Пират моей мечты - Макгрегор Кинли - Страница 29

Она даже не потрудилась снять платье, и шелк в белую и розовую полоску сильно помялся. Взгляд Моргана приковали две очаровательные маленькие ножки, выглядывавшие из-под смятого подола. Что за изящные нежные пальчики, размером и формой походившие на молодые бобы… А ведь прежде он никогда не обращал внимания на женские ступни.

Растроганно вздохнув, он только теперь заметил, что в комнате что-то переменилось. Свет. Здесь стало меньше света.

Он перевел взгляд на окно. Его украшали новые длинные шторы.

Глаза Моргана едва не вылезли из орбит.

Нет! Неужто Серенити…

О да! Она оказалась способна на такое!

Бросившись к погубленным парусам, он в ярости возопил:

– Какого черта вы наделали?!

Серенити, разбуженная посреди мирного сна, испуганно вскрикнула и со страхом обвела глазами комнату.

– А-а-а, – протянула она, успокаиваясь, – это вы. Слава Богу!

– Да, – подтвердил он. – Это я. Человек, который вас сейчас убьет!

В ответ на это заявление она с улыбкой изогнула бровь:

– Вы вознамерились лишить меня жизни?

Морган стиснул зубы. Что же она натворила, эта своевольная особа? Только этого недоставало! У него за кормой какой-то корабль, судя по флагу, дружественный, но можно ли этому флагу доверять? Его ведь могли выбросить пираты, да и любой другой враг с единственной целью – усыпить бдительность капитана и команды «Мести Тритона». Морган хорошо знал подобные уловки и почитал за правило в любом приближавшемся судне видеть врага и соответствующим образом готовиться к встрече с ним. Беспечность многим стоила головы.

– Знаете ли вы, мисс Джеймс, что парусина, которую вы самовольно превратили в занавески, предназначалась для починки парусов?!

Серенити с деланным недоумением захлопала глазами:

– Уж не хотите ли вы сказать, что у вас на борту только и было запасов парусины, что два этих жалких кусочка?

– Именно так. А теперь мы и их лишились по вашей милости.

– Вам меня не провести, капитан Дрейк! Я доподлинно знаю, что на парусниках всегда огромные запасы парусины. Целые кладовые в трюмах доверху ею забиты. Вы просто пытаетесь…

– До недавнего времени у нас были большие запасы, – нехотя кивнул Морган. – Но после шторма переборка в той части трюма, где они хранились, оказалась повреждена, и вся материя пришла в негодность. Неповрежденными остались только те два полотнища, что хранились в моем сундуке.

«Ничего себе!» – было написано на ее лице. Серенити стало не по себе. Она поняла, что слишком далеко зашла в стремлении поставить его на место.

В каюту, предварительно постучав костяшками пальцев по дверному косяку, заглянул Кит:

– Прошу прощения, капитан. Лу говорит, шлюп несется как оглашенный прямо на нас. Если мы не выбросим флаг, они, чего доброго, примут нас за пиратов.

Морган, сощурившись, смерил Серенити убийственным взглядом.

– Мы еще продолжим наш разговор.

Он подошел к столу, вынул из ящика ключ и сжал его в руке. Потом отыскал американский флаг в высоком сундуке, что стоял у самой двери, и сунул его под мышку.

В проеме он остановился и строго приказал Киту:

– Глаз с нее не спускай, понятно? Если она дотронется до какой-нибудь из моих вещей, швырни ее за борт!

Глаза у Кита округлились.

– Есть, капитан.

Морган выразительно взглянул на нее:

– Это не шутка, мисс Джеймс. Имейте в виду!

Серенити с напускным равнодушием пожала плечами и отвернулась к окну.

– Чем это вы так рассердили нашего капитана, мисс? – полюбопытствовал Кит, как только за Морганом затворилась дверь.

Серенити поднялась с койки и большим пальцем указала на окно.

– Сшила занавески из двух последних полотнищ парусины.

Глаза Кита сделались еще больше. Казалось, они вот-вот вывалятся из орбит.

– Ничего себе! Как же вам такое в голову пришло, мисс?!

– Сама не знаю, – вздохнула Серенити. Мысленно коря себя за глупый поступок, она склонилась над свернутыми флагами, которые Морган в спешке оставил лежать на полу.

Их оказалось четыре – ирландский, французский, британский и испанский.

– Зачем они все капитану Дрейку? – спросила она, аккуратно сворачивая их.

Кит помог ей сложить флаги в сундук.

– Если на корабле дружественный флаг, то ему почти всегда удается пройти мимо других кораблей без всяких недоразумений.

– А если флаг на мачте недружественный?

Кит поджал губы и нехотя ответил:

– Могут атаковать. И команда почти всегда сдается после нескольких выстрелов из пушек.

– Правда? – удивилась она. – А я думала, морские бои всегда бывают долгими и ожесточенными.

– Вовсе нет, мисс. Сражения на море – вещь очень опасная. Сколько раз нам доводилось подбирать в открытом море бедолаг с кораблей-победителей. Одно-два пушечных ядра в уязвимое место – и обе посудины идут ко дну.

– Но тогда какой смысл устраивать такие побоища?

Кит пожал плечами:

– Бывает, иначе нельзя. Последнее средство, мисс. Особенно если… – Юноша неожиданно умолк и, судя по его виду, не испытывал желания продолжать начатый разговор.

– Ты сказал: «Особенно если…»! – с жадным любопытством воскликнула Серенити. – Что ты имел в виду?

Кит почесал затылок и, морщась, с большой неохотой пробормотал:

– Особенно если на мачте виднеется «Жоли Руж».

– Ты имеешь в виду «Веселый Роджер»?

– Нет, мэм. «Жоли Руж» или «Джолли ред» – это пиратский красный флаг смерти. Означает, что никого в живых они не оставят.

У Серенити пересохло во рту.

– И часто тебе случалось видеть этот «Жоли Руж»? – спросила она полушепотом.

Юноша отвел глаза, плечи его поникли. Он явно жалел, что коснулся этой темы. Но Серенити ждала ответа, и он не стал кривить душой.

– Гораздо чаще, чем хотелось бы, мисс Джеймс.

Морган готов был уже передать звездно-полосатый флаг свесившемуся с мачты Лу, но его остановил возглас Джейка:

– Это нас ни от чего не спасет, Дрейк.

Морган взглянул на него с опасливым недоумением.

Дрейк, привалившись к борту, кивнул в сторону судна, которое стремительно нагоняло их «Тритон», и протянул Моргану подзорную трубу.

– Это корабль Уэйворда Хауэрса. Это его «Королева смерти».

– Ты уверен? – недоверчиво спросил Морган.

– Да я даже с такого расстояния чую вонь его потрохов! И корабль его не спутаю ни с каким другим. Знаю его почти как свой, на котором я столько лет ходил по морям. И побьюсь об заклад, он уже догадался, с кем имеет дело. – Джейк поскреб пальцами подбородок и со значением прибавил: – Видишь, твое желание исполнилось. Ты должен благодарить судьбу, что «Тритону» не пришлось гоняться за этим ублюдком по Карибскому морю.

– Твоя правда, но я предпочел бы схватиться с ним на моих условиях, и чтобы у меня все паруса были целы! – Морган со вздохом поднял голову.

Меньше всего ему сейчас хотелось биться с Хауэрсом. В особенности оттого, что на борту его парусника находилась эта несносная, самонадеянная и чересчур любопытная гостья. Ввязываться в бой, когда на корабле женщина, – хуже этого просто ничего не придумать. Она в таком случае подверглась бы невероятному риску.

– Нам от него не уйти, – с досадой заключил он, кивнув на порванные паруса.

– Капитан! – крикнул Лу из «вороньего гнезда». – Они только что выбросили «Джолли ред».

Джейк выпятил губу.

– Узнаю старину Хауэрса. Это так на него похоже.

Морган повернулся к мостику и приказал Барни, стоявшему у штурвала:

– Мистер Питкерн, бейте тревогу. Мы примем бой.

– А я пока возьмусь за штурвал, – предложил Джейк. – Но на твоем месте, Морган, я дал бы этому ублюдку знать, что Мародер жив-здоров. Может, это остудило бы его пыл. Хауэрсу ведь дорога его паршивая жизнь.

Морган задумался над его словами.

Как поступит Хауэрс, обнаружив, что Мародер и Морской Волк – одно и то же лицо? Ведь за поимку Мародера британское правительство готово было заплатить вчетверо больше, чем за Морского Волка.