Посох. Тетралогия - Раткевич Сергей - Страница 92

Охотники всегда найдутся.

Нет уж. Нужно решить эту проблему по-другому. Но как?

Рыжий Хэк встал и, призвав на помощь все свое красноречие, попытался убедить «Уважаемых Членов Совета» снять с обсуждения все эти завещания, как явно абсурдные, и решить вопрос, исходя из необходимости и здравого смысла.

В ответ он услышал, что недостаточно родовит, чтобы вообще открывать рот в столь почтенном собрании.

— Кто вы, собственно, вообще такой? — брезгливо поинтересовались у него.

— Вопрос, недостойный рыцаря и дворянина, — ответил Рыжий Хэк.

— Ответ, достойный черни, — нагло улыбнулся спросивший. — Будь у вас хоть сколько-нибудь значительный титул, вы не постеснялись бы назвать его.

— Свою принадлежность к рыцарскому сословию я могу доказать с оружием в руках, — негромко пообещал Рыжий Хэк.

— Голь перекатная часто дерется на мечах, — пожал плечами «благородный рыцарь». — У людей родовитых и знатных существует масса других обязанностей. В частности, они должны принимать важные решения на собраниях, подобных этому. А любители подраться пусть отправляются на турниры и не открывают рот на собраниях Королевского Совета.

— Вы и не представляете, какое важное решение мне предстоит принять, — негромко, как бы в раздумье проговорил Рыжий Хэк. — Например, кто из вас выйдет отсюда живым, а кто нет. И с оружием в руках такое решение принимать значительно удобней.

Ревнитель чистоты родословных испуганно замолк, а Хэк мысленно выругал себя последними словами за то, что не сдержался.

У принцессы, конечно, были сторонники — и немало… но узнав, кто именно стал ее избранником, многие от нее отшатнулись.

Тем более, что постоянно вставал вопрос о других претендентах, и никто не мог ответить — а Рыжий Хэк мог, но не хотел — куда же они все подевались. Выглядело это все… ну, скажем так — подозрительно.

Просовещавшись несколько часов, Королевский Совет так и не пришел к мнению, ну что же ему такого решить по данному вопросу. И мудро решил ничего не решать. Так оно как-то спокойнее, знаете ли…

Самый родовитый и важный предложил отложить дело до выяснения, куда подевались остальные претенденты на престол — а пока все это будет выясняться, назначить его, как самого знатного и уважаемого, Местоблюстителем при королевском троне.

— Кошмар! — сказала принцесса Оанхиль. — Этот еще хуже отца.

— Ну… проживет он гораздо меньше, — утешил ее Рыжий Хэк, и на его лице сама собой образовалась очень неприятная улыбка.

Родовитый Местоблюститель, важно поводя глазами по сидящим перед ним членам Королевского Совета, вдруг наткнулся взглядом на эту улыбку. Наткнулся — и замер. Казалось, он разучился дышать. Яростно рванув тесный ворот своего пышного одеяния, он уставил палец на Рыжего Хэка и уже открыл было рот, намереваясь что-то сказать — но тут запертая дверь Зала Королевского Совета внезапно с грохотом влетела вовнутрь. Вслед за дверью в зал влетели двое стражников. С лязгом теряя оружие и доспех, они с маху приземлились на собственные металлические зады, да так и остались сидеть. Наступила зловещая тишина.

Обернувшимся на грохот членам совета был виден только участок полутемного коридора, ведущего в Зал Совета, да громадная темная фигура, недвижно стоящая в нем. В невероятном молчании фигура шагнула в зал.

— Седой! — прошелестело по залу ледяным ветром.

— Мертвец! — прошуршала паническая волна.

— Мертвый пришел… мертвый… — вторило эхо.

— Это он за королем пришел! — пискляво выкрикнул кто-то. — За королем! Не за нами! Не за нами… Не за нами?

— Короля здесь нет! — подхватил другой. — Нету его! В покойницкой он лежит! В покойницкой!

Фигура стояла молча.

Не двигаясь.

Но Рыжий Хэк мог бы поклясться, что она дышит. Значит — живой. Кто бы он ни был — живой. Не призрак, не колдовской морок. Обычный человек, пусть и наделенный немалой силой, но — живой. Живые не являются большой проблемой.

Рыжий Хэк видел перед собой громадного, сходного с медведем воина. Совершенно седые волосы длинными прядями ложились на плечи. Густая серебристая борода почти скрывала лицо, словно бы вырезанное из древесных корней. Но самым удивительным был длинный плащ. Тяжелая, почти непробиваемая кольчуга работы северных гномов — вот из чего был изготовлен плащ этого воина. Точней говоря, кольчуга эта изначально делалась как плащ, причем делалась именно для этого воина.

«Сколько же должна весить такая штука?» — подумал Рыжий Хэк. — «Ну и дядя!»

Рыжий Хэк был потрясен — но, в отличие от всех остальных, отнюдь не испуган. Откуда ему было знать, что этот невероятный плащ вошел во многие воинские поговорки Аргелла, а самого герцога задолго еще до того, как его стали звать Герцогом Седым, прозывали Герцог Стальной Плащ — и не было в Аргелле воина, равного ему в доблести. Именно этот плащ заметал мрамор дворца, пока личная гвардия герцога вежливо просила королевскую охрану «пойти и выпить за здоровье Его Светлости!» Королевская охрана сочла за лучшее не спорить. С такой убедительной штукой, как холодная сталь, ну совершенно невозможно спорить. Тем более, что король умер, и на его месте все еще никто не здравствует. Так кого охранять? Всех этих претендентов и членов совета? А если герцог станет королем? Нет, это понятно, что не положено… ну а — ЕСЛИ? И что тогда? Нет уж, лучше быть пьяным и живым, чем трезвым, но покойником. Королевская стража с достойным удивления мужеством удалилась, и теперь дворец был, по сути, в руках Седого. И это от его решения зависела дальнейшая судьба Аргелла.

Рыжий Хэк услышал шум во дворце и быстро догадался о его происхождении.

«Вот тебе и справился с заданием!» — подумал он. — «Нет, ну надо же было такого дурака свалять!»

— Кто это такой?! — шепотом спросил он у Роади.

— Герцог… — чуть приметно заикаясь, ответил тот. — Герцог Седой. Мертвец.

— На мертвеца он не похож. — ответил Рыжий Хэк. — Совсем. А вот на будущего короля Аргелла похож гораздо больше, чем бы мне хотелось. Его люди только что расправились со стражей. Кто он такой? Ну же, быстро.

— Прославленный воин. Полководец. В сражении ему нет равных. Лимеа казнил его сыновей… по обвинению в измене… но измены не было. Герцог был в походе. Жена умерла от горя… он вернулся — и никого… — глотая слова, заторопился Роади. — Он отказался от места… плюнул на пол… ушел… хотевший на его место в совете… поскользнулся… шею сломал на плевке… теперь только сорок три члена совета… место герцога свободно. Лимеа объявил о его смерти — значит, неправда… Раньше еще герцог заперся у себя, король ходил с войском, но… потом значит, и появились эти слухи о смерти герцога…

— Герцог ненавидел короля, — сказал Рыжий Хэк. — Но свергать не стал. Почему?

— Не знаю, — ответил Роади, неотрывно глядя на герцога.

— Да живой он, живой… — вздохнул Рыжий Хэк. — А лучше бы — мертвый… мертвый не может претендовать на трон. Оставайтесь пока здесь, — добавил он, подымаясь с места и направляясь к неподвижно застывшему герцогу.

Герцог и впрямь стоял неподвижно. Как скала. И так же неподвижно сидели перепуганные насмерть члены королевского совета. Вот только похожи они были не на скалы, а на диковинные грибы, вдруг выросшие прямо посреди Зала Королевского Совета.

Рыжий Хэк медленно приближался к Герцогу Седому, на ходу примериваясь, как его в случае чего убить.

«Вот это претендент!»

— Здравствуйте, детки! — внезапно раздался голос Герцога Седого. — Я — злая фея! Меня забыли пригласить. Но я все равно пришел. С подарками. Это добрые феи могут забывать свои подарки дома. Злым феям ни в коем случае этого делать не следует.

Его глаза еще раз обежали зал и остановились на Рыжем Хэке. Брови герцога удивленно поползли вверх.

— Что ты здесь делаешь, солдат? — спросил он. — Могу поспорить, что смертная невесомость меча знакома тебе так же хорошо, как и потная тяжесть пешего перехода. Что ты делаешь среди этих кремовых пирожков с дерьмом?

— Пытаюсь их не есть, — улыбнулся Рыжий Хэк. — Противно же…