Не так, как у людей - Воскресенская Ольга Николаевна - Страница 64

— Нет, там еще ангелочек, которому ты разнесла лютню воздушным ударом.

— А без лютни ему гораздо лучше.

Димка скептически хмыкнул и продолжил внимательно оглядывать окрестности. Нервы у нас обоих были взвинчены, а потому без перепалки обойтись никак не удалось. Благодаря зелью ночного зрения видели мы, как днем, но это не очень помогало в поисках, так как за многочисленными памятниками, скульптурами и оградками могла спрятаться сотня зомби без риска быть обнаруженными.

Я рассматривала очередного ангелочка, когда сбоку от себя услышала крик, похожий на блеяние барашка:

— Мэ-э-эл…

Это было непохоже на привычную манеру Димки произносить мое имя. Но кричал действительно он. В этом я убедилась, когда повернула к нему голову. Первое, что бросилось в глаза, — голубая порванная рубашка в пятнах грязи, надетая на чью-то нехилую спину. Над плечом неизвестного человека торчала голова моего напарника. Оба чуть повернулись, и я поняла, что искать зомби больше не требуется — он сам уже нас обнаружил. Нежить одной рукой вцепилась в плечо Димки, а второй — в горло. Зомби пытался достать зубами до шеи сопротивляющейся жертвы. Напарник в ответ обеими руками схватил оживший труп за горло, пытаясь не допустить укуса. Яд зомби смертелен для человека, а противоядие затерялось в веках, как и многие другие знания.

Труп был свеженьким, иначе я давно бы неслась отсюда с дикими воплями или меня бы вывернуло прямо здесь.

— Убей его, — прохрипел Димка, отчаянно сопротивляясь.

«Интересно как? — раздраженно подумала я. Четкого плана действий у нас, как всегда, не было, так как мы не брались заранее предсказывать развитие событий. — Под залп кольев попадут оба. От молнии у зомби может случиться судорога, и тогда он задушит Димку. Воздушный удар сметет обоих. Направлять его я еще не научилась. Купание в ледяной воде, если она не освященная, вреда зомби не причинит, скорее — пострадает напарничек».

— Быстрей, — прохрипел Димка.

«Что ж… Он сам напросился», — с этой мыслью я переместила всех в подпространство и направила на зомби воздушный удар. Авось напарничка не убьет — магия воздуха у меня выходит плохо, так что удар, который у специалиста должен раздробить противнику кости и отбросить на десятки метров назад, у меня, думаю, выльется в небольшую встряску. Но надежда, как говорится, умирает последней.

Я немного не рассчитала свои способности. Удар получился на удивление хороший. Димка в цепких объятиях мертвеца с застывшим взглядом отлетел метра на два назад и перекувырнулся через низкую плиту памятника. Оба упали боком, но Димке пришлось хуже — он-то был еще жив, и резкая встреча с землей радости ему не доставила. Поэтому вскоре зомби навалился на него всем телом. Он упорно стремился укусить напарника куда угодно, но ему не удавалось: не давали Димкины руки, сомкнутые на горле и не дающие опустить подбородок.

Я подбежала к борющимся на расстояние около метра и создала в воздухе длинную ледяную молнию, придерживая ее кистью правой руки. Меня пронзило холодом, но это было нестрашно. Так уж получилось, что лед — моя стихия. Теперь, если напарничку внезапно не придет в голову поменяться местами с зомби, перекатившись по земле, то ожившему трупу конец. Подобно мечу или кин жалу, я вонзила молнию в спину зомби — туда, где, по моим предположениям, находилось сердце. Потом мне пришло в голову, что для трупа это не самое уязвимое место — сердце у него давно уже не бьется. А потому я быстро сотворила еще две молнии и погрузила их в спину зомби. По моим расчетам, одна из них должна была войти ровно в центре груди, а вторая — чуть ниже пупка, то есть там, где, по утверждениям некоторых исследователей, живет душа. Крови не было. Лишь рубашка порвалась с противным треском, открывая сквозную дыру в синюшном теле. К горлу подкатила тошнота. Огромным усилием воли мне удалось ее подавить.

Зомби застыл на несколько секунд, не торопясь падать без признаков жизни и движения. У меня даже закралась мысль, что молнии не подействовали. Но нет. Медленно тело застыло, так и не разжав хватку на плече и горле моего напарника. Димке понадобилось несколько минут, чтобы спихнуть с себя труп и с трудом разжать одеревеневшие пальцы. Помогать ему в этом деле я наотрез отказалась. Желудок бунтовал при одном только виде мертвого тела. Прикоснуться к нему было выше моих сил.

Димка с трудом поднялся на ноги. На шее у него остались темные пятна синяков.

— Придется тебе пока поносить рубашки с высоким воротом вместо футболок, — заметила я. — Если ты, конечно, не хочешь, как франт, ходить с шейным платком.

— Не было печали — так обстоятельства не подкачали, — недовольно произнес Димка и осмотрел свою перепачканную одежду. Дыр нигде не наблюдалось, что его явно обрадовало. Каждый день покупать новую одежду накладно для любого человека, если он не миллиардер.

— Надо бы отнести упокоенный труп обратно в могилку. Не оставлять же его здесь, — кивнул Димка на землю, где лежал бывший зомби.

— Вот сам и тащи, — фыркнула я. — Особенно интересно мне будет наблюдать, как ты его обратно закапывать будешь.

— Да-а… — задумчиво почесал затылок напарничек. — Через лаз, который вырыл зомби, чтобы выбраться из-под земли, обратно мы его не затолкнем. А для того чтобы разрыть всю могилу, у нас нет ни времени, ни лопат.

— Предлагаю труп кремировать, а пепел прикопать в дыре, оставшейся от лаза.

— Я так понимаю, что кремацией придется заниматься мне? — поинтересовался Димка, не сомневаясь в положительном ответе.

— Естественно, — оправдала я его ожидания. — Я даже пепел трогать не буду. И закапывать его ты вполне можешь один.

— Кто бы сомневался, что ты все спихнешь на меня.

— Неправда. Я свою работу выполнила — убила зомби. Так что теперь твоя очередь что-то делать.

— Но я сегодня тоже без дела не ходил — уничтожил русалку, выманив ее своей персоной на берег. И тело уничтожил, между прочим, сам!

— Так тебе легко было сделать это с помощью фаерболов, а мне теперь что прикажешь — костер складывать для сжигания тела? Где я каждый раз столько дров найду?

— Все-то приходится делать самому. Досталась же мне беспомощная напарница. — Димка с ворчанием несколькими фаерболами произвел кремацию. Он попытался ладонями сгрести пепел в одну кучу, но не вышло. Из подпространства нельзя влиять на неодушевленные предметы, их нельзя ни уничтожить, ни схватить и перенести. Как я успела убедиться, на них можно только натыкаться во время бега. Так как пепел не являлся личным имуществом никого из нас двоих, как, например, одежда или сумка, то вывалился из подпространства. Хорошо еще, что трупы уничтоженных противников в целом виде не перемещаются в реальный мир, а все-таки терпеливо ждут, пока их сожгут.

Димка с тяжелым вздохом вышел в реальный мир и принялся сгребать прах вместе с комочками земли и травой в блюдце, взятое с соседней могилки. Я наблюдала за его трудами, изредка оглядываясь по сторонам. Но вроде везде было тихо и пусто. Действительно, какой дурак без острой надобности после полуночи отправится на огромное кладбище. Явно только не очень здоровый в психическом плане или не очень трезвый. А мало ли что померещится больному рассудку или с пьяной головы? Так что я особо не беспокоилась, что кто-то видел нашу войну с беззащитными статуями, крестами и холмиками.

Погребение заняло у Димки полчаса. Сначала он решал, как лучше закапывать прах — с блюдцем или без, — потом размышлял, что использовать вместо лопатки. Я молча наблюдала за его мучениями со стороны. В итоге напарничек просто ссыпал пепел в дыру в земле и закопал блюдцем, которое отнес на место после своих трудов. Я считала подобную щепетильность излишней. За нами сегодня числилось несколько поврежденных памятников, а он почувствовал угрызения совести из-за того, что пропадет одно блюдце. Но хозяин — барин. Если ему охота идти искать, откуда он взял свою «лопатку», то — пожалуйста. Скандала из-за своего позднего возвращения все равно не избежать, так какая разница — часом раньше или часом позже? Везет Димке — его родители прекрасно знают, где он пропадает полночи, ну или хотя бы догадываются, что не валяется пьяным под барной стойкой.