Чародеи. Пенталогия - Смирнов Андрей - Страница 207

Стряхнув наваждение, Эргаль продолжил:

– Координатор должен был переместиться на станцию ОР–14, расположенную в южном полушарии. Именно там его ожидала исследовательская группа, которая занималась изучением дефекта Далграйна, обнаруженного в этом районе…

– Что за чушь!.. – раздался резкий молодой голос. Дэвид – и не только он один – повернул голову, чтобы понять, кто это крикнул. Послышался нервный смешок…

– Чушь! – громко повторил рыжеволосый Цзарайн. Он развалился в кресле, полулежал, положив одну ногу на другую так, что кончик правого сапога оказывался почти на уровне макушки. – Что вы нам тут вкручиваете? Дефект Далграйна не привязан к трехмерному пространству. Он не может быть обнаружен в «том» или в «этом» районе…

Послышались шепотки, кто–то вполголоса заговорил, многие вопросительно посмотрели на Эргаля. Строение планетарных метамагических полей – большая, сложная дисциплина. И высокорожденные, несмотря на свою природную одаренность к волшебству, в большинстве своем мало интересовались этой наукой.

Но не все. Кто–то пытался унять Цзарайна – принц только отмахивался, разглядывая лейтенанта скорпионцев.

Лицо Эргаля чуть побледнело. Было видно – ему очень хочется надрать уши молодому хаму, столь бесцеремонно его перебившему. Увы, это только мечта. Вместо этого Эргаль сам вынужден был объясняться. Ведь хам был принцем.

– Дефект Далграйна действительно не находится в каком–то определенном месте, – терпеливо произнес лейтенант скорпионцев. – Однако он фиксируется не всеми станциями сразу, а, как правило, одной или несколькими, расположенными поблизости друг от друга. Это связано с разницей в настройках: станции, в зависимости от своего местоположения, по–разному взаимодействующих с метамагическим полем… Поэтому удобно привязывать дефект Далграйна к тем или иным районам в нашем мире: так можно сразу определить тот уровень, на котором произошло искажение структуры.

Цзарайн в ответ ничего не сказал. Он явно не разбирался в астральном проектировании настолько хорошо, чтобы спорить с человеком, который действительно знал этот предмет… а не пытался сделать вид, что знает. Однако и приносить извинения он, конечно, не собирался.

– Эргаль, продолжайте, пожалуйста, – кашлянув, попросил Вомфад. – Господа… и дамы. Свои вопросы вы можете задать… потом… – Выразительная пауза.

Несколько тихих смешков, но спорить никто не стал.

– Исследовательская группа на ОР–14 Севегала так и не дождалась, – продолжил скорпионец. – В связи с чем возникает закономерный вопрос относительно настоящего места, в которое был перенесен Координатор. Конечно, рисунок портала создавал не сам министр – как обычно, эта рутинная работа была поручена одному из его помощников. Первое, что мы постарались выяснить, – кто именно создавал бинарный портал на этот раз. – Эргаль сделал быстрое движение рукой и тотчас же рядом с ним появилось иллюзорное изображение человека лет сорока. – Лориг–сейр–Лун–Кион, второй секретарь министра. Однако поговорить с ним нам не удалось. Практически сразу после того, как Севегал вошел в портал, Лориг ушел домой, сославшись на плохое самочувствие. Он умер через несколько минут, в своем собственном экипаже.

Эргаль несколько секунд молчал. В зале царила полная тишина.

– Нам было поручено заняться расследованием только на следующий день после исчезновения Севегала – все были слишком шокированы смертью Джейбрина, и то, что произошло с министром, отошло на второй план; кроме того, надеялись, что он объявится сам. Только когда стало ясно, что этого не произойдет и с политической сцены в такой момент кириксан Севегал ушел не по собственной воле, и была сформирована наша группа. В общем, до Лорига мы добрались лишь четвертого числа, когда его уже поместили в Колодец Скорби. Чтобы исследовать тело, нам пришлось вскрыть гробницу. Судя по остаточным следам, в его гэемон было встроено заклятье, которое включилось сразу после того, как он… сделал то, что сделал. Неизвестно, действовал ли он добровольно или был подчинен: те, кто все это организовал, должны были устранить его в любом случае, как лишнего свидетеля. Поскольку он умер недавно и, не являясь высокорожденным, мог обладать сведениями, важными для благополучия государства, мы воспользовались поправкой №4 к третьему параграфу закона о некромантии. К сожалению, и тут нас ждала неудача. В последние годы, борясь с коррупцией, Король Мертвых жестоко покарал нескольких своих вассалов, которые продавали души умерших обитателям Царства Сущего и Преисподней. В результате общение с миром мертвых в данный период затруднено: их стражи усилили бдительность, более или менее лояльные к живым вассалы временно свернули свою деятельность. Нам не удалось связаться с Сирабоном – младшим божеством, на контрактах с которым кормилась едва ли не треть всех хеллаэнских компаний, занимающихся вызовом мертвых и их последующей продажей. Нам неизвестно в точности, что сейчас там творится, – Эргаль показал указательным пальцем вниз. Имел он в виду, конечно, не подвалы Кильбренийского дворца, а места куда более отдаленные. – По непроверенным слухам, Сирабон стал одной из жертв «чистки рядов», устроенной Королем Мертвых.

«Странно… – подумал Дэвид. – Какого–то несчастного секретаря они попытались вызвать, а самого погибшего приора – нет… Почему? Нелогично… Этому должно быть какое–то разумное объяснение…»

Однако узнать, есть объяснение или нет, прямо сейчас Дэвид не мог. Он ведь не принц, и его попытка выступить, перебив докладчика, ни к чему хорошему не приведет. Сейчас лучше просто слушать, а все вопросы оставить на потом.

– Наш штатный некромант попытался самостоятельно проникнуть в Долины Мертвых, используя одну из самых безопасных лазеек. – Продолжал Эргаль. – До сих пор безопасных. Погружаясь вниз, наш некромант наткнулся на еще один слой защиты, установленный совсем недавно. Он сумел вырваться, но вернулся в реальный мир в очень плохом состоянии. И до сих пор так и не оправился, несмотря на всю помощь, которая была ему оказана. В общем, этот путь расследования оказался для нас закрыт. Конечно, мы занимались не только этим. Предупреждая ваши вопросы, заранее скажу, что мы, конечно, исследовали информационные поля на предмет наличия сведений о случившемся. Пока безрезультатно. Впрочем, информационная магия нам, по большей части, недоступна… – Он вопросительно посмотрел на Вомфада.

– Этой частью расследования занимался я сам, лично, – сообщил своим родственникам военный министр. – Самые интересные места, конечно, затерты.

– Чего и следовало ожидать, – буркнул кто–то из зала. Прозвучало еще несколько похожих реплик.

– Продолжайте, Эргаль, – попросил скорпионца военный министр.

– Сам рисунок портала, сделанный Лоригом, конечно, был изменен не раз за время прошедшее от исчезновения Севегала до начала расследования. Никто, конечно, этот рисунок не запомнил, и нам потребовалось некоторое время для того, чтобы установить, кто именно воспользовался данной телепортационной точкой сразу вслед за Севегалом. Когда мы все же этого человека нашли, то заглянули в его сознание – естественно, с его согласия – с целью узнать, что же именно он увидел перед тем, как изменить рисунок. Он не запоминал, что стирает, но глубоко в памяти эта картинка отложилась, как сохраняется все, что мы видим и слышим. Вот этот рисунок. – Эргаль сделал еще один жест, и вместо призрачного мужчины в воздухе образовалось изображение черного заклинательного круга на желтовато–охровом фоне. С точки зрения Дэвида – этот круг ничем не отличался от того, который создавала Идэль. Такая же мешанина знаков…

– А вот – рисунок портала, который на самом деле вел бы на станцию ОР–14…

Появилось второе изображение, на первый взгляд – совершенно идентичное первому. В руке Эргаля возник фантом указки.

– Как вы видите, – произнес он, – рисунки очень похожи. Настолько похожи, что если не приглядываться, можно и не заметить отличий.

Призрачная указка несколько раз метнулась от одной картинке к другой, показывая эти самые отличия: там перевернут символ, здесь чуть иначе выглядит монограмма…