Танец с драконами. Книга 1. Грезы и пыль. (Другой перевод) - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 85

Аша взобралась на бочку, чтобы все ее видели.

— Волки придут к нашим воротам еще до восхода солнца. Что делать будем? Сложим копья с топорами и попросим пощады?

— Нет. — Кварл-Девица обнажил меч.

— Нет, — отозвался эхом Лоррен-Секира.

— Нет, — пробасил Маленький Рольф, медведище на голову выше всех прочих.

— Ни в жизнь.

«Ахооооооооооооооо», — снова раскатился рог Хагона, леденя кровь в жилах. Аша с недавних пор возненавидела этот звук: адов рог дядюшки на Старом Вике положил конец ее мечтам, рог Хагона может положить конец самой жизни. Что ж, быть по сему. Она умрет с топором в руке и проклятием на устах.

— Все на стены, — скомандовала Аша Грейджой и двинулась с Трисом Ботли к сторожевой вышке.

Деревянная башня, выше всего по эту сторону гор, поднималась на двадцать футов над самыми большими страж-деревьями и гвардейскими соснами.

— Вон они, капитан, — показал Кромм, когда она взошла на помост. Поначалу Аша видела только деревья, тени, холмы и вершины гор, потом убедилась, что деревья подползают все ближе.

— Горные козлы вырядились в лапник, — засмеялась она. Весь лес шевелился и подкатывал к замку, как медленный зеленый прибой. В детстве Аша слышала сказку о битвах Детей Леса с Первыми Людьми, когда древовидцы превращали деревья в воинов.

— Нам стольких не одолеть, — сказал Трис Ботли.

— Будем бить тех, кто полезет наверх, сосунок, — ответил на это Кромм. — Больше врагов — больше славы. Про нас еще песню сложат.

«О чем она будет, та песня — о доблести Железных Людей или о глупости их капитана?» До моря пять долгих лиг. Что умнее — пробиваться к воде или оборонять рвы и палисады этого замка? Люди Гловера продержались недолго.

— Скоро попируем под волнами. — Кромм оглаживал свой топор, будто ему не терпелось.

— Как же мы найдем дорогу в водные чертоги Утонувшего Бога, коли погибнем с сухими ногами? — усомнился Хагон, опустив рог.

— Ручьев в этом лесу полно, — успокоил Кромм. — Они впадают в реки, а реки — в море.

Аше умирать пока не хотелось.

— Живой найдет дорогу к морю легче, чем мертвый. Пусть волки забирают леса себе — мы идем к своим кораблям.

Хотела бы она знать, кто возглавляет ее врагов. На его месте она, прежде чем штурмовать замок, сожгла бы ладьи — правда, без собственных кораблей это не так просто сделать. Аша никогда не вытаскивала на берег больше половины ладей; другая половина стоит на якорях в море, имея приказ идти на мыс Морского Дракона в случае появления на берегу северян.

— Труби, Хагон, так, чтобы лес зашатался. Трис, надевай кольчугу — пора тебе опробовать свой красивый меч в деле. — Заметив, как он бледен, она ущипнула его за щеку. — Забрызгаем луну кровушкой: за каждого убитого получишь от меня поцелуй.

— Моя королева… здесь хоть стены есть. Что, если волки захватили или угнали наши ладьи?

— Тогда мы умрем, — весело ответила Аша, — но прежде промочим ноги. Железные Люди дерутся лучше с солью, когда за спиной шумит прибой.

Хагон выдул три короткие ноты — сигнал отступать к кораблям. Внизу послышались крики, заклацала сталь, заржали лошади. Коней у них мало, как и тех, кто умеет ездить верхом. Кварл-Девица держал наготове гнедую кобылу Аши, ее шлем, ее метательные топорики. Железные Люди выводили лошадей из конюшни Галбарта Гловера.

— Таран! У них таран! — крикнули со стены.

— Где? — спросила Аша, садясь в седло.

— Северные ворота!

За палисадами Темнолесья раздались звуки труб.

«Волки с трубами?» Удивляться было некогда.

— Открывайте южные, — распорядилась она в тот самый миг, когда северные ворота содрогнулись от удара тарана, и сняла с перевязи топорик. — Час совы миновал, братья, — пришло время копья, топора и меча. Стройтесь! Мы едем домой!

— Домой! — грянула сотня глоток. — Аша!

Трис Ботли подскакал к ней на высоком чалом коне. Люди смыкались, поднимая щиты и копья. Кварл-Девица, пеший, занял место между Угрюмым и Лорреном-Секирой. Хагону на середине лестницы попала в живот волчья стрела, и он кувыркнулся наземь. Дочь бросилась к нему с воем.

— Уберите ее, — приказала Аша: для скорби еще будет время. Маленький Рольф поднял девушку на коня, только рыжие косы взметнулись. Северные ворота затрещали под новым ударом, южные распахнулись. Дорога была чиста, но надолго ли? — Пошли! — Аша сжала каблуками бока своей лошади.

Железные Люди — кто верхом, кто пешком — рысью устремились к лесу за голым полем. Луна освещала замерзшую озимь. Конные замыкали, чтобы не оставлять позади никого из пеших. Скоро вокруг сомкнулись узловатые дубы и высокие гвардейские сосны — Темнолесьем этот замок назвали не зря. Деревья поскрипывали при каждом порыве ветра, сплетенные ветви царапали лик луны. «Скорей бы он кончился, этот лес», — молила про себя Аша. Ей казалось, что деревья таят ненависть в своих покрытых корой сердцах.

Маленькое войско двигалось на юго-запад. Постепенно деревянные башни Темнолесья скрылись из виду, трубы затихли. Авось, волки, получив свой замок обратно, не станут гнаться за беглецами.

— Мы не в ту сторону едем, — сказал Трис Ботли, показав на проглянувшую среди веток луну. — Надо на север, море и ладьи там.

— Пока солнце не взойдет, будем держать на запад, а потом уж свернем на север. Ступайте вперед, — велела Аша своим лучшим наездникам, Рольфу и Роггону Ржавая Борода. — Разведайте, нет ли на берегу чего неожиданного. Наткнетесь на волков — сразу скачите назад.

— Как придется, — проворчал Роггон в рыжую бороду.

Отряд продвигался медленно. Деревья закрывали луну и звезды, лесная почва изобиловала колдобинами. На первой же полумиле лошадь Квентона Грейджоя оступилась и сломала переднюю ногу. Квентону пришлось перерезать ей горло, чтобы не кричала.

— Надо бы факелы зажечь, — сказал Трис.

— Нельзя. Северяне сразу найдут нас. — Аша вполголоса выругалась. Не совершила ли она ошибки, оставив замок? Нет, все правильно. К этому мгновению их бы всех уже перебили, но и во мраке блуждать не годится, иначе их убьет лес. Аша сняла шлем, откинула назад мокрые от пота волосы. — Остановимся тут, дождемся рассвета. До него не так далеко.

Остановиться было нетрудно, а вот дожидаться… Никто не спал, даже Дрыхучий Дейл, дремавший будто бы от одного взмаха весла до другого. Кто-то пустил по рукам мех с сидром Галбарта Гловера; те, у кого нашлась при себе еда, делились ею с остальными, всадники поили и кормили коней. Троим Квентон велел лезть на деревья и высматривать в лесу факелы, Кромм точил топор, Кварл-Девица — меч. Лошади щипали бурую траву под ногами. Рыжая дочка Хагона хотела увести Триса в лес, но он заартачился, и она ушла с Шестипалым Харлом.

Жаль, что Аша не могла сделать того же. Побыть напоследок с Кварлом, избавиться от гнетущей тревоги. Ступит ли она вновь на палубу «Черного ветра»? И если ступит, то куда поплывет? Острова ей заказаны… не станет же она склонять колени, раздвигать ноги и терпеть ласки Эрика Айронмакера. В вестеросских портах дочь кракена вряд ли примут. Можно заняться торговлей, как предлагал Трис, или пойти на Ступени и поступить там в пираты. Или…

— «Каждому из вас посылаю частицу принца», — прошептала она.

— Мне бы лучше частицу тебя, — хмыкнул Кварл. — Совсем маленькую.

Что-то вылетело из кустов и покатилось, подскакивая — круглое, мокрое, с длинными волосами. Когда оно застряло в корнях дуба, Угрюмый сказал:

— Маленький Рольф стал короче на голову.

Люди вскакивали, хватаясь за оружие и щиты. «Они тоже не зажигали факелов, — успела подумать Аша, — но им этот лес знаком куда лучше». Миг спустя из-за деревьев хлынули северяне. Волки проклятые… еще и воют, как звери. Железные Люди взревели в ответ, и закипел бой.

Песен о нем не сложат, и ни один мейстер не запишет эту историю Чтецу в назидание. Здесь нет знамен, и боевые рога не трубят, и лорд-военачальник не созывает к себе людей, чтобы изречь последнее слово. Одни тени бьются с другими, спотыкаясь о корни, скользя по мокрой гнилой листве. Одни в кольчугах и побелевшей от соли коже, другие в шкурах и лапнике, и лишь луна со звездами смотрит на них сквозь голые ветки.