Все вейры Перна - Маккефри Энн - Страница 70

Она рассеянно ответила на чьи-то приветствия и заняла свое место на первом ярусе.

«Сейчас начнется», — сказала своей всаднице Рамота, покачивая головой над королевским яйцом.

«Только не пугай девочек, душенька».

Глаза Рамоты вспыхнули разноцветной радугой, и она в упор взглянула на Лессу.

«Пугливые не стоят моего дитя».

«Но ведь вчера они тебе понравились».

«Сегодня все по-другому».

«Да, — ласково согласилась Лесса, понимая смены настроений своей королевы, — сегодня твоя дочь пройдет Запечатление».

Бенденские драконы, собравшиеся на карнизе, уже начали гудеть, приветствуя приближающийся миг Рождения. Чувствуя, как этот мощный слитный гул пронизывает тело до самых костей, Лесса нежно улыбнулась Ф'лару, и он, улыбнувшись в ответ, взял ее ладонь в свою. Эта трогательная увертюра всегда была для них чем-то особым — подтверждением их взаимной любви и нерасторжимой связи с драконами.

По ярусам пробежал шумок: зрители тоже услышали этот нарастающий гул. В пещеру ворвались файры и расселись на верхнем карнизе. Рамота следила за ними сверкающими глазами, но больше не издавала угрожающего рева, когда эти непоседы проникали на Площадку Рождений. Услышав от Айваса, какой прием оказали файры своим огромным сородичам на Первом Рождении, Лесса рассказала об этом Рамоте, и с тех пор обе владычицы Бендена стали проявлять к огненным ящеркам большую терпимость. Некоторые из яиц в основной группе уже легонько раскачивались: окружившие их пятьдесят семь мальчиков затаили дыхание, на их ясных, сияющих лицах читались надежда и нетерпение. Пять девушек медленно, но решительно двинулись к Рамоте, которая горой нависла над золотым королевским яйцом.

— Отойди, дорогая, — ласково попросила Лесса.

Тихонько ворча, Рамота сделала шаг назад, поводя над яйцом раздвоенным языком.

«Рамота!»

— Что, она опять за свои фокусы? — спросил Ф'лар.

— Угу. «Я прошу тебя, дорогая, отойди еще на два шажка и убери язык. Такая поза тебе не к лицу», — твердо проговорила Лесса и, хотя Рамота несколько раз упрямо помотала головой, она все же отступила — на целых пять шагов, нарочно сделав больше, чем от нее требовалось, и потом улеглась, угрюмо обводя всех горящими оранжевым пламенем глазами.

Лесса оценивающе оглядела пятерых девушек, стоящих перед королевским яйцом. Вот дочка Гроха, стройная изящная малышка. Она самая младшая: ей едва минуло пятнадцать Оборотов. Тем не менее, она уже успела запечатлеть двух бронзовых файров, и Лесса от души надеялась, что они будут вести себя прилично до конца церемонии. Рамота еще могла смириться с присутствием ящерок на Площадке Рождений, но если они начнут носиться у нее над головой… Надо сказать, Натали получила отличное воспитание, и файры ее прекрасно себя вели с первых же минут пребывания в Бендене.

Бреда, бледная меланхоличная блондинка, прибыла из Крома. Странно, что Нессел не препятствовал Поиску, — ведь он не одобрял поддержки, которую Вейры оказывали Айвасу. Эта тихая, застенчивая девушка-ткачиха — старшая из претенденток; ей сравнялось двадцать два Оборота.

Кона родом из Нерата. Манора доложила, что за семь дней пребывания в Бендене, она уже посетила вейры трех бронзовых всадников. Что ж, для всадницы королевы это не так уж плохо, во всяком случае, лучше, чем недостаток темперамента.

Почему драконы выбрали Силгу, оставалось загадкой: девушка пришла в ужас от первого полета в Промежутке, а это дурной знак.

Последняя из претенденток — Тумара, сестра Шарры. Она была до того счастлива выбраться с заброшенного островка у берегов Исты, пристанища рыбаков, что совершенно замучила Манору своей чрезмерной услужливостью.

Само по себе качество неплохое, спору нет, но избыток его рождает угодливость, а это уже никуда не годится. Госпожа Вейра должна быть твердой, справедливой и в то же время доброжелательной к своей королеве. Правда, никто не сказал, что новая пара займет главенствующее положение в одном из Вейров. Впереди много дел, и найти подходящее место для девятого Вейра лишь одно из них. Потом, как только младшая королева в любом из Вейров поднимется в брачный полет, ее соискателями станут все свободные бронзовые, и пара счастливцев временно встанет во главе Вейра. Но им еще предстоит доказать свое право — ведь три четверти пернских королев того и гляди войдут в брачную пору. Вот вам и справедливый метод избрать Предводителей нового Вейра.

Гул тем временем все усиливался, пока не достиг оглушительной силы. Вот первое яйцо треснуло и распалось. Лесса с облегчением вздохнула: на свет появилась бронзовая головка, а за ней и крыло. Дракончик приподнялся — отличный бронзовый крепыш, хоть, конечно, еще и не совсем твердо стоит на ногах — и, расправив влажные крылья, замотал головой, стараясь разглядеть маячившие перед ним фигуры. Вдруг он испустил торжествующий писк и, сделав огромный прыжок, приземлился перед коренастым пареньком. «Кажется, он из кузнечной мастерской в Айгене, если мне не изменяет память», — подумала Лесса. Сколько взволнованных юных лиц прошло перед ней за бесчисленные Запечатления, состоявшиеся на этой Площадке за двадцать три Оборота! Затаив дыхание, она ждала волшебного мгновения, когда паренек поймет: дракон выбрал его. Вот лицо мальчика просияло восторгом, и он, упав на колени, стал гладить настойчиво тыкающегося в него мордочкой малыша. По щекам его побежали слезы радости, он обхватил руками мокрую бронзовую шею и прижался к ней щекой.

— Ох, Бранет! Ты самый лучший бронзовый в мире! Зрители разразились радостными криками и аплодисментами, а драконы, прервав гудение, испустили приветственный трубный клич.

После того, как прошло первое Запечатление, остальные яйца стали трескаться одно за другим, выпуская на горячий песок своих обитателей, и коричневые, голубые, зеленые дракончики быстро находили себе товарищей.

— Отлично — двенадцать бронзовых! — сказал Ф'лар, наблюдавший за образованием новых пар. — Могло бы быть побольше коричневых — их всего четыре, — но зато соотношение голубых и зеленых в самый раз. Лесса не очень-то внимательно следила за этим: начало раскачиваться королевское яйцо — сначала нерешительно, потом все сильнее и сильнее. Правда, трещин пока не было видно, и она забеспокоилась: обычно королевы появляются на свет более стремительно.

Но вот, наконец, наружу пробился кончик носа, потом когти, концы крыльев — и вдруг, как будто новорожденная разом напрягла все силенки, скорлупа треснула пополам и распалась, явив глазам зрителей юную королеву, которая, стоя среди осколков, с большим достоинством поглядывала по сторонам.

— Ты только взгляни, какая милашка! — шепнул Ф'лар жене. — А как смотрит — истинная королева!

С необычной для новорожденных ловкостью маленькая королева запрокинула голову назад, почти коснувшись ею спины, и пристально взглянула на Рамоту. Потом приняла прежнюю позу и, изящно переступив через половинку скорлупы, с невозмутимым и даже несколько надменным видом обвела сверкающим взглядом ожидающих своей участи претенденток. «Навряд ли хоть одна из девушек сейчас осмелится вздохнуть!» — подумала Лесса.

— Ставлю марку на Кону, — заявил Ф'лар.

Лесса покачала головой.

— Проиграешь. Это будет Натали — они прекрасно подходят друг к другу.

Однако маленькая королева повела себя непредсказуемо. Она прошагала вдоль шеренги девушек, внимательно вглядываясь в каждую из них. Потом, не удостоив вниманием ни Кону, ни Натали, остановилась перед Бредой и, вытянув шею, ласково ткнулась головой в колени высокой девушки.

— Вот тебе и на! — с досадой прищелкнул пальцами Ф'лар. Выходит, мы оба не угадали.

— Дракону лучше знать, — усмехнулась Лесса и затаила дыхание от неожиданности: Бреда опустилась на колени, чтобы прижать к груди голову малышки, и вдруг ее довольно заурядное лицо озарилось таким отблеском восторга, который превратил ее в ослепительную красавицу. Девушка подняла на Лессу сияющий взгляд.

— Она говорит, что ее зовут Амаранта!