги перерывают все архивы в Коле и собрание исторических трудов в Ванаме, выискивая любой намек на древние заклинания, – настаивал Шив. – Разве это не то же самое?

– Во-первых, те, кого я послал, твердо помнят об осторожности благодаря моим внушениям. – Верховный маг улыбнулся. – Во-вторых, я полагаюсь на местных ученых тех двух университетов. Целеустремленные поиски заумного знания должны казаться им настолько рациональными, что никто не обратит на них внимания, если даже оторвется вдруг от собственных занятий.

Шив не сдержал ответной усмешки из-за сухого тона Планира, но тут же вновь посерьезнел.

– А как насчет Ливак? Я знаю, Казуел так не думает, но мне этот песенник кажется многообещающим. Ливак не маг, не ученый. Что, если она упустит что-то? Коли на то пошло, вдруг она обнаружит нечто, о чем Зар не услышит? Сейчас она работает за деньги Д'Олбриота. Это совсем другое дело…

– Думаю, ты мог бы выказать немного больше уверенности в Заре, знаешь ли, – упрекнул мага Планир. – Что касается Ливак, насколько я понимаю, она считает вынюхивание сведений для Д'Олбриота своим лучшим шансом на получение доли от его сокровищницы или чего она там еще добивается. Судя по тому, что я узнал об этой девушке, я бы сказал, что ее собственное корыстолюбие явится более эффективным стимулом, чем любой из тех, которые мы могли бы придумать.

– Но вдруг она передаст Д'Олбриоту нечто жизненно важное, а мы не узнаем об этом, пока не будет поздно? – Шив раздраженно повысил голос. – Отрик…

– Я так же беспокоюсь об Отрике, как и ты, Шив, – резко перебил его Планир, – но у меня великое множество фигур на доске, и если я проиграю, результатом будет не просто Белый Ворон, возвращающийся в игровой ящик. Ты был в Тормейле на Солнцестояние вместе с нами; пошевели мозгами, человек! Что события прошлого года сообщили принцам Тормалина? Что их древняя власть была основана на магии и обвал той магии обрушил за собой все здание Империи! Теперь им угрожают магией из-за океана. Как ты думаешь, многие ли из них дадут себе труд отличить нашу магию вещества и ее дисциплины от эльетиммской магии разума и иллюзии? – Планир отставил в сторону недопитый кубок. – Д'Олбриоту хватает ума понять, что с огнем надо бороться огнем, но он не собирается просто поджечь свой дом и кинуться в безопасное место. Ему нужно чувствовать, что у него превосходство, что мы выполняем его волю, – лишь тогда он согласится иметь дело с Хадрумалом. Равно важно и то, что, взяв на себя руководство, он убедит других принцев, что не сошел с ума, а потому не должен лишиться права на неоспоримый авторитет.

– Но Калион… – нахмурился Шив.

– Забудь про Калиона. Подумай о перспективах, – решительно заявил Верховный маг и начал перечислять, загибая длинные пальцы. – У меня есть Ливак, девушка немалой изобретательности и готовности посрамить лучшего гончего пса, разыскивая переводы для песенника. Песенник тот принадлежит библиотеке Д'Олбриотов, знак Д'Олбриота висит у нее на шее, ясно видимый каждому, кто мог бы пронюхать о ее активности, будь то эльетиммский шпион или подозрительный местный правитель. Что бы она ни узнала, вознаграждать ее будет Д'Олбриот, никакой атаки на мой кошелек в этот раз, милостью Рэпонина! Получив информацию, Д'Олбриот сможет затем сказать себе и какому бы то ни было тормалинскому дворянину, что покупает на нее наши услуги по защите его земель и имущества. Совершенно определенная и респектабельная сделка, которая ничем не угрожает ни императорской верховной власти, ни власти любого принца. – Первый раз в голос Планира прорвались эмоции. – Это избавит меня от необходимости униженно ползать на коленях перед императором, предлагая ему все золото, что когда-либо сотворил Мизаен, лишь бы он позволил мне бросить моих магов против этих ублюдков эльетиммов, ибо какую бы угрозу они ни представляли для Тормалина, они станут смертью для Хадрумала, если отыщут нас прежде, чем мы найдем средства противостоять их заклинаниям. Какова тогда цена тайны и могущества магов?

Шив невольно содрогнулся.

– Я только хотел…

– Ты хотел пойти с ними, – закончил за него Планир более мягким тоном. – Ты хотел реванша за то страдание, что причинили тебе эльетиммы. Ты хотел найти способ вызволить Отрика из его бессмертного сна. Ты хотел быть героем.

Молодой маг прикусил губу и нервно сплел пальцы на коленях.

– То, что многие уже считают тебя самым настоящим героем, – одна из причин, по которым я оставил тебя здесь, – продолжал Верховный маг, поднимая кубок с вином. – Ты уже дважды сражался с эльетиммами, один раз на их собственной земле и второй – в Кель Ар'Айене. В зимних салонах Тормейла все только и говорили о твоей блистательной защите колонистов. Ты не слышал? Куда бы ты ни поехал, множество глаз и ушей будут обращены в твою сторону. Зар же, напротив, никто, носитель плаща Верховного мага, всегда в двух шагах позади своего господина. Даже удивительно, что он отправился куда-то сам по себе.

Шив нехотя засмеялся.

– Вряд ли это справедливо.

– Нас всех устраивает, что люди видят его таким, не правда ли? – Планир с усмешкой покачал головой.

– У нас есть какое-нибудь представление о том, верный след взяла Ливак или нет? – вновь заговорил Шив после минутной тишины, нарушаемой лишь размеренными шагами внизу, во дворе.

– Пока ничего определенного, – пожал плечами Верховный маг. – Тем больше оснований использовать наши собственные ресурсы в более традиционных исследованиях. Эти поиски – игра Ливак; если они не удадутся, потери – ее. Если Ливак победит, мы получим свой приз, не рискуя собственной репутацией. Не важно, потерпит она неудачу или преуспеет, но если у тебя нет в запасе неких средств предсказания, о которых ты мне не говоришь, то мы не можем знать, поможет ей наше вмешательство или помешает. Я позволю рунам падать, как они хотят, и сыграю в тот расклад, какой ляжет. – Лицо Верховного мага оживилось озорством. – Кроме того, если б я отослал тебя по какому-то новому поручению, мне бы пришлось объясняться с Перидом, а мне, признаться, не по нраву идея спора с твоим возлюбленным прямо посреди двора.