Удача игрока - МакКенна Джульет Энн - Страница 42

– И каков действующий тариф для благосклонности?

– Вы инородцы, не понимаете, да? – Фру покачал головой. – Не имеет значения.

Интересно, какой вывод сделали женщины из того факта, что я не ношу никаких видимых драгоценностей?

– Думаю, мы могли бы что-нибудь найти. – Я многозначительно взглянула на Грена.

Фру кивнул, но без особой надежды.

– А где Узара?

– Его пригласили ужинать с Рэвином, – объяснила я. – Ты поел?

Менестрель кивнул.

– С Ориал. Ты знаешь, что должна ответить на эту любезность у своего очага?

Так вот она, ловушка, во всей этой веселой щедрости.

– Советую тебе поразмыслить над этим, – повернулась я к Сорграду.

– С чего ты взяла, что я буду стряпать? – возмутился он.

– Ты же сам говорил, что я не могу вскипятить воду, не залив костер.

Фру встал.

– Я тоже хочу повидать Рэвина.

Он ушел, захватив лютню с груды ярких одеял, которые мы получили от разных соседей.

– Увидимся позже. – Теперь я повернулась к Грену. – Ладно, так что мы сняли с тех парней на пони, что могло бы обратить на Зенелу внимание красивого молодого самца, вышедшего испытать свои рога?

Грен задрал рубаху, размотал с талии кусок полотна и развернул его.

– Не знаю, где они охотились, но пожива оказалась богатой.

Я поднесла брошку с аметистом ближе к костру.

– Вридская работа, ты так не думаешь? – Я передала ее Сорграду, который лучше меня разбирался в драгоценностях.

– Почти наверняка. Я бы сказал, они работали на Озерной дороге. – Сорград изучал ожерелье. – Возможно, спускались от Битарна. Оно сделано в Озерном краю, как и то кольцо с узором из листьев.

Я взяла серебряное кольцо.

– Зенеле оно было бы почти впору. И раз уж нам не пришлось по-настоящему трудиться, чтобы добыть это, почему бы не отдать ей пару вещиц?

– Назови мне хоть одну уважительную причину, кроме очевидной, – воспротивился Грен.

– Соргрен, девочка хворает и воняет чесноком! И ты же сам сказал, что не интересуешься ею, – напомнила я горцу.

– То было раньше, когда она играла в барыню, – парировал Грен с блеском в глазах. – Теперь сапог на другой ноге.

– Нам нельзя портить отношения с этими людьми, – доказывала я, – если хотим узнать нечто такое, что можно превратить в деньги и преимущество.

– Мы поможем Ливак снискать почет у Д'Олбриота, а он убедит Драксимала отозвать своих псов. – Сорград устремил на брата строгий взгляд.

– Ты ведь не хочешь следующие пять лет своей жизни томиться в солурской деревне, нет?

Я надеялась, что отказ благородного дворянина не сделает из меня лгунью. Пожалуй, Райшеду будет всего сподручнее затронуть эту тему. Он может поговорить с эсквайром Камарлом, который медленно, но верно продвигается вперед среди остальной своры, пресмыкающейся ради благосклонности Главы их Дома.

Грен притворился, будто обдумывает это.

– Нет, я предпочитаю города покрупнее и ближе друг к другу и женщин пониже ростом и не таких ограниченных.

– Ты можешь навести мосты здесь, если у тебя будет что предложить в знак твоего уважения, – наставлял брата Сорград.

Грен засмеялся.

– Так как мы поделим это? Несколько вещичек для девочки, а остальное на троих? Как я понимаю, наш маг не утруждает себя подобными пустяками?

– Не думаю, что его стоит утруждать, – согласилась я.

Сорград быстро рассортировал трофеи на три кучки, равные по ценности и содержанию. Он отложил в сторону золотую цепочку, кольцо с лиственным узором и медный браслет с полированным янтарем.

– А это для Зенелы.

– Боюсь, это припишет ей больше опыта, чем она может предъявить, – заметила я.

– Мяу, – ухмыльнулся Сорград.

Услышав снаружи шаги, я сгребла свою долю и торопливо сунула в карман. Тень упала на порог, Узара поднял дверную занавеску.

– Я вам не помешал?

– Ты хорошо поел? – Я небрежно поправила куртку, чтобы скрыть оттопыренный карман.

– Да, очень славно. – Узара оглядывал нас с легким подозрением.

– Ты умеешь готовить? – поинтересовался Сорград, опережая его вопросы. – Твоя магия простирается до мирских дел?

– Вообще-то простирается, но мои таланты относятся главным образом к земле, а не к огню и связанным с ним навыкам, – осторожно ответил Узара.

– Ты говоришь, что огненные маги – хорошие повара? – вмешалась я, заинтригованная.

– Как правило, – кивнул Узара.

– Тогда ты будешь командовать, когда придет время отблагодарить этих людей за ужин, который они нам устроили, – твердо решил Сорград.

Грен встал.

– Пойду навещу Зенелу, – молвил он с хищной улыбкой и ушел.

– Она сама виновата, – пожал плечами Сорград. – Зачем корчила из себя недотрогу? Скажи Грену, что он не может чего-то иметь, и это его только раззадорит. Грен лишь ждал случая усыпить ее бдительность.

– Ты прав, – согласилась я.

– Так о чем вы только что говорили? – Узара перевел взгляд с меня на горца.

– Ты знал, что Лесные девушки ожидают драгоценностей в обмен на свою благосклонность? – спросила я мага.

– Нет, я этого не знал.

Даже в свете костра была видна краска, залившая его высокие скулы. Узара никогда не заработает на жизнь игрой, если румянец будет так легко его выдавать.

Сорград понял что-то, чего я не поняла.

– Кто-то строил тебе глазки?

– Две молодые женщины выразили интерес к моей магии. – Узара пытался изобразить безразличие, но потерпел неудачу.

– Твоей магии? – с деликатным скептицизмом переспросил Сорград.

– Да. – Узара откашлялся. – Кажется, они действительно заинтригованы ею, не то что те недоверчивые крестьяне. – Мага все еще терзала обида.

Сорград бросил серебряную цепочку из звеньев в форме ромбиков, и Узара поймал ее с удивительной легкостью.

– Держи, будет чем оживить глаза девушки, когда дашь ей вкусить своих талантов. – Его намек был так же очевиден, как свинья в мантии жреца.

– Я не устраиваю торжества по случаю редких побед, но все же спасибо, – холодно ответил Узара.

– У тебя кто-то есть там, в Хадрумале, или… – заколебалась я, – …у тебя те же пристрастия, что и у Шива?

– Прошу прощения? – Маг выглядел шокированным. – Нет, нет, мои… пристрастия – к женщинам, когда я решаю потакать им. И у меня нет ни с кем особых отношений, хотя тебя это вряд ли касается.

Я подняла руку.

– Я не хотела тебя обидеть.

– Изучение магических дисциплин в Хадрумале оставляет мало времени для всяких развлечений. – Неприступность Узары помимо его воли казалась жеманством.

– К тому же – маленький город, поэтому ты не гадишь на собственном пороге? – усмехнулся Сорград. – Почему бы не погулять здесь, пока есть возможность? Какая-нибудь девочка могла бы поделиться тем, что знает, если ты покажешь ей… свое колдовство. – Он встал и смахнул грязь с камзола. – Если я сумею привести себя в приличный вид, то пойду и посмотрю, так ли этот Народ искусен с рунами, как утверждает молва.

Как только Сорград ушел, я повернулась к Узаре:

– Где ты пропадал весь день?

– Разговаривал с Рэвином и прочими. – Маг вздохнул. – Здесь собрался Народ из горсти отдельных родов, если не больше. Ты это знала? Это не семья в обычном смысле слова. Зимой эти люди оседают где-то, работая вместе сезон-другой. А приходит весна, они разделяются, создают новые союзы и идут дальше. Одни остаются со своей кровной родней, другие вливаются в разные группы, непрестанно путешествуя с ними. Никто из них не имеет понятия о доме. Некоторые были с Рэвином весь летний период, другие присоединились к нему прошлой осенью, этой весной и даже в последние несколько дней.

– Все растет, все изменяется: бутон, цветок и плод, – вспомнились мне давние слова моего отца, и я сама не заметила, как произнесла их вслух. – Прости. Так в чем суть?

– Я действительно не понимаю, как здесь можно узнать что-либо ценное, – с сомнением произнес Узара. – Судя по тому, что мне удалось выяснить, тут нет преемственности родства, или обычая, или истории. Я целый вечер сидел с Рэвином и еще тремя мужчинами, обсуждая паводки и прочие катаклизмы в здешних краях. Даже когда они соглашались по поводу какого-то особого происшествия, у них были разные версии событий. Как мы определим, что в этих рассказах прибавление, упущение или просто выдумка?