Изумрудный атлас - Стивенс Джон - Страница 29

— А какой он, — спросил великан, — Кембриджский водопад вашего времени?

Кейт описала унылую пустошь с исчезнувшими деревьями, запуганных и недоверчивых людей. Она сказала, что там больше нет плотины, перегораживающей реку, и что вода падает со скал прямо в ущелье. Рассказала, что из животных остались только волки, рыщущие по ночам. А в завершение сказала, что в Кембриджском водопаде больше нет детей.

— А ведьма? — Голос великана был спокоен, однако Кейт видела ненависть, горевшую в его темных глазах. — Она все еще там?

Кейт покачала головой. Они узнали о Графине и Крикунах только после того, как нашли книгу и попали в прошлое.

— Расскажи мне об этой книге.

С помощью Майкла и Эммы, то и дело дополнявших ее рассказ, Кейт описала, как они исследовали дом, как нашли дверь в винный погреб, которая привела их в подвальную комнату, где Майкл отыскал книгу.

— Мы думали, что это кабинет доктора Пима или что-то вроде этого, — сказала Эмма.

— Доктора Пима?

— Ага. Он управляет приютом. Кажется, он волшебник. Мы своими глазами видели, как он сделал огонь.

— А этот ваш доктор Пим, — спросил Габриэль, — он, часом, не старик с громадными белыми бровями?

— Да! — воскликнула Эмма. — Вы его знаете?

Но великан не удостоил ее ответом.

— Досказывайте свою историю.

И Кейт рассказала Габриэлю о том, как они перенеслись в прошлое, видели, как он пытался убить Графиню, как забыли Майкла и как они с Эммой раздобыли у Абрахама еще одну фотографию, чтобы вернуться обратно и спасти его.

— И тогда мы снова вернулись в прошлое…

— Ты кое-что упустила.

— Нет, ничего.

— Ты лжешь.

— Она не врет, — сказала Эмма. — Я тоже была там. Так все и было.

— Значит, она чего-то тебе не рассказала.

Кейт поймала смущенный и вопросительный взгляд Эммы. Она хотела пропустить эту часть, ей было страшно даже думать об этом, и она не желала делиться своими страхами с Майклом и Эммой. Но великан не оставил ей выбора. Поэтому с бешено колотящимся сердцем Кейт выложила всю правду: про то, как она положила руку на чистую страницу, про все, что там увидела, и про черноту, впитавшуюся в ее пальцы.

Когда она закончила, Майкл и Эмма молча уставились на нее, разинув рты.

— Ты видела драконов? — ахнул Майкл. — Сражавшихся драконов?

— Как ты думаешь, что это была за черная дрянь? — спросила Эмма. — Может, чернила, а? Волшебные чернила? И почему ты ничего нам не рассказала?

Кейт начала объяснять. Она сама не поняла, что это значит. И она не хотела, чтобы они волновались…

Но огромный человек перебил ее и велел продолжать. Теперь он смотрел на нее еще более пристально.

Кейт чувствовала, как напрягся Майкл, когда она дошла до рассказа о его предательстве и о том, как секретарь поймал их с Эммой; она постаралась как могла затушевать этот неприятный эпизод, но великан не стал щепетильничать.

— Ты помог ведьме заманить своих сестер в ловушку и схватить их?

Кейт увидела, как Майкл открыл рот. Видимо, он хотел что-то возразить или даже объяснить, почему в тот конкретный момент предательство сестер было самым разумным выходом из создавшегося положения. Но потом только вздохнул и опустил глаза в стол.

— Да…

Звук, похожий на рычание, вырвался из груди великана.

— Мы его простили, — быстро вставила Кейт.

Она продолжила свою историю: рассказала, как Графиня забрала книгу, но та исчезла прямо у них на глазах, как их заперли вместе с другими детьми, но Абрахам вывел их через секретные коридоры. Она рассказала, как они бежали по лесу и услышали вой первого волка.

Здесь она остановилась. Все остальное он и сам знал.

Великан взял корку хлеба и окунул ее в кувшин с медом.

Кейт чувствовала себя выжатой как лимон. Рассказывать эту историю оказалось очень трудно. Она посмотрела на великана. Он жевал, обдумывая только что услышанное. Кейт невольно посмотрела на его шрам. Он начинался в дюйме от его левого глаза и криво сбегал к челюсти. Шрам придавал лицу Габриэля устрашающий вид. Но несмотря на это, Кейт вдруг поняла, что он очень красивый. Кровь прилила к ее щекам, и она опустила глаза на колени.

Что с ней творится? Они сидят тут, запертые в прошлом, преследуемые целой ордой ужасных Крикунов, а она думает о том, насколько красив этот мужчина…

— А теперь ты расскажешь нам свою историю? — попросила Эмма. — Пожалуйста!

Кейт и Майкл разинули рты.

— Чего? — спросила Эмма.

— Ты сказала «пожалуйста», — ответил Майкл.

— Ну?

— Ты никогда не говоришь «пожалуйста».

— Нет, говорю.

— Нет, — подтвердила Кейт. — Не говоришь.

— Я даже не подозревал, что она знает значение этого слова, — вставил Майкл.

— Да заткнись ты, — процедила Эмма.

— Хорошо, — пророкотал великан, заглушая их перебранку. — Вы рассказали правду. Значит, заслужили того же. Что вы хотите узнать?

Кейт подумала, что первым делом следует узнать, кто он такой.

— Как вас зовут?

— Габриэль Китигна Тессуат.

— Правда? — захихикал Майкл.

Габриэль молча посмотрел на него.

— Просто очень красивое имя, — поспешно поправился Майкл.

Кейт спросила мужчину, не из Кембриджского ли он водопада.

Он покачал головой.

— На протяжении веков в этих горах жило два людских сообщества. Кембриджский водопад. И мой народ. Анишинаабе.[7] Из поколения в поколение у нас передавали рассказ о том, как однажды в нашу деревню пришел волшебник. Он сказал, что по всей земле магический мир начал исчезать. Сказал, что остальные люди очень скоро больше не смогут нас увидеть. Они забудут о том, что мы когда-то существовали. Но нам и населению Кембриджского водопада был дан выбор. Переселиться, найти себе место где-нибудь в реальном мире или остаться в наших горах и стать невидимыми. Мы все выбрали последнее.

Когда он сделал паузу, чтобы долить себе молока, Эмма подалась вперед и прошептала Кейт и Майклу:

— Спорим, этим волшебником был доктор Пим? Вот откуда он знает про его белые волосы и все остальное!

Кейт шикнула на нее. Она думала о том, что этот человек с самого начала показался ей принадлежащим к другому, более древнему миру. Теперь она поняла почему. Кейт спросила, как он очутился в тот день на плотине.

Оказалось, что Габриэль периодически наведывался в Кембриджский водопад, чтобы следить за Графиней. Когда он увидел, что ведьма и ее секретарь куда-то выезжают из дома, то очень заинтересовался, убил одного из Крикунов, переоделся в его одежду и пошел к плотине следом за остальными. Придя туда, он увидел, как Графиня угрожает сбросить девочку в пропасть. Даже не успев понять, что происходит, Габриэль бросился на нее со своим мечом.

— А она тебя заколдовала, — сказала Эмма. — Иначе ты бы точно ее убил. Спорим?

— Когда я очнулся, то был уже в тюрьме, — продолжал Габриэль. Лицо его помрачнело при этом воспоминании. — Там не было света, поэтому я не сразу понял, где оказался. Потом почувствовал, как все раскачивается, и услышал плеск воды.

— Корабль! — воскликнула Эмма. — Абрахам нам про него рассказал! Он сказал, что это тюрьма, где они пытают людей. Делают над ними разные опыты и все такое.

— Это не тюрьма, — сказал Габриэль. — Это клетка. Для чудовища.

В хижине стало очень тихо.

— Первым делом я крикнул, чтобы узнать, один я там или нет. Никто мне не ответил. Но мне показалось, будто я услышал что-то внизу. Вонь там, скажу я вам, стояла смертельная! — Он закрыл глаза, словно ждал, когда запах рассеется. Прошло несколько секунд, прежде чем Габриэль снова вернулся к рассказу. — Вместо пола там была железная решетка, поэтому я видел, что все пространство под камерами на моем уровне занимает огромная клетка. Я снова позвал. И снова никто не ответил. Тогда я замер и притаился. И вскоре услышал это, доносившееся из самой густой тьмы: сиплое дыхание, клацанье когтей и очень тихий шепоток, обещающий себе: «Скоро… скоро…» И тогда я понял то, о чем знало чудовище, сидевшее внизу. Я не был пленником. Я был кормом.