Последняя жизнь нечисти - Малиновская Елена Михайловна - Страница 57

— Не беспокойся, он будет нежным, — с двусмысленным смешком пообещал мне Марий, без особых проблем угадав мои сомнения, после чего повелительно кинул Рикки: — Мы теряем время! Мальчик мой, бери кошку за шкирку и тащи за мной!

Я не успела отреагировать, как вдруг обнаружила, что мир вокруг меня перевернулся. Рикки, не мудрствуя лукаво, перекинул меня через плечо и отправился вслед за Марием.

— Рикки! — прошипела я в безумной надежде, что сумею достучаться до его разума. — Рикки, ты меня слышишь? Ты столько лет побеждал демона, что просто не имеешь права проиграть сейчас. Ответь мне! Подай хоть знак, что еще сопротивляешься, что еще не все потеряно.

Наверное, мне показалось, но Рикки вдруг оступился. Впрочем, практически сразу же выровнял шаг, оставив меня гадать: не почудилось ли мне это.

— Вот и пришли, — негромко проговорил Марий, вряд ли заметив мимолетную сценку. Остановился и смерил задумчивым взглядом дом, щерящийся в зловещем оскале распахнутыми ставнями. — Выглядит гостеприимно, не правда ли?

Рикки на удивление бережно поставил меня на крыльцо. Замер рядом, глядя на Мария и без лишних слов ожидая дальнейших приказов.

— Ты пойдешь первым, мой мальчик. — Тот моментально посерьезнел. Небрежным движением скинул на землю плащ и с неприятным хрустом повел плечами, после чего с преувеличенной аккуратностью одернул полы черного камзола. — Тефна прямо за тобой, а я буду замыкать наше шествие, чтобы киса не попыталась сбежать. Ума ведь хватит.

Рикки чуть заметно наклонил голову, показывая, что все услышал.

— Учти, мой мальчик, с головы нашей красотки не должно упасть и волоска. — Марий резко выдохнул и принялся энергично растирать себя руками, видимо, в тщетной попытке согреться.

Рикки вновь кивнул.

— А ты не лезь на рожон, — отрывисто кинул мне Марий. — Учти: пойму, что собираешься сглупить, — поглажу против шерстки и усы прорежу. Уяснила?

— Угу, — мрачно отозвалась я, чувствуя, как от колючего холода пальцы ног в легких туфлях начинают медленно неметь.

— Ну что же, тогда вперед, пока я окончательно не окоченел! — скомандовал Марий. Широко улыбнулся: — Надеюсь, внутри я быстро согреюсь.

Рикки с неприятным лязгом вытащил меч из ножен. Размытым движением скользнул к двери и резко распахнул ее. Некоторое время стоял неподвижно, лишь усердно втягивал в себя воздух, словно гончая, берущая след. Затем его губы искривила неприятная усмешка, и он растворился во мраке, плескавшемся за порогом.

Я обернулась к Марию, не совсем понимая, что делать мне. Оружие осталось там же, где и старая походная одежда. Я сейчас представляла собой идеальную и совершенно безоружную цель для нападения. И осознание этого отнюдь не улучшало моего настроения.

— Только после тебя, моя киса. — Марий отвесил мне издевательский поклон. — И не беспокойся за сохранность своей серой шкурки. Поверь, демоны — наилучшие телохранители. Рикки получил приказ и выполнит его любой ценой.

Я пожала плечами, не совсем поверив словам бога-отступника. По-моему, Рикки уже где-то в подвале штурмует лаз в подземелье. Но все же шагнула в дом.

Меня моментально окутала темнота, настолько плотная и физически ощутимая, что стало не по себе. Магический огонек остался освещать пустынную улицу в несколько домов, поэтому в прихожую, где не было окон, не долетало ни малейшего его отблеска. Видимо, бог-отступник посчитал, что сражаться с храмовниками Рикки будет сподручнее именно так. Наверное, в чем-то он прав: демоны наверняка прекрасно ориентируются даже в условиях полного отсутствия света. Но меня данное обстоятельство не обрадовало — вряд ли ночное зрение кошек поможет мне в чернильном мраке.

— Что застыла? — Я с трудом удержалась от вскрика, когда кто-то выдохнул мне вопрос прямо в ухо. — Вперед!

— Куда? — прошипела я. — Я ничего не вижу!

Тьма вокруг издевательски хмыкнула. Локоть обожгло прикосновение чьих-то ледяных пальцев. И меня потащили вперед, не слишком заботясь о вежливости или осторожности.

Пару раз я едва не споткнулась, налетев на что-то острое. С языка так и рвались ругательства, но я благоразумно помалкивала, лишь приглушенно шипела от боли всякий раз при очередном столкновении. Надо отдать должное, бог-отступник не позволял мне упасть, но, судя по едким смешкам, долетавшим до меня из темноты, специально не облегчал мне жизнь.

Внезапно откуда-то раздался оглушительный грохот. Пол под ногами задрожал, на лицо что-то посыпалось, наверное, побелка с потолка. Я замерла, напряженно вслушиваясь и вглядываясь в стену непроглядного мрака. Что происходит?

— Ага, — довольно прозвучал рядом голос Мария. — Мальчик добрался до подвала. Шустрый, однако.

И потащил меня вперед с удвоенной скоростью. Как и следовало ожидать, бог-отступник посчитал ниже своего достоинства предупредить меня, когда мы добрались до лестницы, поэтому на первой же ступеньке я оступилась и едва не полетела пересчитывать остальные собственной головой. Однако в последний момент Марий с силой дернул меня на себя, останавливая от опасного падения.

Страх накатил жаркой волной. Я шумно задышала, сообразив, что была на шаг от того, чтобы сломать себе шею. От нервного напряжения мелко и противно затряслись колени. Собственная беспомощность одновременно и злила меня, и дарила какое-то странное ощущение, сродни болезненному наслаждению. Темнота украла у меня зрение, но до небывалой остроты обострила другие чувства. Я ощущала мрак, струящийся у меня по коже, как мягкий пушистый мех неведомого животного. И это было… приятно…

— Забавно, — вдруг задумчиво проговорил бог-отступник. Слегка разжал пальцы на моем многострадальном локте, который, по-моему, уже давно превратился в один сплошной синяк. И одновременно я ощутила, как он провел другой рукой по моей шее, будто пытаясь нащупать пульс. Или придушить, что выглядело более правдоподобным.

— Что именно? — хрипло спросила я. — Что из тебя получился настолько неважный проводник? Подумать только: еще секунда — и не видать тебе открытого круга по собственной же вине!

— Я полностью контролировал ситуацию, — утешил меня бог-отступник. — Просто желал немного припугнуть тебя, чтобы помнила свое место. Но… Мне показалась забавной реакция моего тела на твой страх. Кажется, я начинаю понимать братца. В отношениях со смертными есть определенные плюсы.

Я рассерженно фыркнула. Ну-ну, реакция тела ему понравилась, видите ли. С огромным удовольствием сама скинула бы его с лестницы. Ярчайшая феерия новых чувств ему была бы обеспечена.

— Идем. — Марий снова крепко взял меня за локоть. — Иначе рискуем опоздать к самому интересному. Поверь, на танец смерти демона можно любоваться бесконечно. Но лучше — со стороны.

Я не разделяла восторгов бога-отступника, но отступать было уже поздно.

Спуск в подвал оказался таким тесным, что нам пришлось идти вплотную друг к другу. Близость храмовника меня раздражала неимоверно. И одновременно — пугала. При всем своем желании я не слышала его дыхания, не ощущала биения его сердца, лишь улавливала слабый сладковатый аромат тлена. Конечно, в этом не было ничего удивительного: формально Марий уже давным-давно мертв. Передо мной всего лишь оболочка, временное вместилище для бога. В теле уже начались процессы разложения. Еще неделька-другая — и запах гниения можно будет скрыть лишь магией. И от осознания, что рядом со мной идет ходячий труп, холодные мурашки бегали у меня по позвоночнику.

В общем, не было ничего удивительного, что я сразу же с омерзением отпрянула от Мария, едва наш спуск закончился. Впрочем, он больше не держал меня. Прищелкнул пальцами — и под низкий потолок взмыл магический светлячок, приглушенный свет которого осветил небольшое тесное помещение, более напоминающее темницу. Здесь не было окон или дверей. Лишь лестница, у подножия которой мы стояли, и люк в полу, сейчас широко распахнутый. Точнее, не люк, а каменная плита, безжалостно выломанная чьей-то неведомой волей. Хотя зачем лукавить? Я прекрасно знаю, кто именно ее вырвал. Обычному смертному это неподвластно, а вот демону — вполне.