Время перемен - Макинтош Джон Т. - Страница 42

– Зачем прикидываться, что ты так удивлен? Ты хотел убить меня, но не смог. Вместо этого тебе пришлось спасти меня. Я думаю, что ты сумел уговорить себя, что тебе незачем убивать меня в огне, а будет гораздо проще и удобнее доставить меня сюда, и подождать пока не исчезнет стасис – тогда со мной все равно будет покончено. Но правда заключается в том, что ты не смог убить меня.

Самое большее, что тебе удалось сделать – поместить меня в такие обстоятельства, в которых я должен был погибнуть.

Теперь пришла очередь Миранды не успевать за развитием событий. Кое-что она сумела понять, но у нее еще явно оставались вопросы.

А вот Грег сразу меня понял. Он смотрел на меня с откровенной ненавистью и скрытым страхом.

– Кто ты такой, Вэл Матерс? – прошептал он.

– Никто, наверное, – ответил я. – Но однажды Джота хотел избавиться от меня. Ему это почти удалось, но я сумел вернуться. А в следующий раз, когда у него появилось подобное желание, я ничего не почувствовал, вообще ничего. А час или два назад, меня попытался убить ты. Ничего у тебя не вышло, не так ли? Тебе пришлось привести меня сюда и «надеется», что я умру. А когда Джота и я начали драться, то он погиб.

Миранда застыла в неподвижности.

– У тебя иммунитет, Вэл, – прошептала она. – Ты был первым человеком, обладавшим этим качеством. В том варианте прошлого у тебя не было детей, а после того, что я сказала тебе…

Теперь я все окончательно понял – мне стало ясно, что именно изменилось и почему.

Джота, оказывается не имел никакого значения. В исходном варианте прошлого он умер; во втором варианте, тоже. Значит, он ничего не значил. Он был всего лишь посторонним фактором.

Со мной дело обстояло иначе. В первом варианте я явно не погиб во время пожара – иначе из меня не смогли бы сделать козла отпущения. Во втором варианте пожара, который получился после вмешательства великанов, я тоже не должен был погибнуть – почему-то я был в этом уверен.

Изменилось одно: благодаря Миранде я узнал, что у меня будут нормальные дети. Теперь (а Миранде я верил – в основном верил) у меня они несомненно будут.

А Грег превратился в импотента.

Тут я, наверное, был не совсем прав.

Теперь его внимание было полностью сосредоточено на мне.

– Ты, – пробормотал он. – Значит все дело было в тебе. Вмешавшись, мы тебя изменили. Пока нас не было ты, Шейла и Дина оставались дома и так ничего и не узнали, пока все не было кончено. У вас были спущены занавеси, никто вам не звонил, электричество продолжала работать, вы ничего не слышали. Потом вы все отправились спать и заснули, и только на следующий день узнали, что Шатли сгорел дотла. Но мы вмешались и…

– И Джота все равно умер, – сказал я. – Ведь именно этого хотел ты – до самого последнего времени.

Когда ты лишился своего драгоценного Дара, ты понял, что это каким-то образом связано с тем, что произошло этой ночью. Дар был утерян. Здесь произошло нечто, и Дар не стал развиваться далее…

– Да, – прошептала Миранда

– И ты решил все сделать наоборот, – сказал я Грегу. – Миранда пришла сюда, чтобы спасти Джоту, значит тебе нужно убить его, ведь вы оба считали, что если он спасется, то Дар может ослабеть. Некоторое время назад, когда ты обнаружил, что потерял свой Дар, ты пришел к выводу, что для спасения Дара нужно попытаться спасти Джоту. Вот ты и пришел за ним, но ты опоздал, Грег – я уже успел убить его.

Он бросился на меня.

Я все еще сидел на земле. Грег оказался в дурацком положении – в данной ситуации я мог двигаться быстрее, чем он. Грег тяжело упал на то место, где я только что сидел. Хорошо понимая, что тут не до соблюдения правил честной игры, я сильно лягнул его по почкам и вскочил на ноги. После этого его движения стали заметно медленнее.

Кроме того, я успел лягнуть Грега в пах, прежде чем он успел прийти в себя.

Как только он поднялся на ноги, хотя и получив чувствительные удары, у меня сразу возникли проблемы. Миранда попыталась помочь, но Грег разделался с ней в две секунды. Один небрежный взмах руки Грега, который пришелся ей в плечо, и Миранда сразу потеряла интерес к нашему поединку.

Грег не успел снять костюм. В целом, мне это было выгодно. Хотя пластик до некоторой степени защищал его, да и схватить Грега, как следует было трудно, зато все тепло, которое генерировало тело моего противника оставалось внутри костюма. Вероятно, и доступ кислорода был постоянным, явно не рассчитанным на дополнительное потребление.

Придя к такому же заключению, что и я, Грег попытался избавиться от костюма, но я не давал ему этого сделать. Вскоре он стал дышать, как рыба выброшенная на берег.

Ему всего один раз удалось достать меня, и хотя удар, пришедшийся в правую часть груди, получился скользящим, боль была такой сильной, что я сразу понял: если пропущу еще один или два удара, то со мной все будет кончено.

Используя его массу и инерцию, я сумел сделать Грегу подсечку. Возможно, я допустил ошибку, потому что он поднялся на ноги в такой ярости, что мне стояло ясно – он успокоится только когда убьет меня.

Он никак не мог снять костюм. Всякий раз, когда Грег пытался это сделать, я наносил ему чувствительные удары или проводил бросок.

Моя тактика принесла свои плоды, потому что, когда Грегу, наконец удалось нанести мне удар в голову и перед моими глазами все поплыло, но, вместо того, чтобы покончить со мной, попытался избавиться от костюма. Это спасло мне жизнь.

К тому моменту, когда он остался в одних плавках, я уже мог продолжать поединок.

Теперь ситуация изменилась. Если раньше, пока он был в костюме, мне не было никакого резона пытаться выбросить его за стены стасиса, то теперь это означало победу.

Я пытался совершенно сознательно сделать то, что с Джотой получилось случайно – сжечь Грега. Пламя вокруг стасиса стало заметно меньше, но жара снаружи было вполне достаточно, чтобы мгновенно покончить с ним.

В отличие от Джоты, Грег знал, что его в этом случае ждет. И он пытался сделать тоже самое со мной.

Наконец, ему удалось сбить меня с ног, а потом он прыгнул на меня сверху, надеясь придавить своей массой. Я частично успел откатиться в сторону, но Грег схватил меня, и я ничего не мог поделать с его громадным весом.

Он поднял кулак, чтобы одним ударом покончить со мной.

И упал на меня, потеряв сознание.

Я медленно выбрался из-под него. Над нами стояла Дина. Она нашла камень и треснула им Грега.

– Я его убила? – с беспокойством спросила она.

– Даже если и так, я не буду об этом горевать, – пробормотал я.

– Я не хотела его убивать. Но если бы я не стукнула его, то он отнял бы у меня камень. Поэтому я довольно сильно ударила его.

– Ты не убила его, Дина, – сказал я, отходя от Грега к Миранде, которая неуверенно пыталась подняться. Я протянул ей руку, но она покачала головой и снова села на землю. Этой ночью ей уже не первый раз доставалось от Грега.

Я повернулся к Дине, которая превратилась в удивительно привлекательную незнакомку. На ней была чистая белая блузка, короткая черная юбка с широким поясом, нейлоновые чулки и узконосые туфли. Видимо она с самого начала пожара попала в безопасное место.

Я спросил у нее, что произошло.

– Я смотрела телевизор с Барбарой и Джилом, – ответила она. – Мы услышали крики. Потом телевизор перестал показывать, а в окне появилось зарево. И тут же в другом окне все стало красное. Джил закричал:

«Берите Гарри и спускайтесь в подвал».

Так вот значит, как все у них получилось… До вмешательства великанов, когда Джил был дома с Барбарой и Гарри, первой реакцией Джила было спрятаться в подвале.

Довольно разумная мысль… беда заключалась в том, что Джил решил, что их окружает обычный пожар. В этом случае их подвал был бы превосходным убежищем, но во время Большого Пожара в Шатли любой подвал быстро превращался в самый настоящий камин, где всякого, кто там оказался, ждала медленная и мучительная смерть.