Чародеи. Пенталогия - Смирнов Андрей - Страница 153

Лайла быстро распрощалась и убрала зеркало. Идэль испугал ее взгляд — напряженный, нацеленный в одну точку.

— Куда они пошли? — спросила Лайла через несколько секунд. — Я имею в виду — место.

— Я не знаю. Они должны были встретиться с представителем «Ока» в «Спектральном драконе». Он сказал, что переместит их к месту «инициации». Но где оно находится, ни Дэвид, ни Брэйд не знали…

— Ладно. — Лайла сжала губы. — Попробуем оттуда…

Она сорвалась с места, бросилась к двери и побежала по коридору. Кильбренийка последовала за ней, задержавшись только, чтобы сменить домашнюю обувь на уличную и сорвать со стены меч. Большинство студентов Академии, независимо от пола, располагали холодным оружием. Это считалось хорошим тоном.

Внизу, в холле, как обычно, болтались без дела молодые люди. Попивали пиво, кто–то принес музыкальные камни. Лениво обсуждали, не вызвать ли от скуки какого–нибудь демона помощнее и как именно зануды–учителя сумеют вычислить того, кто это сделал. Что они будут делать с вызванным демоном, особо никто не задумывался — важен был сам процесс.

На вторую девушку, в дикой спешке сбегающую по лестнице, посмотрели ещё с большим интересом, чем на первую.

— Девичьи бега, — обронил кто–то.

Идэль не обратила на смех внимания. Выскочила на улицу, поймала взглядом Лайлу — та уже была в двух кварталах — и побежала следом.

Догнать девушку ей удалось только у входа в «Спектральный дракон». Лайла плела какое–то сложное заклятье. По лицу видно — лучше ее не трогать. Немногочисленные прохожие поглядывали на ожесточенно жестикулирующую девушку без особого интереса — волшбой здесь, в академгородке, сложно кого–то удивить.

Лайла ещё не научилась работать с информационными полями так хорошо, как ее старший брат или ледяная колдунья Алиана, но на то, чтобы считать «след» троих людей, вышедших из подвальчика два часа назад, ее способностей хватило. К счастью, они не стали далеко уходить от заведения — «представитель компании» открыл путь в нескольких шагах от входа. Затем ей пришлось расшифровать использованное им заклинание, определившее направление прыжка — кропотливая работа, но спустя полчаса удалось и это.

— Идешь со мной? — спросила она кильбренийку.

Та кивнула. Проверила, легко ли выходит из ножен меч.

В Кильбрене пользоваться холодным оружием учили всех высокорожденных с детства — и мальчиков, и девочек. Практического смысла (не исключая хорошей физической формы, что всегда полезно) в этом было немного, но традицию исправно соблюдали.

В отличие от многих своих родственников, Идэль не была любительницей помахать клинком на досуге, но худо–бедно управляться с мечом все же умела. Правда, до сегодняшнего дня ей ещё не выпадало случая испытать свои навыки на практике.

Идэль очень хотелось надеяться, что и не придется, и Лайла сумеет–таки найти общий язык со своими «знакомцами».

Графиня воспроизвела заклинание, сотворенное на этом месте три с половиной часа назад и открыла путь, по которому совсем недавно прошли Брэйд, Дэвид и их безымянный проводник.

Выйдя вместе с Лайлой из межпространственного туннеля, кильбренийка увидела безмятежный пейзаж: речку, и заросли травы, и лес вдалеке…

И дом на холме.

* * *

…В какой–то момент ему стало настолько плохо, что он утратил способность осознавать себя и управлять своими действиями. Разум погрузился в какую–то тошнотворную муть, астральный двойник, сжавшись, заметался среди жгучих ядовитых токов — без четкой цели, инстинктивно стремясь найти место, где боль была бы меньшей.

Заклятье, которое принесло сюда Дэвида и поначалу направляло его движение, к этому моменту почти разрушилось: во всяком случае, удержать «клиента» на избранном маршруте оно не смогло. Дэвид вывалился в какую–то лакуну: здесь было плохо, но все–таки не настолько плохо, как на основной магистрали.

Постепенно приходя в себя, он со все возрастающим ужасом проникался безнадежностью своего положения: оставаться в «лакуне» долго он не мог — здешняя среда разъедала его медленно, но верно. Вернуться в основной поток — самоубийство. Использовать собственное волшебство здесь он не был способен, поскольку и сам присутствовал в этом месте лишь отчасти: большая часть его гэемона, особенно наиболее «плотные» его составляющие, осталась далеко–далеко, там, где сейчас находилось тело.

Да и присутствуй он тут целиком — применять магию в месте, столь насыщенном энергией, было равносильно попытке рисовать акварелью… под водой.

Он не мог понять: что же пошло не так? Он следовал по мере сил всем инструкциям Эрбана — да от него, собственно, почти ничего не требовалось: заклятье–проводник делало все само…

Может быть, ошибка заключалась в настройках и его попросту зашвырнули не в тот принимающий канал, в который должны были? Отчего–то это предположение не показалось ему хоть сколько–нибудь вероятным: работавшие в корпорации маги вряд ли могли допустить такую глупую ошибку.

Тогда в чем дело? Почему инициация убивает его?

И главное — что ему делать сейчас, когда весь выбор сводится к медленному умиранию в «лакуне» и сравнительно быстрой смерти внутри основного потока?

* * *

Процесс подготовки второго «клиента» подходил к концу, когда ворвавшийся в лабораторию охранник сообщил, что на них напали.

— Продолжайте, — велел Эрбан четверым магам, готовящимся занять свои места по углам тетраграммы.

Первая мысль — связаться с Каи: именно так он и должен был поступить в случае возникновения каких–либо проблем. К сожалению только, его «крыша» в данный момент изволила отдыхать в Преисподней и установить с нею контакт, да ещё в спешке, не представлялось возможным.

Идея сообщить о нападении любому из трех компаньонов кен Эселя была отвергнута ещё прежде чем оформилась до конца. Он был вассалом кен Эселей так же, как его отец и ещё прежде — дед. Младший брат Эрбана, Рэдрик, являлся учеником и оруженосцем графа Киррана.

Трое компаньонов Каи, как и он сам, принадлежали к старинным хеллаэно–нимрианским семьям. И тут таился скрытый конфликт между ними: Каи отнюдь не удовлетворяла та роль, которую он был вынужден играть в сложившемся союзе. Те трое воспринимали его больше как мальчика, нанятого для выполнения определенной работы, чем как равноправного партнера. Сами они были весьма почтенными и немолодыми уже людьми, опытными в старинных способах волшбы, но явно не поспевающими за новейшими разработками в сей области. Несмотря на молодость, Каи уже успел прославиться опубликованными в узких кругах работами, в которых рассматривались возможности применения чисто математических алгоритмов для увеличения эффективности работы информационных заклинаний.

Именно поэтому Каи им и понадобился.

Несмотря на то что Эрбан справедливо считал себя не столько вассалом, сколько другом младшего кен Эселя, всех подробностей соглашения, заключенного между Каи и тремя Лордами, он не знал. Из случайных фраз и той малой информации, которой с ним таки сочли нужным поделиться, он сделал вывод: трое компаньонов Каи имели доступ к какой–то очень своеобразной Силе (или возможно — к древнему артефакту), которая и позволила, не покидая Нимриан, создать астральную станцию на границах Царства Сущего.

Каи интересовал не столько выброшенный из Безумия лекемплет, сколько та Сила (или, возможно, артефакт), которая, собственно, и дала возможность проводить все эти исследования.

Но трое компаньонов Каи отнюдь не горели желанием давать ему свободный доступ к своему секретному оружию. Тем более что они и сами не очень–то понимали, как оно работает. Поэтому сразу после создания станции допуска к этой силе (или артефакту) Каи был лишен. И его такое положение вещей отнюдь не устраивало.

Справедливо опасаясь того, что его участие в союзе в будущем и вовсе сочтут излишним, Каи постарался доказать свою полезность, взвалив на свои плечи заботу о лаборатории. Он ненавязчиво поставил здесь своих людей, обеспечил приток «клиентов»… трем его компаньонам оставалось только просматривать отчеты о проведенных исследованиях и ждать результатов. Трудясь за четверых, Каи надеялся, что лень заставит их, уже после освоения лекемплета, вновь обратиться к его услугам — для создания новой станции или перенастройки существующей. Главное — чтобы его вновь допустили к работе с той силой, которая станцию произвела. На этот раз он не будет таким дураком, как раньше, не станет немедленно посвящать друзей–соратников в свои открытия. Вместо этого он попробует до конца понять и подчинить себе эту Силу…