Танец с герцогом - Дэр Тесса - Страница 58

Но когда она сегодня появилась в их апартаментах одетая в это самое платье… Святые небеса! Спенсеру показалось, будто его ударили в солнечное сплетение. Его сердце замерло на мгновение, а в груди поселилась боль. Он вдруг внезапно осознал, что может назвать собственную жену одной из красивейших женщин мира. Когда это произошло? Спенсер весь вечер не мог найти ответ на вопрос: изменилась ли Амелия или изменения произошли в нем самом?

Но теперь он получил ответ. Все дело было в Амелии. Только в ней. Возможно, она не изменилась. Но что раскрылась, это точно.

– Она пользуется у джентльменов популярностью, не так ли? – Теперь голос Клаудии звучал нахально. – Наверное, мне стоит попросить ее поделиться опытом.

В душе Спенсера зародилось какое-то тревожное ощущение. С тех пор как Амелия предположила, что Клаудия ревнует его, он стал чувствовать себя неловко в присутствии кузины. Спенсер сомневался, что предположение Амелии верно, и все же он боялся спросить, чтобы ненароком не узнать правду. Честно говоря, он вообще теперь не знал, как разговаривать с Клаудией. Он и раньше-то не слишком преуспевал в этом, а в последнее время она и вовсе стала вспыльчивой и раздражительной. Спенсеру претила мысль о том, что она взрослеет и все больше отдаляется от него.

– Тебе давно пора спать, – заметил он.

Клаудия драматично вздохнула.

– Ты собираешься до конца жизни обращаться со мной как с ребенком?

– Да. Потому что опекуны так и поступают. – Клаудия недовольно надула губы, и Спенсер многозначительно добавил: – Спокойной ночи.

Как только Клаудия ушла, он снова принялся разглядывать гостей, чтобы отыскать среди них Амелию. Это было нетрудно. Стоило только найти глазами кучку джентльменов.

Он был не одинок в своем восхищении Амелией, но не слишком радовался подобному обстоятельству. Ему больше нравилось думать, что у Амелии не имелось лучшей перспективы, чем брак с ним. Что ему не надо беспокоиться о том, что ее может отнять у него другой мужчина.

Спенсер отхлебнул бренди. Сегодня он беспокоился. Очень беспокоился. Когда она посмотрела на него сегодня там, за ширмой, в ее взгляде читалось такое сомнение. Неужели она не представляла, что для него значит? Господи, да ведь он здесь. На балу. В Оксфорде. Ради нее. Одного этого хватило бы, чтобы понять.

Очевидно, Амелия не понимала. Спенсер собирался объяснить ей кое-что. Неторопливо и подробно. А для человека, давным-давно поклявшегося никогда ни перед кем не объясняться…

Словом, Спенсер с нетерпением ждал этого момента.

Он спустился по лестнице и вошел в зал как раз в тот момент, когда раздались первые звуки вальса. Амелию уже пригласил какой-то местный фермер, имя которого вылетело у Спенсера из головы, но ему не было до этого никакого дела.

– Полагаю, это мой танец, – произнес он, протянув руку жене прямо перед носом у пригласившего ее джентльмена.

Амелия укоризненно посмотрела на мужа, но джентльмена уже и след простыл. Положив руки на талию Амелии, Спенсер закружил ее в вальсе.

– Уже полночь? – поддразнила она.

– Почти. Кстати я готов ответить на твой вопрос. Тот, что ты задала чуть раньше.

– О нет, – запинаясь, произнесла Амелия. – Нет, прошу тебя. Это было очень глупо с моей стороны и…

– Ты сказала, что я смотрю на тебя весь вечер.

– Ну… да.

– О да. Я действительно на тебя смотрел. Как и остальные мужчины в этом зале. Только не говори, что ты этого не заметила.

– Их всего лишь привлекла новизна.

– Так ты их сегодня называешь? – Спенсер многозначительно посмотрел на груди Амелии.

Девушка залилась краской.

– Полагаю, удачно сшитое платье творит чудеса с верой в себя.

– Хм. – Спенсер крепче сжал талию жены. – Нет, Амелия, платье и новизна тут ни при чем. Все дело в тебе. Ты их привлекаешь. Привлекаешь всеобщее внимание. Заигрываешь, танцуешь и смеешься с каждым джентльменом, что проходит мимо. И ты наслаждаешься их вниманием. Не отрицай этого.

– Хорошо, не буду. – Амелия посмотрела на мужа с подозрением. – Ты недоволен?

Прекрасный вопрос. Спенсер уже задавал его себе. Но он не мог ответить на него здесь.

– Нам необходимо уйти, – произнес он. – Немедленно.

В глазах Амелии вспыхнуло беспокойство.

– О… О да, конечно. Тебе дурно. – Она понизила голос. – Дотянешь до конца вальса? Мы привлечем меньше внимания, если…

– Немедленно. – Спенсер резко остановился.

– Хорошо. Иди вперед, а я извинюсь перед леди Грантем.

– Ты идешь со мной.

– Но я должна…

Черт, когда же она научится не спорить с ним? Нетерпеливо вздохнув, Спенсер крепче обнял жену за талию, второй рукой подхватил ее под колени и поднял на руки. Ее ошеломленный вздох опалил ему кровь.

Танцующие вокруг них замерли на месте.

Спенсеру стоило немало труда не улыбнуться, когда он произнес:

– Мы уходим. Вместе. Сейчас.

Да он настоящий дикарь.

Амелия читала это в глазах гостей. Ибо взгляды всех без исключения присутствовавших были устремлены на них со Спенсером. Кто-то пребывал в ужасе, кто-то откровенно веселился. Гости ожидали чего-то подобного, и Амелия пожалела бедную леди Грантем, ибо после такого представления вечер закончится довольно быстро. Гости поспешно разъедутся по домам, чтобы обсудить увиденное с друзьями или слугами и написать письма дальним родственникам. Количество сплетен о скандальном поведении Спенсера удвоится в течение суток.

Да, в умении создать себе определенную репутацию ему не было равных.

Когда Спенсер нес жену мимо стоявшей с открытым ртом леди Грантем, Амелия попыталась попрощаться с ней:

– Спасибо за чудесный вечер. Увидимся за завтраком.

Спенсер же крепче прижал к себе жену и произнес громко, чтобы слышали все:

– Не стоит ничего обещать.

Не в силах больше сдерживаться, Амелия рассмеялась.

Когда они направились к лестнице, она подумала, что Спенсер поставит ее на ноги. Ведь если ему понадобилось покинуть зал столь спешно, значит, он почувствовал себя плохо. Как умно с его стороны сделать вид, будто он хочет поскорее оказаться в постели со своей молодой женой. Ведь молодоженам прощалось многое. Спенсер дал понять любопытным, что его слабостью была жена, а не склонность к грубому и непредсказуемому поведению. И Амелия сочла это маленькой победой.

– Послушай, – прошептала она, когда они начали подниматься по ступеням, – теперь я могу передвигаться сама.

Спенсер лишь фыркнул в ответ, продолжая шагать через две ступеньки сразу. И Амелия не стала спорить, так как происходящее доставляло ей огромное удовольствие.

Спенсер поставил ее на ноги перед дверью, ведущей в их апартаменты, а едва они переступили порог и закрыли за собой дверь, он прошел прямо в спальню и начал развязывать галстук.

Решив дать ему немного времени, чтобы прийти в себя, Амелия шагнула к туалетному столику и стянула с рук перчатки. Затем расстегнула браслет и положила его на позолоченный поднос.

– Спасибо за сегодняшний вечер, – тихо произнесла она, наблюдая в зеркало, как муж развязывает галстук и отбрасывает его в сторону. – Я знаю, какое это было испытание.

– В самом деле? – Сняв сюртук и оставшись в одной сорочке и жилете, Спенсер подошел к жене и встал у нее за спиной.

Их взгляды пересеклись в зеркале. Глаза Спенсера потемнели.

Амелия робко сглотнула и потянулась рукой к сережке.

– Не снимай, – приказал Спенсер.

Замерев при звуке его голоса, Амелия смотрела на отражение мужа. Он не побледнел и совсем не выглядел больным. Напротив, он излучал силу и мужественность. А потела и дрожала как раз Амелия, но не он.

– Оставь жемчуг на месте, – повторил он, кладя руки на бедра жены. – Я хочу, чтобы ты выглядела так же, как там, в зале.

Амелия оперлась руками о туалетный столик, невольно подавшись вперед.

– Да, – хрипло простонал Спенсер. – Еще. Покажи мне то, что показывала весь вечер остальным мужчинам. – Он дернул Амелию за бедра, заставив ее еще больше наклониться вперед. От этого ее груди едва не выпрыгнули из декольте, требуя внимания. Даже она сама не могла отвести от них взгляда.