Капитан перехватчика - Бульба Наталья Владимировна - Страница 105

Оказалось, не зря подмечала, определенную роль симпатии Харитэ сыграли.

В свой экипаж Дарила я бы не взяла ни при каких условиях — так и не простила ему сделанного выбора, а вот адмирал, одним из советников главы миссии, — вполне. Влиять на его решения я могла, но никогда бы себе не позволила. У каждого из нас своя ответственность.

После гибели Рауле я предпочла исчезнуть, сбросив все проблемы на Искандера. Желающих ему помочь было более чем достаточно. Как раз хватало, чтобы посчитать местью за все его прошлые игры и… за будущие тоже. Корабли Индарса и Хандорса были первыми, появившимися вслед за крейсерами Службы. Но далеко не последними.

Тело Камила оставили в криокамере, адмирал разделял мое мнение о воинских почестях, но возможность оказать их могла появиться только на базе. И лишь после того, как слегка уляжется шумиха с появлением в Галактике домонов.

Бросив экипаж на произвол судьбы — злость на Дарила не утихла, кидая тень и на всех остальных, — отправилась с Артуром на Тандор. Его логово было единственным местом, где меня было затруднительно достать даже скайлам.

Тимку я забрала с собой, а ИР «Дальнира» приказала исчезнуть, намекнув, как и куда. Несмотря на некоторые наши разногласия, тот послушался. Как оказалось позже, весьма вовремя — Индарс попытался заявить на него свои права. Вряд ли старался только для себя, скорее, учитывал и интересы Хандорса, но…

Не получилось. Второй Хараб открыла я… Как офицер Службы внешних границ.

Узнав о позиции адмирала, император не стал сразу лезть в юридическую казуистику, а потом было уже не до того. Харитэ сделала главам секторов предложение, от которого никто бы в здравом уме не отказался. Индарс исключением не стал.

Я об этом узнала значительно позже. В то время, когда происходили эти события, наслаждалась мрачными пейзажами недружелюбной к разумным планеты, где находилась база Артура. Тянула с возвращением до последнего, не столько размышляя о собственном будущем, сколько, как старую одежду, перетряхивая собственные принципы. Отказаться от них мне не удалось, предавать себя я не хотела. Но все равно было ощущение, что начинать я собираюсь с нуля.

На «Танталионе» я появилась за день до окончания отпуска. Звереныш увязался со мной, отказавшись вернуться на свою… родину Я была этому только рада. Тимке не дано было заменить собой Рауле, но пока он находился рядом, я могла иногда забывать о том, что Камила больше нет.

Похоронили Рауле на Ирассе, главной планете кангората. Синтар напомнил, что Камил был его подданным. Провожали Рауле в последний путь, как провожали когда-то скайлы своих воинов. Погребальный костер взметнулся с высокого холма в жаркое небо, унося с собой не тело нашего друга — его дух.

Рядом со мной стояли Юл и Кими. Для вдовы Дариса ритуал имел особое значение, Камилом звали ее еще не рожденного ребенка. Имена своим детям скайлы давали задолго до появления на свет.

В тот же день Кими, уже с соблюдением всех тонкостей этой церемонии, попросила меня стать инорой для ее сына, а Юла — его сводным братом. Тишина в зале, где все происходило, стояла оглушительная, а я тянула с ответом. Из памяти никак не уходили объяснения демона, ради чего все это затевалось.

Искандер столько сделал, чтобы получить свободу, мне не хотелось своим поступком отнимать ее у него.

В какой-то момент, разрываясь между пониманием, что хоть и не виновна в смерти ее мужа, все равно несу ответственность за эту женщину, и тем, что сделал для меня Искандер, встретилась с ним взглядом. Адмирал не был совсем уж спокоен, но загнанным в угол не выглядел. Заметив, что я смотрю на него, медленно опустил ресницы, давая молчаливый совет.

Но поверила я едва заметной усмешке, в которой на миг скривились его губы. Кажется, он предусмотрел и такой вариант.

Мне бы обратить на это внимание, но я лишь испытала облегчение — на этот раз обошлось без мучительного и заранее проигрышного выбора.

А на следующее утро меня разбудил экстренный вызов. Роды у Кими начались раньше срока.

Совпадение? Возможно! Я посчитала знамением. Рауле ушел, чтобы вернуться.

Роды были тяжелыми и долгими. В Храме пел ветер, играя со множеством колокольчиков и лентами прозрачной ткани, которыми закрывались проходы внутренних помещений.

Несмотря на некоторую архаичность прибежища Стихии, которой поклонялась Кими, родильный зал был оборудован не хуже, чем медицинский комплекс на базе Управления. Но это не успокаивало и с каждой ушедшей в прошлое минутой, ожидание становилось все более тягостным.

Беспокоились мы не зря, пусть и не догадывались о причине. Узнали о ней от служки, который вышел объявить о рождении… детей.

О том, что у нее будет двойня, Кими не сказала никому. Врачи, следившие за ее здоровьем во время беременности — тоже. Это было ее решением.

Неожиданности на этом не закончились. Свою дочь вдова Дариса нарекла Таши.

Не считая Тимки, у меня теперь было трое детей. Чужих, но… своих.

Очередной сюрприз настиг меня через пару месяцев после этого события. Жизнь начала входить в свою колею, шум в Галактике стихать. К присутствию поблизости домонов уже начали привыкать.

Ничего удивительного. Явно в чужие дела те не лезли, а то, что их тень мелькала за всеми более менее значимыми решениями… так, не пойман, не вор. Харитэ и Шураи, который оказался едва ли не ее правой рукой, действовали весьма дипломатично.

Впрочем, меня это особо не интересовало. В моей жизни появился новый принцип: подальше от начальства — целее нервы. Это позволяло избегать множества проблем.

Я продолжала летать на патрулирование, успевая дрессировать и группу, и экипаж, обновившийся наполовину.

По моей настоятельной просьбе Тараса назначили капитаном перехватчика в звене Ван Хилда. Костаса я тоже попыталась пристроить в надежные руки, чтобы и поблизости, но и не на глазах, но он пригрозил застрелиться. Шутка, но была в ней неприкрытая горечь. Пришлось оставить хакера в покое. Рустама я отдала Стелькову, демонам больше не было места на борту моего корабля.

Нового помощника мне нашел Таласки. Им оказался молоденький капитан-лейтенант с новой партии «сосланных» к нам из Союза. Ни широкого разворота плеч, ни убежденности в своей правоте во взгляде, ни бросающейся в глаза мужской красоты, от которой бы сходили с ума женщины…

В том, что Игорь не ошибся, я убедилась во время первого же испытательного полета. Антон Сумароков великолепно «держал» всю картину тренировочного боя, умудряясь и не лезть под руку и предугадывать мои приказы. В спарринге он тоже оказался хорош, против Стаса продержался почти две минуты. Для меня это был показатель.

Первого пилота — Джастина, привел адмирал. Против скайла за штурвалом я ничего не имела, как и против доли бесстрастности, которую тот олицетворял.

С самим Искандером мы продолжали встречаться, ничего друг другу не обещая. Не сказать, что афишировали наши отношения, лично я о субординации никогда не забывала, но в Службе о них не знал только слепой и глухой.

Пришел он ко мне после нашего возвращения из кангората. Я была уверена, что флагманский щитоносец уже покинул окрестности «Танталиона», потому и удивилась, когда после отбоя Искандер появился в моей каюте.

Все решила одна мысль. Наша с ним жизнь была настолько непредсказуема, что рассчитывать на лучшее завтра не приходилось. А раз так… Стоило ли думать о будущем, если мы с ним теряли настоящее?

Я посторонилась, пропуская его внутрь, он — вошел. Слова нам были не нужны.

Вот на фоне этой кажущейся идиллии и поступил приказ прибыть на базу Управления, ставший для меня полной неожиданностью. Если Искандер и использовал свое личное положение, чтобы увидеть меня, то лишь для того, чтобы самому оказаться на «Танталионе».

Спустя трое стандартных суток я остановилась перед дверью кабинета вице-адмирала, ощущая странное волнение. Как на краю пропасти.

— Боишься? — раздался из-за спины знакомый голос, заставив вздрогнуть.