Вариант «Бис». Дилогия - Анисимов Сергей - Страница 135

Уже в самом начале 1918 года в Италии вышла книга под названием «Крылатая победа», принадлежащая перу небезызвестного Джулио Дуэ, на тот момент являвшегося начальником Центрального управления итальянской авиации. Отчаявшись донести до военных руководителей свои идеи о ведущей роли авиации в боевых действиях, Дуэ решился на последний шаг – изложил их в форме фантастического романа! На страницах книги Дуэ две тысячи сверхтяжелых и неуязвимых германских танков Круппа внезапно прорывают оборону союзников по всему фронту, и лишь удары могущественной соединенной воздушной армии по районам сосредоточения и тыловым коммуникациям Центральных держав заставляют Германию и Австрию запросить мира.

Впоследствии Дуэ, ставший в 1923 году дивизионным генералом, неоднократно использовал на страницах теоретических работ фантастические картины будущей войны для более яркой иллюстрации своих идей. Не отставали от него и другие военные теоретики: к примеру, значительная часть появившегося в начале 30-х годов труда «Танковая война», принадлежащего перу инспектора сухопутных сил Австрии генерала Людвига фон Эймансбергера, отведена именно картинам грядущих танковых операций. При этом Эймансбергер проводит свой эксперимент максимально дотошно, используя в качестве поля боя реальные районы Северной Франции со всеми их географическими особенностями и иллюстрируя книгу подробнейшими картами будущих сражений.

В 1936 году в Соединенных Штатах вышла книга военного журналиста С. Денлингера и капитан-лейтенанта американского флота Ч. Гери «Война на Тихом океане», исследующая аспекты военно-морского противостояния США и Японии и содержащая реконструкцию будущей войны (три года спустя русский перевод этой книги был опубликован в Советском Союзе Военмориздатом РКВМФ).

В Советской России военные игры существовали совершенно отдельно как от академической истории, так и от научной фантастики. Тем не менее великая революция, с ног на голову перевернувшая казалось бы незыблемое положение вещей и утвердившая исторические закономерности, не могла не подвигнуть писателей на сакраментальный вопрос: «А что было бы, если?»

Расцвет советской фантастики в 20-е годы сопровождался и появлением первых настоящих «альтернативных историй» в отечественной литературе. В 1928 году московское издательство «Круг» выпустило книгу трех уральских писателей В. Гришгорна, И. Келлера и Б. Липатова «Бесцеремонный Роман», одноименный герой которого отправляется в прошлое и помогает Наполеону выиграть битву при Ватерлоо. Дальнейший ход событий комментариев не требует – бесцеремонный Роман Владычин становится ближайшим советником императора и получает полную свободу перекраивать историю на свой лад. Делается это весьма изящно – эрудиция авторов позволила им довольно реалистично воссоздать колорит эпохи, а их герою – подключить к своим действиям практически всех выдающихся личностей Европы первой четверти XIX века. Правда, финал этой истории все равно оказался трагичным, вполне в духе марктвеновского романа «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» – герой гибнет по глупой случайности в вихре организованной им же революции…

В тогдашней советской фантастике этот роман оказался едва ли не единственным «классическим» представителем альтернативно-исторического направления, а вот в зарубежной эмигрантской литературе таких книг оказалось несколько больше. В романе небезызвестного генерала и литератора П.П. Краснова «За чертополохом» нарисована благостная судьба альтернативной России, сохранившей свою патриархальную монархию за стеной непроходимого чертополоха. В середине 20-х годов в Румынии вышел роман М. Первухина под названием «Пугачев-победитель». Сюжет ее, как явствует из заглавия, составляло описание победы известного бунтовщика и последовавших за этим бедствий, постигших землю Русскую… Стоит вспомнить, что еще в 1917 году Первухин опубликовал роман «Вторая жизнь Наполеона», в котором ссыльный император бежит с острова Святой Елены и возрождает свою империю в Африке.

Большинство же советских фантастов тех лет ограничивалось изображением гипотетических катаклизмов, потрясающих «несоветский» мир: бесчисленных революций, контрреволюций и переворотов – как фашистских, так и антифашистских. История родной страны при этом затрагивалась лишь изредка и косвенно. Например, в повести Бориса Лавренева «Крушение республики Итль» (1925) можно увидеть аллюзию на события Гражданской войны – некая территория Южной России отделяется от остальной страны, сохраняя у себя буржуазно-капиталистический строй – впрочем, ненадолго. Узнаёте сюжет? Правильно – «Остров Крым» Василия Аксенова!

Однако, возрождение военной мощи страны не могло не отразиться и на общественном сознании. Уже со второй половины 1920-х годов на фоне романов о фантастическом оружии и грядущей победе Мировой революции в стране начинает возникать военная фантастика «ближнего прицела», исследующая ближайшие перспективы военно-политических катаклизмов и возможности применения уже существующего оружия – или такого, которое имеет шанс появиться в самое ближайшее время. В. Левашев в рассказе «Танк смерти» (1928) описывает сверхпроходимую боевую машину, преодолевающую любые препятствия с помощью своей суставчатой конструкции. Конечно, проекты подобных агрегатов в первой трети XX века были весьма часты, поэтому несравненно больше интересовали авторов перспективы воздушной войны, столь заворожившие в свое время генерала Дуэ. В приключенческой повести известного фантаста Сергея Беляева «Истребитель 17-Y» (1928) действует сверхсовременный и неуязвимый для врага самолет (в конце 30-х годов автор переработал эту повесть в роман «Истребитель 2Z»), а в рассказе Михаила Ковлева «Капкан самолетов» (1930) вражеская авиация уничтожается зенитной артиллерией, способной наводиться на самолеты противника по звуку. Вышедшая в том же году повесть Анатолия Скачко «Может быть, завтра…» (1930) рисует будущие воздушные сражения гигантских многомоторных самолетов и дирижаблей.

На протяжении 30-х годов, советская военно-фантастическая литература постепенно выделялись в самостоятельный жанр, приобретший важное пропагандистское значение. «Романы о будущей войне» были отделены от прочей «несерьезной» фантастики (которая к тому же вступила в не самый лучший период своего существования), на них обратили внимание даже профессиональные военные. К примеру, в 1938 году появился рассказ «Разгром фашистской эскадры», принадлежащий перу одного из самых известных советских летчиков того времени Георгия Байдукова, а два года спустя рассказ «Подводная война будущего» опубликовал известный инженер-экспериментатор П. Гроховский. Даже названия таких произведений постепенно стали приобретать сугубо специфический вид – так, появившаяся в 1938 году повесть А. Шейдмана и В. Наумова именовалась просто и безыскусно – «Воздушная операция будущей войны». Знаменитый роман Ник. Шпапова «Первый удар», впервые появившийся в 1936 году и повествующий о грядущей молниеносной победе над агрессивным германским фашизмом, вскоре был переиздан не где-нибудь, а в воениздатовской «Библиотеке командира». Другая нашумевшая книга того же жанра, роман Петра Павленко «На Востоке» (1936), в течение трех последующих лет выдержала более десяти изданий!

При этом, с литературной точки зрения «романы о будущей войне» ничуть не уступали фантастике 20-х годов, а зачастую и превосходили ее средний уровень – ведь теперь к работе в «жизненно важном» для страны жанре были привлечены силы профессиональных литераторов. Рассказы и повести на эту тему писали Сергей Диковский («Подсудимые, встаньте!»), В.С. Курочкин (новеллы «На высоте 14», «Атака», «Бой продолжается» и другие, опубликованные в журнале «Знамя» в 1937 году). Даже сам А.Н. Толстой, еще в 1931 году в соавторстве с П.С. Сухотиным опубликовавший пьесу о будущей войне «Это будет». И это уже не говоря о множестве художественных и полухудожественных фильмов («Возможно, завтра», «Глубокий рейд», «На границе», «Танкисты», «Эскадрилья No5 (Война начинается)»). Часть из них не потеряли своей ценности и поныне – например, агитационный фильм «Если завтра война», снятый в 1938 году Евгением Дзиганом и удостоившийся Сталинской премии второй степени, содержит немало документальных кадров, снятых на маневрах Красной Армии.