Непокорная красавица - Макгрегор Кинли - Страница 13

Она вспомнила, что Джастин тоже сначала смеялся над этой мыслью, но она победила, и на этот раз тоже победит. – Сколько бы мужчины ни отрицали, они подвержены тем же эмоциям, что и женщины. И даже в большей степени.

– Из чего вы это вывели?

– Вы живете ради мести. Я живу ради мира и покоя. Скажите, чья жизнь более насыщенна, более интересна?

– Я с уверенностью могу сказать, чья жизнь более скучна.

– А, вот ты где, милая.

Лорелея увидела, что по трапу спускается Кейси. В руках у нее была корзина, накрытая зеленой клетчатой салфеткой.

– Несу тебе хлеб с сыром наскоро перекусить.

Признательная женщине за доброту, Лорелея пошла ей навстречу и взяла корзину с едой.

– Спасибо, я умираю с голоду.

– Я так и подумала. – Кейси посмотрела на Джека: – Как твое плечо?

– Вообще-то пульсирует.

Кейси нахмурилась:

– Ты всегда так говоришь.

Джек обратился к обеим:

– Извините, дамы, у меня дела. – Возле Лорелеи он остановился и прошептал так, чтобы слышала только она: – Мне нужно составить план вашего обольщения.

Лорелея покраснела.

– Не тратьте время понапрасну.

В его глазах сверкнула самоуверенность.

– Нет, Лорелея, это вы напрасно тратите время на возражения.

Джек ушел. Нахмурившись, Кейси спросила:

– О чем это он?

Лорелея поджала губы; она не желала посвящать незнакомку в такое нескромное дело.

– Ничего важного.

– Тогда пойдем наверх, глотнешь свежего воздуха. Сегодня чудесная погода.

Лорелея колебалась.

– А там не опасно?

– Ну что ты, здесь безопаснее, чем на земле.

– Но пираты...

– Они тебя не тронут, детка. Капитан Джек сказал, что если кто хмуро посмотрите твою сторону, лишится жизни. Можешь поверить, никто из них не желает вызвать ярость капитана.

По спине пробежал холодок. Должно быть, Джек действительно ужасен, раз так запугал свою команду. Когда чего-то боятся мужчины, сами вызывающие страх, – это плохой признак.

– Перестань хмуриться, – отругала ее Кейси, – это тебе не идет. Ну, пошли. Другие женщины хотят с тобой познакомиться.

Повесив корзину на сгиб руки, Лорелея пошла за ней к трапу, ведущему на главную палубу.

Она полагала, что утро чудесное, если не думать о том, что она на пиратском корабле, идущем в неизвестном направлении, и что король пиратской шайки поклялся соблазнить ее. Но, пройдя вместе с Кейси по палубе и поймав на себе наглые взгляды негодяев, ни о чем другом она уже думать не могла.

Вокруг нее голые по пояс молодые мужчины поднимали паруса, драили палубу, начищали кабестаны, делали тысячи разных вещей. Ветер трепал волосы и доносил до нее похабные песни и ругательства.

Платье, которое ей вчера дала Кейси, хорошо сидело, но слишком открывало бюст, и это раздражало. Платье было из зеленого батиста, с короткими рукавами, а ей бы хотелось закутаться в толстый мешок огромного размера, во что угодно, лишь бы эти мужчины на нее не пялились. На корме стояли три женщины. Старшая – полная, рано поседевшая матрона лет сорока пяти – держала большое серебряное блюдо, две женщины помоложе кидали крошки хлеба чайкам, кружившим за кормой.

– Алиса, следи за головой, чайка чуть не унесла твою шляпу, – сказала старшая и оттянула от перил женщину лет двадцати четырех.

– Отстань, Мейвис, я знаю, что делаю, – сказала молодая и швырнула чайкам горсть крошек. – К тому же это ты придумала.

Третья женщина, красивая брюнетка, подтолкнула локтем Мейвис и кивнула на Кейси и Лорелею. Мейвис выпустила руку Алисы и улыбнулась, от чего все ее лицо засветилось.

– Ну-ну, вот и наша гостья.

Кейси отступила в сторону, чтобы им было лучше видно Лорелею, и она вдруг почувствовала себя неловко, как будто женщины оценивали ее как возможную соперницу.

– Это Лорелея Дюпре. – Кейси тронула Лорелею за руку. – Бедняжка! Капитан Джек пошел и украл ее среди ночи.

– Это нехорошо, когда мужчина крадет женщину среди ночи, – сказала Алиса с еле уловимым сарказмом.

– Только если ты не хочешь, чтобы тебя украли, – сказала Кейси.

– О, не обращай на них внимания, – сказала Мейвис и подошла к ней. Глядя на Алису, она прищелкнула языком. – Алисе просто завидно, что капитан так запросто привел тебя на корабль. Бедняга Билли спину сломал, когда вытаскивал ее из окна родительского дома.

– Противно слушать, что вы подразумеваете, миссис Мейвис. Он сломал спину вовсе не из-за моего веса. – Алиса покраснела, сжала кулаки и показала, как Билли катился кубарем. – Он поскользнулся на трапе, когда спускался.

Мейвис фыркнула:

– Как скажешь.

– Дамы, пожалуйста. – Кейси встала между ними. – Что о вас подумает Лорелея?

– Не сомневайся, подумает, что мы нахалки, – добродушно сказала Мейвис и повернулась к Л орелее: – Придется тебе нас простить, здесь так скучно, что мы с Алисой цапаемся, чтобы чем-то заняться.

Лорелея расслабилась, она почувствовала дружелюбие этих женщин, они как будто уже приняли ее в свою компанию. Кейси вытолкнула вперед третью женщину. Девушка скрестила руки на груди и застенчиво опустила голову.

– Это Сара Литл. Она жена кока.

Сара кивнула Лорелее и широко улыбнулась.

– Она не может говорить, – объяснила Алиса.

– Но она может свистеть, как жаворонок, и делает такие сладкие бисквиты, что в глазах щиплет. – Мейвис бросила чайкам последний кусок хлеба и вытерла руки о белый фартук. – Меня зовут Мейвис Браун, я жена судового штурмана.

Алиса выступила вперед:

– А я Алиса Янгблад, мой муж – Билли. – Она помолчала, посмотрела куда-то через плечо Лорелеи и громко сказала: – И если он не перестанет на тебя пялиться, может быть уверен, что будет целый месяц по воскресеньям спать.

– Я смотрел только на тебя, любимая.

Лорелея оглянулась и увидела, что один из молодых моряков покраснел.

– Фу, я видела, где были твои глаза, Билли-бой! – расшумелась Алиса. – Займись своей работой, пока я их тебе не выцарапала!

Билл ухмыльнулся и полез на мачту.

Сара сделала несколько быстрых жестов и взяла у Мейвис блюдо.

– Она приветствует тебя на борту и надеется, что ты не будешь считать ее тупицей из-за того, что она не может говорить, – перевела Кейси.

Лорелея смущенно переводила взгляде Кейси на Сару.

– Откуда вы знаете...

– Ее муж был священник, он дал обет молчания, – объяснила Мейвис. – Он научил ее говорить руками. Мы все тоже выучились, чтобы с ней разговаривать.

Лорелея пришла в восторг:

– А я смогу научиться? Мне бы хотелось.

– Мы тебе обязательно покажем, – сказала Кейси. – Но сейчас у нас много дел.

Алиса вздохнула:

– Почему всегда именно ты это говоришь? Ты очень любишь трудиться! – Алиса взяла блюдо и кинула прощальный взгляд на Лорелею. – Поговорим после работы.

Алиса с Сарой ушли в сторону лестницы. Мейвис спросила Лорелею:

– Умеешь работать иглой?

– Да-да, умею, а как же. – Ей бы следовало приуныть, что ее похитили только ради работы на злодеев, но она не расстроилась: все лучше, чем целый день сидеть и ничего не делать.

– Тогда поможешь мне чинить мужскую одежду.

Кейси подхватила с полу пустую корзину.

– Предоставляю это вам двоим, а сама займусь другим делом. – Она ушла, но не в ту сторону, куда удалились Сара с Алисой.

Мейвис провела Лорелею в тенистое место, где горой были свалены рубашки, штаны и носки – обескураживающее зрелище.

– Давно вы трудитесь над этой кучей? – спросила Лорелея. – С начала времен или вечность?

Мейвис засмеялась и села на табуретку под навесом полуюта.

– Это не так страшно, как кажется. – Она указала ей на другую такую же табуретку, и Лорелея села. – Мне даже нравится, потому что сидишь на свежем воздухе.

Лорелея развернула свой завтрак и признала, что утро чудесное. Мейвис взяла иголку и белые нитки из швейного набора, стоящего возле ее стула.

– Я пока начну, а ты ешь. Тебе надо набирать вес, а то тебя сдует за борт.