Планета под следствием - Маккефри Энн - Страница 71

— Это еще нужно будет обсудить, — ответила Мармион, — но бурение или использование взрывчатки....

— Президент Болл! — Мэттью почти кричал. — Вы же не можете поверить словам председателя Алджемен о том, что эта планета разумна?

— Нет, но я верю в сокращение убытков и получение выгоды там, где раньше у нас были сплошные неприятности, — ответил Фаринджер.

— Это каменный шар, бездушный предмет... — Мэттью колотил кулаком по столу и чуть ли не подпрыгивал на своем месте.

Внезапно очередной сейсмический толчок бросил его на стол, лицом вниз; из носа у него потекла кровь. Остальные смогли удержаться на своих местах, лишь вцепившись в стулья. Раздался скрежет, настолько громкий, что люди зажимали уши руками; здание дрожало, сквозь трещины, появившиеся в стенах, потолке и полу, сочился туман.

— Под стол! — крикнул Виттэйкер Фиске, едва ли не силой затаскивая Мармион за собой; его крику вняли все члены комиссии, немедленно нырнувшие под этот самый крепкий предмет меблировки. Прежде чем Мэттью смог последовать их примеру, туда же забралась высококвалифицированная секретарша Мармион. В результате под столом просто не осталось места для еще одного человека — по крайней мере, так показалось Мэттью. Он увидел свободное местечко в дальнем углу и бросился туда, но его оттолкнул Брэддок Макем, хнычущий от испуга.

— Убирайся отсюда, Брэддок! — приказал Мэттью: по крайней мере, он надеялся, что это прозвучит как приказ. Он и сам был напуган настолько, что этот приказ прозвучал скорее как панический вопль. — Где твое чувство субординации? Это я — член комиссии!..

Охранники пытались выломать дверь или выбраться через окна, что позволило туману свободно проникать в помещение. Раздался громкий треск, свидетельствующий о том, что главный экран также пал жертвой землетрясения.

Мэттью слышал, что кто-то зовет на помощь, и внезапно с досадой понял, что это его собственный голос. Неважно. Это чрезвычайная ситуация, он брошен своими коллегами на произвол судьбы. Не время переживать из-за таких мелочей.

— Помогите! — завопил он снова.

— Попроси прощения у планеты, Мэттью! — крикнула Мармион, пытаясь перекрыть треск, удары и прочие звуки ломающегося дерева, пластика и штукатурки. Легко ей давать советы, когда она спряталась под столом!

— Скажи ей, что ты веришь, Мэттью! — закричал Виттэйкер Фиске. Это было последнее, что услышал Мэттью: все здание содрогнулось, он почувствовал, как теплая влага течет по его ноге, шум в голове заглушил все остальные звуки, перед глазами у него все задрожало и поплыло.., и он сполз на пол, прямо в лужу собственной мочи.

Виттэйкер Фиске чуть не задохнулся от смеха, пытаясь в то же время докричаться до Лузона. Пол внезапно накренился. Стол и те, кто под ним прятались, против воли заскользили под уклон. Виттэйкер, одной рукой держась за ближайшую ножку стола, пытался удержать Мармион, а та, в свою очередь, схватила за плечо Салли. Бэл, Чаз и Некоим беспомощно сползали вниз. Лузон, уже не держась на ногах, скатился к столу и уцепился за одну из его прочных ножек. Спутанный клубок из людей в униформе прижал его еще плотнее к ножкам стола, и он начал выкрикивать предупреждения и ужасные проклятия тем, кто, не желая того, придавил его.

Скрежет нарастал, заглушая все прочие звуки, а затем стены и крыша с грохотом обрушились на стол, который, не дрогнув, вынес эту нагрузку, хотя было слышно, как он затрещал.

Последующая тишина и покрывший все туман были даже хуже, чем ужасный грохот. Затем легкий ветерок с необычайным цветочным ароматом ворвался в разрушенное помещение, развеивая пыль от взрыва и туман.

— Мармион! — позвал Виттэйкер, тряся головой, чтобы освободиться от остатков тумана и от головокружения, вызванного падением.

— Я в порядке, меня тряхнуло, но даже синяков не осталось. Спасибо, что удержал меня, — сказала она, поправляя разорванную юбку и блузку. — Салли!

— Кажется, я в порядке! Виттэйкер закончил перекличку; все, кого он называл, отзывались, хотя бы стонами и проклятиями.

— Мэттью? — спросил Виттэйкер с некоторым беспокойством. Было бы ужасно неловко, если бы планета случайно убила вице-президента Мэттью Лузона. Это может быть рассмотрено как месть, хотя и вполне заслуженная после того, как он предложил депортировать всех жителей и разрезать планету на куски.

— Он жив, сэр, но без сознания, — ответил низкий мужской голос. — Я думаю, все закончилось и... О, боже мой!

— Что? Что случилось? — спросила Мармион, ощутив в этом голосе странный почтительный трепет. Она оглянулась, ища способ выбраться из-под стола, но это удалось ей с трудом: стены и крыша обрушились так, что покрывали практически все, кроме места, где лежало бесчувственное тело Мэттью.

Мармион пошла к нему, жестом позвав Виттэйкера и Салли за собой. Там было как раз достаточно места для того, чтобы пробраться под столом к Мэттью, грудь и бедра которого зажало между ножками стола. Запах, исходивший от него, явно не был ароматом цветов. Опираясь на стол, они смогли встать на относительно свободном месте; вокруг были медленно приходившие в себя люди в униформе, валялись обломки, которые раньше были входной дверью. Как ни странно, стена осталась стоять.

Затем Мармион обернулась туда, куда не отрываясь смотрел офицер.

— Господи!.. — Раскрыв рот, она смотрела на сооружение из массивных камней, появившееся на месте посадочного поля космобазы. — Нет, это не совсем зиккурат, — пробормотала она, пытаясь вспомнить, где она видела похожую конструкцию из строительных блоков или камней. Приглядевшись к пирамиде, она поняла, что на нее с легкостью смог бы взобраться любой, кому хватило бы на это смелости. Последние клочья тумана развеялись, открывая изумительный вид на созданное самим Сурсом опровержение предположения Мэттью.

Повсюду люди выбирались из покореженных и сломанных зданий, покрытые пылью, в изумлении от того, что им удалось уцелеть.

— Кто-нибудь ранен? — спросил знакомый голос из коридора.

— Яна! Янаба Мэддок, Клодах с тобой? Мне кажется, Мэттью ранен, — отозвалась Мармион.

— Лузон? — Голос Яны прозвучал резко, но Мармион была далека от того, чтобы ее за это осуждать. — Кто-нибудь еще?

— Не думаю, — сказала Мармион, оборачиваясь и следя за тем, как поднимаются на ноги Чаз Тунг, Бэл Джостик и Некоим Ши-Ту, отряхивая с себя пыль. Затем и они увидели сооружение, возникшее на посадочном поле, и застыли, завороженные зрелищем.

Помоги им, подумала Мармион, разрешить их сомнения.

— С тобой все в порядке? А с остальными? — спросила Мармион.

Яна просунула голову в дверь, пока Шон осторожно отламывал деревянный косяк двери так, чтобы обломки не причинили никому вреда.

— Клодах все еще пересчитывает народ по головам; по крайней мере, во время землетрясения мы сумели оценить все преимущества подобных камер, — ответила Яна с вызывающей улыбкой, — а от удара сломались замки в дверях.

Она фыркнула, вспомнив неадекватное поведение охраны, и наклонилась к Мэттью, нащупывая пульс.

— Ну, он жив.., но вы истекаете кровью, солдат. А у вас, сержант, похоже, сломана рука. Сядьте здесь, у стены. Если она не рухнула раньше, то и сейчас не упадет. Банни, найди, пожалуйста, в этом хаосе немного воды и, если сможешь, врача.

— Обычное медицинское оборудование дальше по коридору и направо, — сказал Виттэйкер. — Я покажу.

Он перешагнул через остатки двери, чтобы сопровождать Банни и чтобы добавить веса к ее требованиям в глазах изумленного и, возможно, не согласного с ее действиями персонала.

Глава 19

Определение размеров причиненного ущерба заняло остаток дня, хотя разрушений оказалось немного: повреждены были только здание для конференций и временные камеры. Те здания, что были на другом конце поля, тоже были разрушены, но никто не погиб, все отделались лишь неопасными переломами, синяками и царапинами. Некоторые солдаты с Омникрона и прочие “пришельцы” говорили, что слышали в тумане голос, и хотя слов они разобрать не смогли, но он как-то утешал их.