100 легенд рока. Живой звук в каждой фразе - Цалер Игорь - Страница 129

   Joy Division: любовь разделит нас

   Летом 1976 года Sex Pistols, у которых не было еще ни записей, ни телевыступлений, выехали в провинцию. На их концерт в Зале свободной торговли Манчестера 4 июня пришло всего несколько десятков человек, но тому вечеру суждено было войти в историю рока. В одном зрительном зале собрались будущие участники Buzzcocks, The Fall, The Smiths, и всех их заразил вирус панка. 20-летние друзья Бернард Самнер и Питер Хук из манчестерского предместья Солфорд тоже были там. Анархическая сила Sex Pistols настолько их вдохновила, что Хук уже на следующий день занял у матери 35 фунтов, купил басгитару и вместе с гитаристом Самнером и еще одним приятелем Терри Мейсоном (которому пришлось купить бараб аны) образовал группу. На витрине пластиночного магазина друзья поместили объявление о поисках вокалиста. На прослушивание пришел Йен Кертис, которого Хук и Самнер уже видели на панкконцертах.

   Как и его новые коллеги, Йен Кертис был выходцем из рабочего класса и заслушивался Дэвидом Боуи. Он был полтора года как женат и работал на заводе, но, по его словам, с 16 лет мечтал состоять в рок-группе, увлекался музыкой и творчеством Вордсворта, Достоевского, Ницше, Кафки и Лавкрафта. Молодой человек был явно со странностями: он испытывал любопытство к страданиям и жестокости, глубоко интересовался культурой Германии. Даже на его свадьбе играл германский национальный гимн! Когда группа Хука, Самнера и Кертиса выбирала название между Pogrom, Gdansk и Warsaw, они выбрали последнее, потому что слово отсылало к песне «Warszawa» c последнего альбома Дэвида Боуи и напоминало о Второй мировой войне и тоталитарном блоке стран Варшавского договора.

   Первые песни своим криком и шумом не выделялись на общем фоне панк-хаоса. Питер Хук рассказывал: «Первые репетиции Warsaw по звуку и сути более всего напоминали автомобильную катастрофу, так что я долго про сто не понимал, насколько Йен выдающийся исполнитель, – просто потому, что голоса его не мог расслышать». Состав группы определился окончательно, когда по объявлению в газете был найден барабанщик Стивен Моррис. Он играл очень скупо и точно, что больше напоминало не буйство панка, а автоматизированный, машинный бит немецкого краутрока. Это группе подошло как нельзя лучше, и уже скоро ребят заметила публика. Слово Хуку: «Мы настраивали звук в клубе «Мэйфлауэр» и играли «Transmission». Все, кто был в клубе, вдруг остановились и стали слушать. Я удивился: что с ними? И только тогда я понял, что это была наша первая по-настоящему классная песня».

   Хотя группа всегда категорически отвергала обвинения в неонацизме, ребята с самого начала заигрывали с опасной эстетикой. На сборнике «Short Circuit» (1978) Warsaw были представлены концертной записью «At A Later Date», в начале которой Бернард Самнер выкрикивает: «Вы все забыли о Рудольфе Гессе!» Тот же Самнер оформил мини-а льбом «An Ideal For Living» (1978), на обложке которого появился бьющий в барабан мальчик из гитлерюгенда. Во внутреннем развороте были помещены фотографии немецкого солдата, нацеливающего автомат на ребенка, а Бернард Самнер на обложке назвался Бернардом Альбрехтом. Первая песня «Warsaw» начинается с выкрика «350125 Go!» – такой же номер был у камеры тюрьмы Шпандау, где содержался Рудольф Гесс. К тому времени группа уже поменяла название на Joy Division: «дивизиями развлечений» назвались отделы нацистских концлагерей, где женщин принудительно использовали в качестве проституток для военных.

   Космически холодная, мрачная и тревожная музыка группы отражала те реалии, в которой росли ее создатели. Пустынный Манчестер 70-х мог стяжать право зваться самым унылым городом Земли. Многие городские заводы были закрыты, и участники Joy Division росли в перенаселенных кирпичных домах среди опус тевших заводских цехов, заколоченных ангаров и брошенных железнодорожных путей. Эт о повлияло на визуальный стиль группы. Практически все фотографии Joy Division – черно-белые, оформление пластинок тоже намеренно выбиралось минималистичным и отстраненным. Группа редко давала интервью, что в сочетании с эзотерической поэзией Йена Кертиса и скрытностью участников группы придало Joy Division ореол загадочности и мистики.

   Однажды в одном из клубов Йен Кертис увидел Тони Уилсона – ведущего телепередачи «Granada Reports», в эфире которой выступали среди прочих Sex Pistols, Игги Поп, The Jam, и спросил его, почему Joy Division до сих пор не появились в его программе. Ребята впервые вышли в телеэфир 20 сентября 1978 года, исполнив «Shadowplay». Группа была представлена как «самый интересный звук северо-запада за последние шесть месяцев». Гитаристы в узких галстуках стояли неподвижно, а перед микрофоном стоял вокалист в ярко-розовой рубашке. Он смешно размахивал руками и раскачивался в такт, подобно ожившей марионетке, а под конец его ломаные ужимки напо минали конвульсии эпилептика. Йен Кертис и впрямь страдал эпилепсией: припадки иногда случались прямо на сцене под влиянием света прожекторов, а порой зрители и сами музыканты не могли отличить исполнительского экстаза от конвульсий.

   Зато у Йена Кертиса с собой всегда была внушительная папка со стихами, наполненными видениями и мрачными образами. На репетициях он слушал коллег и подмечал интересные мелодии и ходы, которые подходили его лирике, – так и рождались песни Joy Division. Эти песни прошли студийную обработку, когда Тони Уилсон основал лейбл Factory Records, чтобы издавать свои любимые команды. В октябре 1978 года Joy Division отправились в студию в Рочдейл, чтобы сделать записи с продюсером Мартином Хэннетом. Тот мгновенно распознал потенциал группы. Хэннет умел «видеть звук», вдохновлялся пустынными зданиями и колдовал над вибрациями музыкальных эффектов. Для него Joy Division были просто подарком, потому что «они ничего не знали и не спорили». Сразу пос ле записи Хэннет выгонял музыкантов и монтировал песни в одиночку, и из-под его рук выходили мерцающие неземным светом звуковые поэмы.

   В ноябре 1978 года Joy Division отправились в первое турне по Англии, и уже через несколько месяцев журнал New Musical Express выйдет с портретом Йена Кертиса на обложке. На обратном пути в Манчестер вокалист вдруг стал натягивать на себя спальный мешок, а затем яростно размахивать руками в бессознательном состоянии – это был очередной припадок. Врачи сказали Йену, что выступать, ездить на гастроли, принимать алкоголь и даже поздно ложиться спать ему противопоказано, но тот хотел делать как раз те вещи, которые было нельзя, корил себя за то, что подводил группу. Йен Кертис обожал поездки и выступления, выматывая себя до предела, что только усугубляло его болезнь. В сентябре 1979 года группа выступила по телеканалу BBC с песнями «She’s Lost Control» и «Transmission». На телевидение поступили звонки от смущенных зрителей, которые соч ли, что Йен Кертис пел под воздействием наркотиков.

   В апреле 1979 года в предместье Манчестера Стокпорт Joy Division записали альбом «Unknown Pleasures», который вышел в июне 1979 года и продавался довольно медленно, несмотря на то что концерты группы привлекали все больше публики. К октябрю группа выехала за рубеж: в брюссельском клубе Plan K после выступления с писателем Уильямом Берроузом Йен Кертис познакомился с местной журналисткой Анник Оноре, которая вскоре станет его любовницей. После очередных гастролей по Бельгии, Нидерландам и ФРГ Joy Division в Лондоне приступили к записи второй пластинки «Closer» и нового сингла «Love Will Tear Us Apart». Мартин Хэннет назвал альбом «самым мистическим, непроницаемым, каббалистическим, запертым в своем таинственном мире». Он заставлял Стивена Морриса играть каждую партию отдельно: бочку, барабаны, тарелки, что придавало музыке отстраненность и машинный автоматизм.

   Популярность группы росла, и ее участники были очень счастливы, но все омрачала болезнь Йена Кертиса. 7 апреля он предпринял попытку самоубийства, приняв чрезмерную дозу таблеток, но, испугавшись, признался во всем жене и был доставлен в больницу. Уже на следующий день Joy Division опять были на сцене, но после трех песен обессиленный Йен Кертис покинул сцену, и место у микрофона поочередно занимали певцы из других групп. Но без магии личности вокалиста все пошло не так, и публика пришла в бешенство. Концерт закончился беспорядками и дракой с участием музыкантов и работников сцены. Концерт в Бирмингеме 2 мая 1980 года с премьерой новой песни «Ceremony» оказался для группы последним. Помимо «Ceremony», группа в тот момент работала над песней «In A Lonely Place» о казни через повешение – страшное предзнаменование грядущей трагедии.